Восточноазиатский Ллойд публикует следующие статистические данные о японских фабриках: в 1883 г. все 84 фабрики Японии обладали в общем 1700 лошадиными силами; в 1893 г. было 1163 фабрики с 35 000 лошадиных сил, из которых 31 165 добывались паром, а 4142 – водяной силой.
В течение одного десятилетия сила пара повысилась на 2226 %, а сила воды – на 2134 %. При этом последняя еще только в зародыше. Сотни водяных течений могут принести пользу промышленности, так что добывание продуктов обойдется еще дешевле, а цены за труд повысятся не особенно сильно, на шерстяных ткацких фабриках заработная плата рабочих повысилась в 1899 г. на 37 %, и в 1898 г. мужчины получали 24 копейки, а женщины – 14 копеек в день. В других мастерствах рабочим платят следующим образом: поденные рабочие получают 38 копеек в день, носильщики – от 70 до 75 копеек, столяры – от 55 до 60 копеек, кровельщики – 60 копеек, драпировщики – от 55 до 60 копеек, плетельщики циновок – 55–60 копеек.
Электричество также в последние годы применяют как двигательную силу, и с 1890 г. в Японию ввозятся электромоторы стоимостью в 2½ миллиона рублей. Со временем они будут изготовляться в самой стране, точно так же, как теперь изготовляются телефонные и телеграфные аппараты. В Осаке устроена электрическая станция, где применяется водяная сила, равная 15 000 лошадиных сил. На осакских фабриках, по последним известиям о местных производствах, общая сумма равняется 25 000 лошадиных сил, и собственники электрических учреждений считают экономию, получаемую от применения электричества вместо паровой силы, в один миллион иен ежегодно!
Осака – это место, где сосредоточиваются шерстопрядильные фабрики, т. е. та промышленность, которая сделала там самые большие успехи. Начало свое это производство берет с 1871 г., когда князь Садзумы Симадзу ввел в Японии несколько прядильных машин. Революция помешала развитию этой отрасли промышленности, и только в 1880 г. правительство опять вмешалось в дело, устроив пять прядилен. Этот пример нашел себе подражателей в народе, и уже в 1886 г. в Японии было 65 000 веретен; в 1891 г. число их возросло до 354 000, в 1894 г. – до 664 000, в 1896 г. их уже было свыше 800 000 и в 1899 г. – 1 125 000. Количество производства разных тканей равнялось в 1883 г. 2 1/3 млн метров, в 1891 г. – уже 45 млн метров и в 1895 г. – 65 млн метров. Потребность в сырой шерсти в течение одного десятилетия увеличилась в двадцать пять раз. В 1885 г. в Японию было ввезено сырой шерсти больше чем на 1½ млн рублей, а в 1898 г. ввезено ее было на 47 млн рублей. Ввоз шерстяной пряжи из Европы достиг самых больших размеров в 1888 г.: именно 31 млн килограммов, исключительно из Англии. В 1894 г., т. е. через шесть лет, ввоз ее уменьшился до десяти млн килограммов, а ныне уже Япония, со своей стороны, в прошлом году вывезла в Китай 2 1/3 млн килограммов. Таким образом, Япония в отношении шерстяной пряжи и материи почти перестала зависеть от Европы. Последствия этого очевидны: в Ланкашире работали в 1895 г. около 100 прядильных фабрик в убыток, тогда как японские получили дивиденд от 10 до 25 %. Чувствительнее всего было развитие японских прядильных фабрик для Индии. В 1880 г. оттуда вывезено было в Японию 4500 кип шерстяной пряжи, а в 1897-м – только 750, а с тех пор вывоз еще уменьшился.
