– Элли! – позвала она, не в силах скрыть дрожь в голосе.
Подруга отложила заварник, вышла и помрачнела, увидев коробку у входа.
– Не трогай ее голыми руками.
Они надели перчатки, занесли коробку внутрь и поставили на стойку. Дрожащими пальцами, медленно, стараясь не дышать, Джейн развязала бечевку и приоткрыла крышку. Внутри, на ватной подложке, лежал маленький стеклянный флакон без этикетки с прозрачной жидкостью. Рядом с ним находился скрученный в трубочку листок. Развернув его, Джейн прочла напечатанное сообщение: «Кажется, вы что-то потеряли. Возвращаю. Будьте осторожнее со своими запасами».
– Он пытается подставить меня, – прошептала Джейн, с ужасом глядя на склянку. – Если это найдет полиция, они подумают, что это я…
– Никто ничего не найдет, – уверенно сказала Элли.
По спине Джейн побежали мурашки. Лукас пытался не просто запугать ее, а уничтожить ее репутацию и жизнь в этом городе.
В тот день Джейн с трудом могла сосредоточиться на работе. Она вздрагивала при виде каждого входящего незнакомца, во всех взглядах ей мерещилась насмешка или угроза.
К вечеру, когда посетителей стало немного, в чайную заглянул Артур Гримм. Он выглядел бледным и встревоженным.
– Мисс Баррет, – начал он, нервно теребя свою фуражку, – я заметил кое-что странное.
– Что случилось, Артур? – Джейн подошла к нему, стараясь говорить спокойно.
– Сегодня утром, когда разносил почту, я видел высокого мужчину в плаще. Он стоял в переулке напротив и смотрел на чайную. Когда я проходил мимо, он улыбнулся мне такой странной, неприятной улыбкой и сказал: «Передай мисс Баррет, что ее друг выглядит уставшим. Ему бы отдохнуть».
Джейн похолодела: Лукас давил на нее, показывал, что знает ее слабые места.
– Спасибо, Артур, что предупредил меня, – сказала она, стараясь сделать голос ровным. – Будьте, пожалуйста, осторожны. И, может, на пару дней попросите кого-то другого разносить почту в этом районе?
– Д-да, конечно, – пробормотал Артур и поспешил удалиться, явно напуганный.
Джейн все же решилась позвонить Марлоу и рассказала ему о коробке и визите Артура.
– Флакон я заберу на анализ, если вы его еще не уничтожили, – сухо сказал детектив. – Но без отпечатков и свидетелей это ничего не даст. Слов почтальона тоже мало. Тем не менее я увеличу патрулирование, большего сделать не могу.
Его беспомощность злила и пугала одновременно. Лукас действовал идеально, не оставляя после себя никаких зацепок.
На следующее утро Артур не появился с почтой. Сначала Джейн не придала этому значения, решив, что он последовал ее совету. Однако к полудню ее начало мучить тревожное предчувствие. Она позвонила Гримму домой. Ответила его пожилая мать. Она сообщила, что недавно приехала с мужем в город, еще раз поблагодарила Джейн и извинилась, что не успела зайти в чайную лавку с личной благодарностью.
– Артура нет, мисс Баррет, – сказала она с беспокойством в голосе. – Он ушел вчера вечером встретится со старым другом и до сих пор не вернулся. Он так никогда не делает.
Волна ужаса захлестнула Джейн, она тут же связалась с Марлоу.
– Артур Гримм пропал, – выпалила она, едва он взял трубку. – Вчера вечером. После того, как рассказал мне, что видел Лукаса.
Детектив отреагировал мгновенно. Через пятнадцать минут он был в чайной.
– Вы уверены, что он не мог просто загулять? Уехать?
– Нет! – почти крикнула Джейн. – Он напуган! Он бы не ушел, не предупредив мать. Это Лукас, он похитил его.
В ее голове звенело: «Ему бы отдохнуть». Эмбри не просто угрожал.
Марлоу отдал распоряжение начать поиски. Джейн знала: они ничего не дадут. Лукас был слишком умен.
Поиски не увенчались успехом. Вечером Джейн сидела одна за столиком, сжимая в руках холодную чашку недопитого чая. Она чувствовала себя виноватой: Артур пострадал из-за ее упрямства и любопытства.
В витрину чайной что-то неожиданно стукнуло, и послышался звон стекла. Она вздрогнула и подошла к окну. На подоконнике лежал камень, обернутый бумагой. В окне зияла дыра, но все стекло не осыпалось. Развернув дрожащими пальцами записку, она прочла: «Хочешь вернуть своего друга? Приходи одна. Старая лесопилка на реке. Полночь. Никакой полиции. Иначе он “отдохнет” навсегда».
Это был ловушка, примитивная, но безотказная. Лукас знал, что она не сможет бросить Артура. Он заманивал ее в безлюдное место.
Элли, прочитав записку, схватила подругу за руку.
– Ты не пойдешь! Это самоубийство! Нужно позвонить Марлоу!
– И что он сделает? – с горечью спросила Джейн. – Приедет с командой? Лукас будет наблюдать и, если он увидит полицию, убьет Артура.
Элли заметалась по залу.
– Но ты не можешь идти одна! Он убьет вас обоих!
Джейн посмотрела в темное окно, за которым был город, полный спящих, ничего не подозревающих людей. Теперь от ее решения зависела жизнь другого человека.
– Он не убьет меня сразу, – тихо сказала она. – Ему нужно «наследие». Он думает, что я знаю, где оно, и будет пытать меня. Это даст мне время.
– Время на что?! – в отчаянии воскликнула Элли.
– Я не знаю, – честно призналась Джейн.
Ее голос дрогнул, но в глазах загорелся знакомый огонь решимости.
– Но я не могу позволить ему погубить невинного человека из-за меня. Я должна пойти.
Она понимала всю безрассудность этого шага. Все козыри были у Лукаса. Но отказываться от игры означало проиграть жизнь Артура Гримма.
– Я не пойду совсем безоружной, – сказала она, подходя к ящику со столовыми приборами и доставая длинный острый нож для разделки мяса.
Он слабо блеснул в свете лампы. Жалкое оружие против расчетливого убийцы, но это было лучше, чем ничего.
Элли смотрела на нее, слезы катились по ее щекам.
– Я позвоню Марлоу, скажу ему все. Пусть он следует за тобой на расстоянии.
– Нет, – резко оборвала ее Джейн, – риск слишком велик. Лукас не шутит. Лучше займись новым стеклом для окна и сделай еще вот что… – она подошла к Элли и прошептала ей на ухо короткий, отчаянный план.
До полуночи оставалось три часа. Три часа до того, как она сознательно шагнет в пасть к хищнику. Страх сковывал ее тело, но вместе с ним пришло и странное спокойствие. Неопределенность закончилась, враг показал свои карты. Настала ее очередь сделать ход.
Игра в кошки-мышки подходила к концу, начиналась дуэль.
Глава 24. Сердце тьмы
Дождь за окном превратился в настоящую бурю, ветер завывал в трубе, как дурное предзнаменование. Городские огни казались беспомощными против сгущавшейся тьмы. Джейн сидела в задней комнате чайной, разложив перед собой пожелтевшие дневники тетушки и свои собственные заметки.
Неоткуда было ждать помощи. Оставался только