– А партнера своего ты где потерял? Тоже на конюшне? Маргарет, наверно, вместо лошади заперта в деннике? Брюс, ты уверен, что стоило заключать с ней союз? – она отпила вина и смерила его взглядом. – Азель сто лун назад впервые сел на коня, разбил себе лоб и больше никогда к ним не приближался. Да пусть у твоих животных хоть сто голов, нам плевать. Не заливай в уши помои.
– А ты, как всегда, остра на язык, Лина, – Брюс ни капли не разозлился и не удивился столь яростной реакции. – Моя Маргарет хотя бы нашла себе партнера в виде меня, а тебе уже сколько лун? Двести? Ты с парнем хоть за руку держалась? С таким нравом ты никогда себе никого не найдешь, – Брюсу казалось, он бьет по больному, однако Лина лишь усмехнулась. – Что? Возразить нечего?
– Если все парни так же, как и ты, думают лишь о лошадях и завидуют их достоинству между ног, то лучше я буду всю жизнь растить и собирать виноград со служанками, чем заключу союз с одним из вас, – она окинула его презрительным взглядом. – А где, собственно, Маргарет? Ах да, я слышала, что она наслаждается обществом кого угодно, лишь бы отдохнуть от очередного разговора про лошадей.
– Она любит лошадей, – прорычал Брюс.
– Ровно с такой же силой, как и я тебя, – Лина улыбнулась. – Впрочем, это неважно. Скоро ужин подойдет к концу, увидимся в следующее никогда, Брюс. Мне с братом надо поговорить о других скучных темах. Прощай, – она чересчур наигранно и мило помахала ему рукой, подмигнула и схватила Азеля за руку.
– Больная, – только и успел ответить Брюс.
– Слава богам, ты появилась, как шторм, – Азель уже не знал, как благодарить сестру. – Я думал, помру, утопившись в бокале с вином. Пятнадцать бесконечных минут я слушал о том, как он сводил какую-то свою лошадь. Бедные его слуги, – они отошли подальше в тень огромной колонны рядом с их местом за столом.
– Да мне кажется, только слепой, и то не точно, видел, что тебя надо спасать. Я отошла лишь переговорить с девчонками Ли и Ру, а он взял тебя на абордаж, – Лина покачала головой и пригубила вино. – То, что ты рассказывал сегодня днем, оно в силе? Я сгораю от любопытства! Смотри, сколько народа! Мы могли бы вообще не приходить. Никому нет до нас дела.
– Ага, конечно, мама раз в полчаса пересчитывает нас, как утят, – Азель покачал головой. – Самюэль вышел в уборную, так назад его привела уже стража. Тем более отец хочет сделать объявление в конце ужина. А так как все достаточно пьяны и готовы слушать его очередные планы, скоро начнется.
– Я прям тут сейчас помру, – Лина надула губы. – Быстрее бы все это кончилось. Глупые мальчишки с их глупыми делишками.
И словно подслушивая их разговор, все их семейство стало возвращаться на свои места. Ужин проходил в главном зале приемов с десятками длинных столов, которые уставлены едой и напитками. Чем больше королю нравился его потомок, тем ближе тот сидел к трону. По левую руку располагалась королева, их мать, строгая и беспринципная женщина, державшая весь двор в страхе, по правую их старший брат – Николас. Светлый характером и мягкий, он искусный воин и будущий король. Но так как никто из них не старел и не болел, то их отец правил, казалось бы, всегда. Основная причина смерти на первом материке – гибель от чужой руки. Поэтому в королевской семье не так часто появлялись новые члены, лишь в результате каких-то интриг. Простые люди же погибали в войнах, из-за голода. Николас, впрочем, не горел желанием править. Он был хорош собой, имел популярность у женщин и наслаждался жизнью главного принца.
– Я собрал вас, чтобы объявить благую весть, – король встал с трона с бокалом вина. – Мы наконец-то готовы продолжить воевать за золотые рудники на втором материке. Разведчики доложили, что у насекомых началась междоусобица, и мы как нельзя вовремя продвинемся дальше. Осталось совсем немного, чтобы полностью укрепиться в регионе.
Азель украдкой посмотрел на сестру. Она крепко сжимала бокал. Тема войны всегда раздражала ее и выводила из себя. Отец не просто так вел своих людей погибать на другие материки. Конечно, попытка укрепиться на втором, четвертом и шестом материке хорошая идея, но это всегда сопровождалось гибелью сотен тысяч подданных. И все ради того, чтобы недовольных властью становилось меньше. Магия слезы первого материка ограничивала количество людей. Отправить умирать часть самых неконтролируемых и, пока появятся новые, жить спокойно.
Лина презирала за это всю семью. Сейчас только Азель разделял ее мнение. Ей хотелось другого мира, хотелось спокойствия. Их народная воля застряла в деспотическом правлении. Она осушила бокал, пока отец продолжал рассказывать планы.
– В этот раз армию поведет Николас, я останусь в замке. Поход обещает быть легким. Дальше, чем золотой рудник, мы продвигаться не будем. Ни к чему воевать за бесполезный песок, – пояснил король. – Мы должны собрать силы и ресурсы для возвращения на шестой материк. Из трех деревень только одна нормально функционирует. Мы не можем оставить все как есть, но золото важнее.
– Конечно, важнее, – прошептала Лина. – Как же хорошо, что третий материк оказался нам не по зубам от слова совсем.
– Это потому, что мы еще в войну с великанами не ввязались, – ответил ей также шепотом Азель, но потом заметил грозный взгляд матери и чуть не проглотил язык.
– Как вам известно, наша слеза не наделила людей особыми способностями, не дала магии и возможности укрепиться даже на нашем собственном материке, – продолжил король уже по образцу своей классической речи. – Мы красивы, нас не трогает старость и болезни, но по сравнению со смертными магическими существами это ничто. Поэтому нам приходится выгрызать свое место в этом жестоком мире.
И после этой повторяющейся из раза в раз речи последовали ожидаемые аплодисменты. Азель и Лина вяло хлопали, чтобы хоть как-то не выбиваться из общей картины, иначе им потом достанется от мамы.
Азель искренне не понимал, действительно ли все так поддерживали отца, или это очередная игра на показ. Им, по большей части, не о чем было беспокоиться. Мало кто из них отправится