Такого же развития достигли производство и фабрикация шелка, хотя японский шелк по своей добротности далеко не может сравниться с китайским. В 1889 г. производство шелка простиралось до 3½ млн килограммов, из которых вывезено было 2¾ млн килограммов стоимостью свыше 50 млн рублей; в 1894 г. производство было свыше 10 млн килограммов, а вывезено было 6¼ млн килограммов стоимостью в 85 млн рублей. Это относится только к шелку-сырцу. Но шелковые материи также вывозятся в изобилии, особенно из провинции Фукуи, где в 1890 г. было только 2200 веретен с 3000 рабочих. В 1894 г. их было уже 12 500 с 12 000 рабочих, главным образом девушек, которые получали за каждую штуку шелка по 50 иен и в течение месяца ткали 5—10 штук. В 1885 г. вывезено было шелку на 108 000 рублей, а в 1898 г. – на 17½ млн рублей.
Храм в Нагойе
Производство ковров в Сакайе, маленьком городке недалеко от Осаки, занимает собою больше 16 000 рабочих. В 1890 г. из Японии вывезено было 27 000 ковров, в 1898 г. – 800 000, а в настоящее время японские ковры нашли себе сбыт даже в Англии, не столько благодаря своему качеству, сколько из-за красивых рисунков, похожих на восточные, и своей необычайной дешевизны, составляющей третью или даже четвертую часть стоимости восточных ковров.
Весьма любопытна статистика развития целого ряда производств, из которых большая часть не существовала даже десять лет тому назад. Так, например, общий вывоз на рынки стоил в 1889 г. 140 млн, в 1899 г. – 428 млн. Товары распределялись следующим образом:
В числе других крупных продуктов, которыми трудолюбивые японцы хотят вытеснить такие же европейские продукты, надо еще упомянуть о пиве. Самый значительный пивной завод в Токио «Нихон-Бакуоса-Кайша» (в переводе «Японское пивоваренное общество») еще несколько лет тому назад стоял на краю гибели: в 1895 г. он, однако, продал уже 7515 коку (около 13 500 гектолитров) пива, его акции поднялись от 40 до 80 иен. Не хуже развиваются и другие пивоваренные заводы в Японии, так что понятно, почему вывоз немецкого пива в английскую и голландскую Индию, в Японию, Китай, Филиппины, вообще в Восточную Азию, за промежуток времени от 1891 г. до 1895 года вместо прежних 90 000 гектолитров дошел до 81 000 гектолитров [24].
Самое замечательное в развитии японской промышленности – это разнообразие продуктов. За исключением ограниченного количества специальных предметов, особенно химического производства, все теперь производится в самой Японии, и если качество продуктов оставляет желать многого, то, во всяком случае, все они доходны. Одними из главных продуктов считаются, например, точилки, бумажные обои (подражание тисненой коже), искусственные цветы, фонари, занавесы из стеклянных бус, черепаховые изделия. В Японии теперь есть три большие фабрики, где выделывается фланель, для которой шерсть привозится из Австралии. На фабрике в Осаке имеется 250 прядильных машин и 2000 веретен, привезенных из Германии и Англии: затем в Осаке имеются фабрики стенных и карманных часов, зубных щеток, нижнего белья из бумаги; фабрики, рафинирующие сахар, другие, где льют шрифт, мастерские бумажных мельниц – в общем, 2600 промышленных учреждений с 16 000 рабочих и 20 000 работниц. В машиностроении также сделано много успехов: японцы строят паровозы, железнодорожные вагоны, и даже свои большие броненосцы.
Вместе с развитием промышленности, естественно, улучшаются и способы перевозки: одно с другим связано. Число железных дорог за 27 лет увеличилось на 12 250 %, вместительность японских пароходов за 24 года увеличились на 1380 %. В 1898 г. Япония обладала 970 пароходами с 273 000 тонн вместимости, при этом парусных кораблей вместимостью 45 000 тонн, построенных по японскому образцу, было 17 000.
Неожиданный и беспримерный рост японской промышленности, разумеется, не мог не отразиться на внутренней жизни страны. Цены на все сильно поднялись; предметы роскоши, как напр., шелк, повысились в цене от 30 до 40 %, и