Яо Чэнь вздохнул, понимая, что спорить бесполезно.
— Ладно. Но опирайся на меня. Если упадешь, я буду чувствовать себя виноватым следующие сто лет.
Крепость «Железный Клык» была вырублена прямо в скале. Коридоры здесь были узкими и холодными, освещенными лишь редкими факелами. Мы шли мимо солдат — остатков «Черных Тигров» и дезертиров, которые теперь носили гордое имя «Волчья Стая».
Люди кланялись нам. В их глазах я видела не просто уважение, а благоговение. Для них мы были теми, кто вернулся из мира мертвых.
Мы спустились в большой зал, служивший когда-то трапезной.
Посреди зала, за грубым дубовым столом, сидел Яо Шэн.
Он изменился.
Даже сидя, он казался огромным. Он был одет в простую черную рубаху, которая не скрывала бинтов на груди и руках. Но страшнее всего было его лицо. Шрам, пересекавший его щеку, стал темно-фиолетовым, словно налитым старой кровью. А в волосах, прежде черных как смоль, появились широкие седые пряди.
Он сидел неподвижно, глядя на свои руки, лежащие на столе. Руки, которые чуть не убили его брата.
Вокруг него, на почтительном расстоянии, стояли офицеры: Лэй, которому уже ампутировали руку по локоть, А-Бин и... Командир Бай.
Бай был без оружия, но свободен. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Генерала.
— Брат, — негромко позвал Яо Чэнь.
Яо Шэн медленно поднял голову.
Его глаза. Они больше не светились красным, но в их глубине, на самом дне зрачков, клубилась тень.
Увидев меня, он встал. Его движения были резкими, дергаными, словно тело ему не совсем подчинялось.
— Ли Юй, — его голос стал ниже, в нем появились рычащие нотки. — Ты очнулась.
— Генерал, — я склонила голову.
Он вышел из-за стола и подошел к нам. Я почувствовала исходящую от него волну холода и... угрозы. Инстинктивно мне захотелось спрятаться за спину Яо Чэня, но я заставила себя стоять смирно.
Яо Шэн остановился в шаге от меня. Он смотрел на мою шею, туда, где билась жилка.
— Ты спасла меня, — произнес он. — Ты вытащила иглы. Это было... смело и глупо. Я мог оторвать тебе голову.
— Могли, — согласилась я. — Но не оторвали. Значит, где-то там, внутри, вы все еще вы.
Генерал криво усмехнулся. Усмешка исказила его лицо, сделав его пугающим.
— Я — это я? — он посмотрел на свои руки. — Я чувствую, как она течет во мне. Тьма. Она хочет крови. Она шепчет мне, как легко сломать хребет любому в этой комнате. Даже тебе. Особенно тебе, потому что в тебе много жизни.
Яо Чэнь напрягся, его рука легла на эфес меча.
— Шэн, — предупреждающе произнес он.
Генерал перевел взгляд на брата. В его глазах мелькнуло раздражение, которое тут же сменилось усталостью.
— Не бойся, Чэнь. Я держу зверя на цепи.
Он снова посмотрел на меня.
— Я был против этого брака. Я думал, ты — избалованная столичная кукла, которая станет обузой. Я ошибся.
Он медленно опустился на одно колено.
В зале повисла гробовая тишина. Великий Генерал, Кровавый Демон, встал на колено перед женщиной.
— Прости меня, невестка, — глухо сказал он. — За то, что использовал тебя. За то, что чуть не убил. Клан Яо в долгу перед тобой. С этого дня ты — не просто жена моего брата. Ты — сестра по крови.
У меня перехватило дыхание.
— Встаньте, Генерал, — прошептала я, касаясь его плеча. — Семья не считает долги.
Он встал, возвышаясь над нами, как скала.
— Семья, — повторил он, словно пробуя слово на вкус. — Что ж. У нашей семьи большие проблемы.
Он вернулся к столу и ударил по карте ладонью.
— Мы здесь. Нас — шестьдесят человек. Против нас — вся армия Севера, которая теперь подчиняется ставленникам Принца. И армия Центра, которая идет сюда.
— У нас есть Список, — напомнила я, подходя к столу.
— Список, — фыркнул Бай, вступая в разговор. — Бумага горит. И слова горят. Принц скажет, что это подделка. Он герой, спасший Империю от "безумного клана Яо". Народ поверит ему, а не нам.
— Народ поверит силе, — отрезал Яо Чэнь. — Но мы не можем воевать со всей страной. Нам нужны союзники.
— У нас нет союзников, — мрачно сказал Лэй. — Все губернаторы провинций сидят тихо, боясь за свои шкуры.
— Есть один, — вдруг сказал Яо Шэн.
Все посмотрели на него.
— Кто? — спросил Яо Чэнь.
— Старый Волк, — Генерал указал пальцем на точку на карте, далеко на западе, в горах. — Князь Запада, Мужун Фэн. Он ненавидит Двор. Он ненавидит Принца. И он... он мой должник.
— Мужун Фэн? — переспросил Бай скептически. — Этот старый разбойник? Он отделился от Империи десять лет назад и никого не пускает в свои владения.
— Он пустит меня, — сказал Шэн. Его глаза сверкнули багровым. — Или я сломаю его ворота. Мне нужна его конница. С его армией мы сможем пройти маршем до столицы.
— Это риск, — заметил Яо Чэнь. — Мужун непредсказуем.
— У нас нет выбора, — Шэн сжал кулак. — Мы выступаем на Запад. Через три дня.
— Почему через три? — спросила я.
— Потому что мне нужно научиться управлять этим, — Шэн посмотрел на свои руки, по которым пробежали черные искры. — Если я потеряю контроль в походе, я перебью своих же людей.
Он повернулся к брату.
— Чэнь. Ты ведешь людей. Ты теперь голос разума в этом клане. Я — только меч.
Это было признание. Официальная передача власти. Генерал признавал, что он больше не может быть лидером в полном смысле слова. Тьма сделала его нестабильным.
— Я приму командование, — кивнул Яо Чэнь. — Но меч нам нужен острый.
* * *
От лица Яо Чэня
Ночь в крепости была тихой, но спать никто не мог.
Я стоял на стене, глядя на заснеженные горы. Ветер трепал мои короткие волосы. Я все еще не привык к отсутствию тяжелого узла на затылке. Голова казалась легкой, а мысли — ясными.
Сзади послышались шаги. Тяжелые, уверенные.
Шэн.
Он встал рядом, опираясь на парапет. От него исходил холод, даже сквозь меховой плащ.
— Ты хорошо справился, — сказал он, не глядя на меня. — Я горжусь тобой, брат.