— Что-то в этом роде, — уклончиво ответила я. — Решила... сменить обстановку.
— Ну-ну, — хмыкнул трактирщик. — У нас тут многие меняют обстановку. Лазурная Гавань — спокойное место. Имперские чиновники сюда редко заглядывают, королевская стража тоже. Живем себе тихо, никого не трогаем.
Марта вернулась с подносом, который, казалось, мог накормить небольшую армию. Деревянная миска с густой, дымящейся похлебкой, в которой плавали куски белой рыбы и овощей. Тарелка с жареной треской, политой каким-то ароматным соусом. Теплые ячменные лепешки с маслом. И еще маленькая мисочка с солеными оливками.
— Сколько с меня? — спросила я, доставая кошелек.
— За еду — пять медяков, за комнату — два серебряка, — сказал Харрис.
Я выложила нужные монеты на стол.
Первая ложка похлебки заставила меня закрыть глаза от удовольствия. Я не понимала, голод ли сделал свое дело, или Марта действительно была прекрасной кухаркой, но, казалось, что вкуснее супа я не ела никогда. Бульон был наваристый, с легким привкусом морских водорослей, рыба таяла во рту, а овощи — морковь, лук, какие-то корнеплоды, которых я не знала — добавляли сытности и аромата.
Треска оказалась не менее восхитительной — нежная, без единой косточки, с золотистой корочкой. А соус... я не могла понять, что это было — что-то между сметанным и сливочным, с травами и специями.
— Марта, это божественно, — сказала я с набитым ртом, напрочь забыв о хороших манерах.
— Ой, да что ты, деточка, — засмущалась хозяйка, но было видно, что ей приятно. — Обычная еда. Рыбка сегодня утром поймана, овощи с собственного огорода...
— Марта, не скромничай, — вмешался Харрис. — Ты в городе лучше всех готовишь. Недаром к нам и местные ходят поужинать, а не только приезжие.
Действительно, я заметила, что за соседними столиками сидело несколько семейных пар, явно местных жителей: их одежда была чище и новее, чем у моряков и рыбаков.
Доев все до последней крошки, я откинулась на спинку стула и впервые за сутки почувствовала что-то похожее на удовлетворение. Желудок был сыт, крыша над головой обеспечена, и я находилась в безопасности.
— Устала, небось? — сочувственно спросила Марта. — Видно, что дорога была нелегкой.
— Очень, — призналась я. — Не спала всю ночь.
— Тогда давай я покажу тебе комнату, — предложила хозяйка, поднимаясь. — Отдохнешь как следует.
Марта взяла с барной стойки свечу в простом глиняном подсвечнике и повела меня по узкой деревянной лестнице на второй этаж. Ступеньки поскрипывали под ногами, но держались крепко. Коридор наверху был узким, с низким потолком, вдоль стен располагались несколько дверей.
— Вот твоя комната, — сказала Марта, открывая дверь в конце коридора. — Небольшая, но чистая.
Она не преувеличивала. Комната действительно была маленькой: здесь едва помещались узкая кровать под окном, простой деревянный стол, стул и комод. Но все выглядело опрятно: постель была заправлена, на столе стояла керамическая миска для умывания и кувшин с водой, а воздух пах лавандой.
— Белье чистое, только сегодня поменяла, — с гордостью сказала Марта, поставив свечу на стол. — Если что понадобится, зови. А утром разбужу к завтраку. Ванная в конце коридора, если будешь пользоваться, то просто дотронься до кристалла очищения.
— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — За все.
Марта ушла, прикрыв за собой дверь. Я подошла к окну и распахнула его. В лицо ударил свежий морской ветер, принесший соленый запах водорослей и рыбы. Внизу плескались темные волны, и их мерный шум был удивительно успокаивающим.
Глава 14
Но прежде чем предаться отдыху, следовало привести себя в порядок. От меня откровенно несло: смесь лошадиного пота, дорожной пыли и собственной несвежести создавала весьма неприятный «аромат». И я отправилась искать ванную в конце коридора.
За последней дверью обнаружилось небольшое помещение с деревянной кадкой посреди пола. Она была наполнена водой не первой свежести. На небольшом столике мерцал голубоватый кристалл размером с кулак, от которого исходило мягкое сияние. Интересно, как это работает?
Я осторожно коснулась кристалла ладонью. Он оказался приятно теплым, и тут же вода в кадке начала бурлить. Жидкость за считанные секунды стала кристально прозрачной и источающей легкий пар. Магия...
Сбросив дорожную одежду, я осторожно опустилась в воду. Она была идеальной температуры: достаточно горячей, чтобы расслабить мышцы, но не обжигающей. На краю кадки стояла небольшая глиняная баночка с густым средством, пахнущим травами и цветами.
Зачерпнув немного этой субстанции, я начала мыть голову. Непривычно было ощущать под пальцами длинные пряди вместо привычного каре. В своем мире я была брюнеткой с короткой стрижкой, а теперь приходилось возиться со светлыми волосами почти до пояса. Средство из баночки хорошо пенилось и одновременно смягчало волосы. Видимо, это средство заменяло и шампунь, и бальзам.
Смыв с себя всю грязь странствий, я почувствовала себя наконец человеком.
Я завернулась в чистое мягкое полотенце и вернулась в свою комнату. Забралась под грубое, но чистое одеяло. Матрас оказался жестковатым, соломенным, но после бессонной ночи показался верхом комфорта.
Я закрыла глаза и позволила себе расслабиться. За окном мерно шумел прибой, где-то вдалеке кричали чайки, а из таверны доносился приглушенный гул голосов. Эти звуки словно баюкали меня, и я чувствовала, как усталость наконец берет свое.
«Завтра подумаю, что делать дальше, — сонно решила я. — Завтра...»
Сон накрыл меня мягко и безжалостно, как морская волна. Последнее, что я помнила, — это шум прибоя за окном и ощущение, что впервые с момента попадания в этот мир я в относительной безопасности.
* * *
Я проснулась от мягкого шума прибоя и криков чаек за окном. Солнечный свет проникал сквозь простые льняные занавески, окрашивая деревянные стены комнаты в теплые золотистые тона.
Какое-то мгновение я лежала, не двигаясь, наслаждаясь ощущением покоя. Сегодня я выспалась по-настоящему. Кровать в "Соленой русалке" оказалась на удивление удобной, а одеяло из овечьей шерсти согревало всю ночь, несмотря на прохладный морской ветер.
Потянувшись, я встала и подошла к небольшому окну. Вид действительно был чудесный: прямо подо мной расстилалась гавань с покачивающимися на волнах корабликами, а дальше — бескрайняя синева моря. Несколько рыбацких лодок уже возвращались с утреннего улова, оставляя за собой белые пенные следы.
«Интересно, сколько стоит снимать номер с таким видом в нашем мире?» — подумала я с иронией. А здесь всего два серебряных за ночь, включая завтрак. Хотя для местных это, может, и немалые деньги.
Умывшись из керамического кувшина прохладной водой, я переоделась в самое простое из своих платьев. Сегодня предстояло изучить город, и аристократические наряды явно не подходили для прогулок по портовым кварталам.
Внизу меня ждал обещанный завтрак.