– А можно?
Спустя некоторое время, отпив кофе, приготовленный Мирэ, Тарим закивала головой.
– Ну как? Я тоже вкусно делаю, правда?
– Хм, как бы сказать… Просто кофе как кофе.
– Ого, а кофе хозяина, значит, не просто кофе?
– Да, кофе-то вроде бы обычный, но есть в нем что-то такое… Не спрашивай что. Я и сама не знаю.
Не выпуская из руки кружку с напитком, Тарим лениво осмотрела стеллажи с новыми пластинками и в какой-то момент присела на пустующее место Чонвона. Окинув любопытным взглядом аккуратно упорядоченный рабочий стол, она вынула из подставки для канцелярских принадлежностей перьевую ручку.
«Надо же, пользуется перьевой ручкой в наше-то время», – Тарим почему-то подумала, что Чонвону это очень даже подходило. Сняв с ручки колпачок, она взяла из стопки стикеров листочек и уже хотела было ее испробовать. Но тут дверь магазина открылась, и вошел сам Чонвон. Тарим, словно пойманная за дурным делом, в испуге резко поднялась с места, и почти в то же время взгляд Чонвона упал на перьевую ручку в ее руке. Он направился к ней широким шагом, и в его движениях скользило что-то незнакомое. Почувствовав эту перемену, Тарим растерялась, однако по-прежнему не знала, что именно сделала не так.
– А вот и вы! Это же LAMY2000, лимитированная коллекция, да? Я сама ужасно люблю перьевые ручки, поэтому знаю, – сказала она нарочито веселым тоном.
Однако в лице Чонвона, обычно особо не выражавшего эмоций, ясно читалось сильное волнение. Как бы прося вернуть ему ручку, он обратился к Тарим с протянутой рукой. Но она, напротив, поднесла ее к своему лицу, только сейчас заметив на корпусе гравировку. Бормоча себе под нос, Тарим прочла:
– «Чонвону от Чонана»? – Наконец встретившись с ним глазами, она спросила: – Вам ее, похоже, подарили? А это случайно…
«Судя по схожести имен, подарок, вероятно, от брата. Старшего или младшего? От друга – вряд ли. Почему вряд ли? Не знаю, наверное, это мое личное предубеждение, но мне кажется, мужчины не дарят друзьям перьевые ручки. А может…», – у Тарим было наготове сколько угодно теорий.
К счастью, прежде чем что-либо из этого успело сорваться с ее языка, Чонвон сам попытался выхватить у нее ручку, и она от неожиданности уронила ее на пол. Установилась неловкая атмосфера.
Тарим хотела было поднять ручку, однако Чонвон опередил ее и, слегка поклонившись с опущенным взглядом, торопливо вышел с видом явно рассерженного человека.
Тем же днем, ближе к вечеру, Чонвон зашел в офис Тарим на втором этаже, где она встретила его с неловким выражением лица. Чонвон заговорил первым:
– Мой младший брат…
– Что?
– Это он подарил мне ее, – объяснил он, держа в руке ту самую перьевую ручку. – Его зовут Чонан. Он как только поступил в университет, занялся, видимо, втайне от меня репетиторством. Он очень хорошо… учился. В средних и старших классах лишь однажды случилось так, что он не занял первое место по школе. Кроме учебы брат увлекался только просмотром ситкомов, и именно в тот раз, как назло, его любимый сериал завершился грустным финалом. Поэтому-то он тогда экзамен… но не в этом суть… Я ему все говорил сосредоточиться на учебе, а он не послушался и с первых денег за репетиторство купил мне этот подарок. Сказал, ему хотелось, чтобы у меня была перьевая ручка.
– У вас с ним, похоже, были очень хорошие отношения.
При словах Тарим глаза Чонвона дрогнули, и она вдруг поняла, что совершила ошибку, добавив в предложение слово «были». Почему же она так выразилась? На самом деле ее вины в этом не было: в рассказе Чонвона почему-то не звучало глаголов настоящего времени.
– Да, были. Даже очень. У нас ведь после смерти родителей никого, кроме друг друга, не осталось.
– А…
– Но и он погиб. В прошлом году в аварии… Как быстро летит время.
Тарим почувствовала, как у нее оборвалось сердце.
– Простите.
– Нет, это я пришел просить прощения. Я отреагировал слишком эмоционально, да? Вы, наверное, растерялись. Извините меня, – Чонвон вежливо склонил голову.
– О каких извинениях может идти речь? Я сама вела себя бестактно. Это дорогая вам вещь, а я взяла ее по своему желанию, без спроса. Я очень перед вами виновата. – Тарим поднялась с места и, словно между ними было соревнование, склонила голову с еще большей учтивостью.
Чонвон протянул ей свою перьевую ручку:
– Хотите попробовать? Вы были правы, это лимитированная коллекция.
Тарим как нельзя осторожнее приняла от него ручку и еще раз осмотрела гравировку. Она не знала Чонана лично, но не сомневалась, что он был замечательным человеком. Ведь люди живут воспоминаниями: кто-то – хорошими, а кто-то – плохими. Тарим, если честно, была ближе ко вторым. В глубине души она откладывала больше горьких, нежели светлых воспоминаний и каждый раз твердила себе, что будет стараться жить так, чтобы получить за них компенсацию.
В ту ночь Тарим никак не могла уснуть. Имя Чонана, высеченное на ручке, отчего-то не давало ей покоя и все не выходило из головы. В конце концов она оставила попытки заснуть и, включив ноутбук, зашла на сайт юридической фирмы KY, где раньше работала. Решив испытать удачу, Тарим попробовала зайти во внутрикорпоративную сеть по старому логину, но, как и ожидалось, доступ уже был закрыт.
С нетерпением дождавшись рассвета, Тарим позвонила единственному человеку из KY, во время ее работы относившемуся к ней дружелюбно, – офис-менеджеру по фамилии Ке, и расспросила его о деле Чонана, которым в прошлом занималась эта же фирма. Дело было в том, что этой ночью она наконец вспомнила, почему имя «Чонан» казалось ей таким знакомым.
Год назад фирма KY взялась за дело клиента, которого обвиняли в наезде, повлекшем гибель Чонана. Тарим не имела к тому делу никакого отношения, но ее тогда удивило, что его поручили самому востребованному в то время адвокату, в прошлом – судье, переманить которого в свой штат стоило KY огромных трудов. Она даже вспомнила, как однажды спросила у Ке, насколько важной шишкой был этот клиент. Однако, как ни странно, обвиняемый оказался простым студентом без какого-либо авторитета. Хотя одно особое обстоятельство все-таки имелось: его отец работал личным шофером руководителя KY. И все же это дело не дотягивало до уровня звездного адвоката с блестящей карьерой. Тем более в фирме всем было прекрасно известно – никто этого не скрывал, – что руководитель постоянно оскорблял и даже бил своего шофера. Так разве он стал бы привлекать лучшего адвоката для того, чтобы спасти сына того от тюрьмы? Очень маловероятно.
Благодаря совокупности сил престижной фирмы и адвоката, до этого занимавшего должность судьи, дело завершилось так,