— Потанцуем?
Внутри небольшой спор, отказаться или… просто ещё немного забыться? Киваю. Он ведёт меня в центр зала, мы двигаемся в такт музыке. Его руки на моей талии, его дыхание близко, но я не чувствую ничего такого… Только гул басов и жар танцпола. Я не позволяю себя откровенно лапать, но и не отсекаю его попытки быть ближе… Тем более, у меня мужчины не было… Уже очень-очень давно. И меня бесит, что я думаю об этом в офисе порой… Чем чаще мы ругаемся с Демьяном и метаем друг в друга молнии, тем сильнее я понимаю, что тело моё уже устало воевать. Мне хочется разгрузки, хотя бы, когда я не вижу его гнусную победоносную мордень…
Потом это парень тянет меня к их столику за собой…
— Выпьем? У нас отличный вискарь…
— Ладно, — пожимаю плечами. — Только один бокал.
Он наливает, я делаю глоток. Горько, резко, но это отрезвляет чуть больше, чем хотелось бы. В голове всплывают старые мысли… Уверена ли я, что это хорошая идея? Ничуть… Бухать с незнакомцами в клубе… Как раз так и начинаются все криминальные сводки об износах и убийствах… А ещё продаже девушек в анальное рабство где-то заграницей…
Как раз в этот момент на таких ужасных, но таких здравых мыслях Аня возвращается… Видит меня за столом с этими парнями, хмурится:
— Дана, может, пойдём? — спрашивает аккуратно.
— Ты куда?
— Да, — встаю, чувствуя, как кружится голова. — Мы пойдём в уборную, освежимся…
Парни отпускают нас, и мы уходим вглубь зала.
— Они какие-то стрёмные, Дан…
— Тогда просто уйдём…
В туалете мы стоим перед зеркалом. Аня смотрит на меня серьёзно:
— Ты в порядке?
— Нет, — признаюсь. — Хочу домой…
— Тогда идём. Идём домой реально… Я такси вызову…
Выходим из уборной, и прямо перед нами снова возникают те самые парни. Будто ждали нас тут… Тот, что танцевал со мной, хватает меня за руку:
— Куда драпанула, красавица? Мы же только начали веселиться!
Я отшатываюсь, но он держит крепко. Аня бледнеет:
— Отпусти её!
И в этот самый момент за моей спиной раздается низкий, ледяной голос, от которого за секунды по всему телу проносятся сумасшедшие мурашки:
— Руки убрал.
Я оборачиваюсь и быть того не может… Демьян. В чёрной косухе, с потемневшим от ярости лицом. Он смотрит на парня так, будто готов его на куски разорвать. А я даже пошевелиться не могу… Какого чёрта вообще?! Он последний кого я ожидала тут увидеть, блин…
— Ты кто такой? Ещё один ухажёр? — усмехается тот, что, казалось, уже застолбил меня.
— Последний, — отрезает Демьян. — Отпусти её. Пока ебало твоё не сломал.
— Чё ты сказал?!
— Ты слышал.
Парень не сразу отпускает, но что-то в лице Демьяна заставляет его отступить. Остальные делают шаг вперёд, но Демьян не двигается с места — он злее, опаснее, и это видно.
— Пойдём, — он берёт меня за локоть, почти тащит к выходу. Аня идёт следом, не говоря при этом ни слова. Будто виновата перед кем-то…
На улице холодный воздух отрезвляет, снова ударяя в лицо. Я вырываю руку из его хватки.
— Какого чёрта ты приехал?! Как узнал, где я?!
— Какая, нахуй, разница?! Я забрал тебя оттуда!
— Я не просила!
— Значит, нужно было бросить тебя в компании тех мудаков, да?! — его голос звучит жёстко. — Ты этого хотела? Чтобы вас по кругу пустили?! Себя не жалеешь — похер! Нравится тебе такое, да? Тогда хотя бы подругу пожалей!
— Ах ты сволочь! — я толкаю его в грудь. — Кто дал тебе право решать за меня?! Не лезь в мою жизнь! Ты мне никто!
— Жопу прижала!
— Ненавижу тебя! — начинаю долбить его кулаками в истерике.
Он резко прижимает меня к стене. Не больно, но властно. У меня перехватывает дыхание от этого внезапного действия. А он целует… Нагло, жёстко, заставляя замолчать. Словно рядом нет никакой Ани… Будто мы тут вдвоём. Я не просто тону в этот момент, я ощущаю, как лёгкие схлопываются, а ноги подкашиваются на месте…
Сначала сопротивляюсь — бью кулаками в его твёрдую грудную клетку, пытаюсь оттолкнуть. Но потом… потом что-то ломается внутри. Я отвечаю на поцелуй с каким-то отчаянием, будто это последний шанс выдохнуть. Шанс распознать и почувствовать его сладкие губы и прогнуться под ним… Дать ему то, что он хочет… Даже если я не привыкла давать… Особенно ему. Я его ненавижу… Всей своей душой, но прямо сейчас дёргаю за ворот его кожанки и ощущаю, как наши языки безмолвно борются в моём рту за территорию…
А потом внутри снова разгорается вспышка гнева. Я отталкиваю его от себя, даю пощёчину. Дышу тяжело, голос дрожит:
— Не смей так никогда делать! — выпаливаю, схватившись за пьяные губы…
— Садись в машину, — он говорит тихо, но твёрдо, а сам уходит куда-то, оставив нас с Аней вдвоём возле своего Порше…
Глава 15
Демьян Разумовский
Я злой. Очень злой. На себя — за то, что сорвался и поехал за ней. Потому что на меня это не похоже. Я не куколд вовсе, а она из меня такого делает… Поэтому и на неё тоже — за то, что заставила сорваться. Ещё и набухалась там, тусовалась с какими-то выродками, блин… Это меня не просто выносит, меня конкретно потряхивает. Я даже не представлял, что реакция будет такой ебанутой…
Возвращаюсь в клуб только за их верхней одеждой — вообще не собирался ехать, но что-то внутри не дало просто так бросить её там. Интуиция? Или то самое чувство, от которого я пытаюсь отмахнуться уже который месяц?
Вхожу в зал, и кровь закипает. Потому что именно тут Дана стояла с каким-то типом: его рука была на её талии, и мне хотелось переломать ему все пальцы… Да и сейчас хочется. Они явно не контролировали ситуацию. Внутри всё сжимается от ярости. Я не должен так реагировать. Но не могу… Я злюсь и ревную. По-бешенному… Впервые в жизни у меня на тёлку такая реакция. Мало того, что елда всегда стоит, так ещё и грудную клетку шьёт молниями, как представлю, что она где-то что-то… С кем-то…
Выхожу на улицу, курю у машины. Пока они обе красные, взъерошенные сидят в салоне и ждут. Дальше я