В квартире, куда они попали, тишина стояла напряженная, сотканная из электрических волн, готовых заискрить в любую секунду.
Полный безысходности крик ворвался в заряженное пространство квартиры. Раздался хруст, трещина молнией разрезала бок объемного, литров на семьсот, аквариума. Секунда, и вода, выдавив большую часть стекла, хлынула на пол. Хватая воздух зубастыми ртами, бились на паркете пираньи.
Прижавшись к полотну распахнутой в подъезд двери, сидел человек. Ася не сразу узнала в безучастном и потрясенном мужчине Харитонова. Без бороды и усов, без очков и берета, в накинутой наспех молодежной куртке, он совсем не был похож на пожилого директора зооцентра.
«Так просто, так очевидно. Вот чьи гены превращали его в тирана», – бормотал он.
70. Кубик сложился
Москва. Одиннадцатое сентября 2023 года, понедельник
Понимание, какого матерого зверя они поймали, пришло позже. Прибывшая «с усилением» Свистушкина запретила работникам покидать зооцентр до окончания следственных мероприятий. Харитонова оставили под присмотром. Задержанный выглядел безучастным, происходившее его мало беспокоило.
Асе пришлось разъяснять следователю, «что, собственно, тут творится».
– Елена Борисовна, а не дадите посмотреть фоторобот Захара?
– Испытываешь мое терпение, Ворожцова, – фыркнула Свистушкина, но в папку полезла.
– Я пока в больнице лежала, было время подумать и поработать. А сегодня кубик Рубика сложился.
– Скорее шарики за ролики заехали! Давай по делу! Ты не понимаешь, что мы с Сариняном людей по тревоге подняли?
– Если сразу по делу, то Захар Артемьев и Борис Станиславович Харитонов – это один и тот же человек.
– Ты издеваешься, Ворожцова? Ты с чего это взяла? – заводилась все сильнее Свистушкина.
– Смотрите… – Ася нашла карандаш и нарисовала на фотороботе бородку, усы и берет.
– Вот тебе, Ленка, с молока пенка! – изумилась Елена Борисовна.
– Вы же проверили данные Захара? Он одного возраста с Ольгой Кирилловной? – заторопилась Ася, понимая, что следователь уже на пути к тому, чтобы ей поверить.
– Да, они сверстники, хотя Захар кажется моложе, – согласилась Свистушкина.
– А данные на директора запрашивали?
– Да, но ответ еще не получили.
– Придет отрицательный, – самоуверенно заявила Ася, чем снова задела самолюбие Елены Борисовны.
– В каком смысле, Ворожцова? Или ты опять пальцем в небо ткнула?
– Я пыталась найти профессора. Сначала с помощью интернета. Ни профессора, ни доктора биологических наук Харитонова Бориса Станиславовича не существует. Я даже написала в профессиональные чаты, обзвонила несколько профильных кафедр – ничего.
– М-да, Исида Ворожцова, почему, глядя на тебя, у меня всегда случается раздвоение желаний?
– Хочется поругать и похвалить меня?
– Хочется покурить и выпить.
Свистушкина доложила Сариняну обстановку и попросила его заняться получением судебного решения на производство обыска в квартире Харитонова.
– Ладно, пошли. Надо хотя бы к утру управиться.
Елена Борисовна грамотно распределила работу. Сначала допросили консультантов, менеджеров, ветеринарных врачей, администраторов залов, технических и других сотрудников.
Абсолютно все воспринимали Артемьева и Харитонова как разных людей.
Захара считали относительно молодым, лет сорока, мужчиной. Со сложным характером, со своими «тараканами», но это не мешало девочкам-консультантам строить ему глазки. Все признавали конструкторский талант Артемьева: заказы под его руководством выполнялись идеально и без нареканий. В цеху он появлялся с утра, нарезал задачи, объяснял сложные моменты, проверял, часто лично дорабатывал оборудование. Вечером, ближе к закрытию, а иногда и после, он приезжал в зооцентр, забирал новые заказы, развозил и устанавливал готовые конструкции. К немногословной манере общения Захара, исключительно по делу, все привыкли.
Харитонова уважали как профессионала и руководителя. Одни признавались, что директор поддерживал их в сложные моменты материально, другие – что не отказывал, если срочно надо подмениться, третьи хвалились, что по его совету поступили в соответствующие вузы, хотя раньше об этом и не думали. Кому повезло сюда устроиться, работой были довольны: зарплата отличная, нагрузка известная, атмосфера дружелюбная. Текучки кадров в коллективе не существовало. В зооцентре профессор появлялся после обеда и находился почти до закрытия. Совершал вечерний обход, раздавал указания и демонстративно откланивался.
Возраст Бориса Станиславовича сотрудники определить затруднились. Одни считали, что ему «около пятидесяти», другие – «чуть за шестьдесят», а девушка-администратор, смутившись, сказала, что ему «не больше семидесяти».
Свистушкина, услышав это, фыркнула и неосмотрительно спросила девицу о своем возрасте. Та долго и тщательно рассматривала следователя и осторожно выдала предположение:
– Вы моложе.
– Кого и насколько? – уточнила Свистушкина, пропустив предупреждение об опасности задавать вопросы, не связанные с расследованием, в виде внезапного зуда в районе копчика.
– Бориса Станиславовича… Как минимум года на два.
На вопрос, видели ли Артемьева и Харитонова вместе, восемьдесят процентов коллектива, не сомневаясь, ответили положительно. Иногда директор просил администратора вызвать Захара, чтобы обсудить с начальником цеха новый сложный заказ. Видели Захара, выходящего из кабинета руководителя.
Интересно, что данные видеонаблюдения зооцентра подтверждали слова работников о том, как оба уходили и приходили, но вот вместе, вдвоем, они не попали в поле зрения камер ни разу.
После одобрения судом ходатайства следователя зооцентр и квартиру тщательно осмотрели эксперты, обыскали, изъяли документацию, технические средства.
Первые подозрения о том, что за маской милого старичка прячется не просто мужчина средних лет, а зрелый хищник, возникли, когда в квартире Харитонова обнаружили еще один скрытый ход через шкаф – в соседнюю однушку, которую, по легенде, снимал Захар. Потом нашли коробку с принадлежностями для создания грима и приличный запас усов и бород.
В этот раз везение было на стороне Отдела странных случаев. Скорее по случайности обнаружился тайник в профессорском кабинете. Эксперт осмотрел водопад, нашел кнопку его отключения. Когда вода прекратила течь, проверил дно чаши, потревожив плавающих там золотых рыбок. Уже завершив осмотр водопада и его чаши, из любопытства – не каждый день встретишь натуральную кору пробкового дерева – поковырял пальчиком необычный фон, тот развернулся и обнажил нишу. В тайнике лежал диктофон и журнал под названием «Эксперимент «Тринадцать».
Борис Станиславович Харитонов отвечать на вопросы следователя отказался. Первое потрясение прошло, директор взял себя в руки, но выглядел как человек, переживший большое горе.
71. Зеркало
Москва. Двенадцатое сентября 2023 года, вторник
Долгий рабочий день завершился около пяти утра. Саринян, Свистушкина и эксперт поехали домой на служебной машине. Ася шла к «рыжику». Традиционно прислонившись к капоту, Егор ждал хозяйку автомобиля:
– Ворожцова, ты же не оставишь меня здесь?
– Садись, подкину, – усмехнулась Ася и поставила переноску с игуаной на пол перед задним сиденьем. Блюма, слегка повеселевшая после процедур, держала нейтралитет.
– Я думаю, что поспать рядом пару часов – не такая плохая идея, – размышлял вслух Егор. – Тем более я снова