– Невозможно сбежать от своей судьбы. И ты меня сейчас не переубедишь в обратном! – Ольга скрылась в ванной, захлопнув дверь перед носом Эдика. Он с удивлением услышал, как щелкнул замок на двери.
– Оля, открой дверь, мы не договорили!
– Говорят, что перед визитом к нему нельзя заниматься сексом неделю!
– Что? – Эдик рассмеялся. – Господи, Оля! Ну это-то здесь причем?
– А мы с тобой занимались два дня назад! Хочу принять душ, чтобы не сбивать Амадея и не мешать ему смотреть в мое будущее. Если уж я плачу такие деньги за визит к нему, так хочется услышать максимально точную информацию о своей судьбе, – Ольга повысила голос, говоря это. Эдик услышал, как громыхнули створки душевой.
– Ну, допустим, заплатишь не ты, а я, – Эдик усмехнулся, но уже больше для себя, чем для Ольги; за дверью зашумела льющаяся из душа вода.
Все эти два дня до встречи с таинственным Амадеем Ольга только и делала, что находила в интернете и зачитывала любую информацию о нем. Она таким образом пыталась убедить Эдика в неординарности слепого, но добилась строго обратного эффекта. Чем больше она находила неопровержимых доказательств уникальности слепого, тем больше злился Эдик. Ольга была непреклонна, и это его пугало.
А ведь это еще Ольга не знала о том звонке в квартире Агаты и о тех словах, что сказали Эдику: «А сейчас господин Езерский будет Вам признателен, если Вы более не будете задерживать его помощницу».
Откуда, позвольте вас спросить, господин Езерский мог знать, что Эдик в данный момент был в квартире и говорил с Агатой, а? Откуда?
– Чертовщина какая-то! – в который раз за эти два дня ругнулся Эдик. Ответа на эти вопросы у него не было. – Виталик, давай одеваться, мы идем гулять в парк.
Для визита к Амадею Ольга выбрала новое платье в красно-белых цветах. Ольга вообще любила яркие цвета в одежде, не то что Агатка, одевающаяся исключительно в одноцветную одежду невнятных оттенков. Ольга даже достала из шкафа туфли на каблуке, которые обувала крайне редко, в отличие от все той же Агаты.
– Да что за черт? – опять ругнулся на себя Эдик, поняв, что сравнивает двух своих женщин – бывшую жену и будущую.
Платье, что выбрала Ольга, было красивым и нарядным, туфли зрительно удлиняли ее короткие ноги, но какой смысл было наряжаться для визита к слепому? Несколькими минутами ранее, когда Ольга вышла из спальни, держа в руках коробку с этими самыми туфлями, Эдик не выдержал:
– Если бы я не знал того, куда и зачем ты идешь, я бы решил, что ты идешь на свидание. Если ты сейчас мне скажешь, что на тебе чулки с кружевной резинкой и то новое красное белье, я никуда тебя не пущу!
– Эдик, конечно, на мне чулки! – Ольга передернула плечиком. – Не могу же я обуть туфли на босую ногу. И конечно, у них кружевная резинка – как-то же им надо крепиться к ноге. И да, белье на мне красное. Красное платье, красное белье – это же очевидно. И не сверли меня сейчас взглядом!
– Оля!
– Что Оля? Что Оля? Эдик, это же очевидные вещи! Странно, что ты, прожив со своей женой столько лет, не знаешь элементарных вещей! – Ольга повела кокетливо плечиком. – Не хочешь же ты мне сейчас сказать, что твоя бывшая жена надевала белье не в цвет одежды?
– Агата как раз всегда выбирала белье телесного цвета. Кстати, и белье, и чулки у нее все без кружева, если уж ты сама подняла эту тему! А вот ты, выбрав красное белье под светлое и просвечивающее платье, перебарщиваешь с сексуальностью.
– Платье не просвечивает. Ну, разве что совсем чуть-чуть! – Ольга покрутилась перед зеркалом в прихожей, рассматривая себя.
Видимо, она осталась довольна отражением, потому что улыбнулась сама себе и отвернулась от зеркала. А отвернувшись, поймала обжигающий взгляд своего будущего мужа и рассмеялась. Эдик как раз неделю назад сделал ей, наконец-то, предложение выйти за него замуж. Она понизила голос до сексуального шепота и спросила:
– Дорогой, ты ревнуешь? Меня? К Амадею?
– Что ж он, не мужик, хоть и слепой? Ты же вот нарядилась для него!
Ольга игриво рассмеялась, услышав что-то свое в словах Эдика, и несколько раз демонстративно брызнула туалетной водой в вырез платья. Душистая капля стекла в ложбинку между грудей. Взгляд Эдика потемнел, он шагнул к ней и впился поцелуем в шею, прижав Ольгу к своему паху, демонстрируя ей свое желание. Ольга, довольная произведенным эффектом, откинула голову, позволяя себя целовать, и засмеялась низким смехом обольстительницы. И тут ее взгляд упал на часы, висящие в прихожей, глаза Ольги округлились, она отпихнула Эдика со словами:
– Опаздываем! Оракул этого не любит! Говорят, он может даже отказать в приеме, если опоздаешь!
– Кто? Оракул? Оля, ты серьезно? – Эдик зло расхохотался.
– Эдик, не зли меня, а лучше иди, заводи машину! – Ольга уже выпуталась из объятий, – Виталик, где ты там? Оделся? Поехали! Не хватало нам еще в пробку попасть или, чего хуже, в аварию!
В пробку они не попали, доехали без происшествий, а вот с поднятием на лифте вышла заминка. Один из лифтов почему-то стоял на пятом этаже и не двигался. Высотка жила своей жизнью, два других лифта бесконечно сновали между этажами, не желая опускаться на вызов Ольги.
Наконец, когда лифт распахнул свои створки перед всеми желающими уехать на нужный этаж, Ольга, оттолкнув какого-то мужчину в деловом костюме, шагнула в кабину первой. Да вот беда – оказалось, что ей одной надо на самый верх, а потому лифт останавливался пять раз, выпуская всех, кому надо было выходить ниже.
Ольга выскочила из лифта за пять минут до назначенного ей времени визита к Амадею.
Она шла и читала все таблички на дверях кабинетов на этаже, и конечно же, нужный кабинет был самым дальним. В итоге в приемную к Амадею Ольга вбежала запыхавшись, но успев вовремя:
– Мне назначено к оракулу на одиннадцать! – выпалила она с ходу. Странный парень, сидящий в кресле и державший на коленях ноутбук, сделал вид, что закашлялся. Ольга не поняла, что смешного она сказала, но уточнять не стала, главное сейчас было не опоздать на прием к Амадею. А парня она потом, когда выйдет от ясновидящего, на место поставит.
Агата