Каким-то образом в руке оказался бокал игристого. А потом прозвучал первый тост.
Я сделала вид, что пригубила, но даже не притронулась к алкоголю. Пока здесь Кристиан, не стоит расслабляться. Да и Делия является для меня угрозой.
Поставив нетронутый бокал, я перекинулась парой слов с девочками и уже хотела идти к Кристиану, но он меня опередил.
— За мою прекрасную сестру! — Сказал он, поднимая бокал. — Пусть ее жизнь будет долгой и счастливой!
Снова пить? То есть каждый тост, что ли?
Да если я и правда пить буду, то через час и двух слов не свяжу.
Оглянувшись на столик, я так и не поняла, какой из бокалов мой. Может, его вообще уже унесли. Слуги сновали и меняли посуду так сноровисто, что отследить их было тяжело.
В итоге, я просто выловила одного, взяв новый бокал.
Снова пригубила, не позволяя себе проглотить ни капли алкоголя.
А через несколько секунд за спиной раздался звон.
Обернувшись, я увидела, как Кэтрин хватается за горло. Выпученные глаза и стремительно бледнеющие губы подсказывали — она не канапе подавилась.
А ведь тот бокал, что разбился, выпав из ее рук, скорее всего, предназначался мне.
Глава 41
Считанные мгновения понадобились, чтобы разделить вечер на «до» и «после».
Все произошло так быстро, но когда смотрела, как Кэтрин задыхается, казалось, что время замедлилось. Растянулось, как патока, в которой мы сейчас все начнем утопать подобно мотылькам.
Я снова впала в ступор и не знала, что делать. Рядом Амелия вообще была в полуобморочном состоянии. Кажется, ее начало трясти.
Секунда.
Ариан растолкал всех, поднимая свою названную сестру на руки.
Секунда.
Уложил ее на кушетку, склонившись над уже бесчувственной Кэтрин.
Секунда.
Начал что-то колдовать.
— Кэтрин!
Та самая незнакомая мне женщина подбежала, намертво сцепившись в плечо Ариана.
— Что с ней?
— Яд, — ответил он. — Судя по серебристым каплям на губах, кровь морозного паука.
Женщина побледнела. Пошатнулась. И, кажется, постарела лет на десять в один миг.
— Ариан… Спаси мою дочь.
Не просьба. Мольба.
Я видела, что он пытался. Видела, как его окутывают магические потоки. Перейдя на свое магическое зрение, я даже яд в организме Кэтрин видела. Он действительно был серебристым. Очень похожим на ртуть. И расползался по организму девушки очень стремительно.
Магия дракона пыталась сдержать яд. Я видела, как он ювелирно уничтожает то один источник, то другой. Но это было все равно как бороться с мифической гидрой. Отрубишь одну голову, вырастут две новые.
— Ты ведь сможешь ее спасти, да? — Допытывалась женщина.
— Я не знаю, — выдавил Ариан.
Лучше бы его не отвлекали. Он и так был на грани. Я видела, как дрожала его аура, когда он сражался с этим ядом.
Сердце пропустило пару ударов, когда я поняла, что у него не получится.
Да, он дракон. Он сильный, опытный, могущественный. Но он не бог. Не всесильный.
Его магия тоже имеет свои границы.
А моя — нет.
Сбросив с плеча руку брата, который успел подойти ближе, пока я пребывала в ступоре, я подбежала к Ариану.
Я так и не поняла всех механизмов и принципов своих способностей. Да и практики у меня не было толком. Но делать что-то нужно.
Едва пальцы коснулись Ариана, я представила, как его магия, та самая, что пытается остановить распространение яда, усиливается.
На самом деле почти ничего другого представить не успела.
Под ладонью зажглось золотое сияние, которое я видела лишь однажды. Когда он в первый раз на моих глазах превратился в дракона.
Резонанс начал работать.
От облегчения я чуть не разрыдалась. Но вовремя взяла себя в руки. Еще ничего не кончено. Нужно сосредоточиться.
Прикрыв глаза, я методично толкала магические потоки в сторону супруга, представляя, как через мои пальцы проходит энергия.
Потребовалось около получаса и все мои силы на то, чтобы Ариан смог в итоге сказать:
— Все.
Женщина рядом, которая, очевидно, являлась матерью Кэтрин, упала на колени.
— Она… она…
— Выживет, — добавил Ариан.
Сволочь! Не мог сразу сказать?
Хотелось его немножко поколотить за его формулировки, но я слишком устала. Хотелось упасть рядом с Кэтрин и просто поспать.
А вот мой супруг, напротив, оживал на глазах.
И дело не в том, что я его подпитывала. Связь уже разорвалась, и я перестала выполнять функции магической батарейки.
Просто он, наконец, освободил руки и теперь имел возможность устроить разбор полетов.
Я понимала, что так и будет. Даже в состоянии почти транса я слышала, как охрана перекрывает выходы и не позволяет никому уйти.
Вероятность того, что человек, который отравил Кэтрин находится в этой комнате, очень высока.
Вот только Ариан не стал никого допрашивать. Повернувшись, он сразу впился глазами в своего друга.
— Я ведь просил тебя, Эдвард. Предупреждал, чтобы ты следил за своей дочерью. Говорил, что пора перестать видеть в ней неразумное дитя. Теперь ты доволен?
У меня даже не сразу получилось осознать, что это означает. А когда поняла, что Ариан обвиняет не пэра Нортона, а девушку, которую я считала кем-то вроде приятельницы, по коже пробежал холодок.
Амелия стояла поодаль. Бледная, с дрожащими губами, заплаканная.
Она совсем не была похожа на убийцу. Не так выглядят люди, которые могут хладнокровно подлить яд.
— Все вон!
Ариан, наконец, осознал, что свидетелей слишком много и разогнал всех остальных. В том числе и Кристиана. Пообщаться с братом не получилось, ну и ладно. Мне же лучше.
Теперь осталось понять, почему Ариан так уверен, что яд в бокал подсыпала именно Амелия.
— Я… Я не делала этого, — воскликнула девушка, всхлипывая. — Зачем бы мне? Мы дружим с Кэтрин с самого детства! Как можно подумать, что я хочу ее убить?
Выпалив это, она снова закрыла лицо руками и начала сотрясаться в рыданиях.
Если честно, захотелось подойти и утешить. Если бы не закалка бывшего преподавателя, я бы наверное, так и поступила. Очень уж потерянной и несчастной она выглядела.
— Не спорю, ты бы вряд ли захотела травить Кэтрин. Но яд и не ей был предназначен, — припечатал Ариан.
— Это ошибка, — продолжала повторять девушка. — Я не делала этого.
— Неужели? Ты выбрала хороший яд. Он убивает наверняка. Но вряд ли ты знала, что морозные пауки очень чувствительные к магии и чужой