Вы красивые, но пустые. Ради вас не хочется умереть – тоже какой-то бред. А ради чего вообще хочется умирать? Разве это не клиника, когда появляются такие желания? Если так подумать, то умереть ради кого-то – проще простого, а ты попробуй ради этого кого-то начни жить нормально.
– Что читаешь? – Рядом со мной раздаётся Васин голос, и я от неожиданности сильно дёргаюсь.
– Бондарева, ты офигела?! – Смотрю на смеющуюся над моей реакцией девушку.
– Прости, прости.
И тут она делает то, отчего я окончательно теряюсь. Вася плюхается на диван, вырывает из моих рук книгу и беспардонно кладёт голову мне на колени. Тело напрягается в момент.
– «Маленький принц», Антуан де Сент-Экзюпери. Ого, сколько цитат! Это ты всё подчёркивал?
– Неважно. – Хочу отнять у неё книгу, но Вася ловко уворачивается.
– Тщеславные люди глухи ко всему, кроме похвал, – читает Василиса и смеётся. – Неужели оставлял послание в будущее? Смотри-ка, попал.
– Вась, – впервые за многие годы вновь произношу это имя вслух, прислушиваясь к своим ощущениям, – скажи честно, чего тебе от меня надо?
– От тебя? – Василиса выглядывает из-за книги, и наши взгляды встречаются. – Вилицкий, а ты не меняешься, да?
– Вопрос в том, поменялась ли ты, – намекаю на её подростковую влюблённость.
– Боже, ты опять об этом! – тихо стонет Вася. – Да сдался ты мне! Просто наши мамы заговорили про заготовки, а мне это совсем не интересно.
– Так пошла бы домой.
– Я тебя прям так сильно бешу, да? – В голосе Васи звучит лёгкая грусть, и, вернув мне книгу, девушка поднимается с моих коленей.
– Не бесишь ты меня, Бондарева. Скорее пугаешь.
– Ну сколько можно? – И тут она обхватывает своими маленькими ладошками мою руку и делает лицо, как у кота из «Шрека». – Гордей, прости, что портила тебе жизнь своими приставаниями. Ну, нравился ты мне очень, а я, дурочка, не знала, как ещё обратить на себя твоё внимание. Сейчас мне на тебя абсолютно совершенно точно без всяких «но» и «если» всё равно, но мне торчать здесь ещё два месяца, и я не хочу умереть от скуки.
– А что, других кандидатов для общения в нашем посёлке нет?
– Есть, конечно, – ничуть не смутившись, отвечает Василиса. – Но хочется как-то наладить контакт со своим самым ближайшим соседом. Поверь, неприкольно видеть, как ты меня избегаешь.
– Напоминает о прошлом, да?
– Ха-ха.
– Ну хорошо. – Не верю, что соглашаюсь. – Но есть одно условие. Дай телефон.
– Это ещё зачем?
– Хочу проверить твои подписки.
– Ну и кто из нас повёрнутый? – Вася фыркает, но всё же протягивает свой телефон: – Держи.
В качестве пароля под пристальным взглядом блондинки ввожу дату своего рождения. Пароль неверный.
– Ты совсем? – обиженно ворчит Вася. – Дай сюда.
Девушка вводит пароль и снова возвращает мне свой телефон. Я быстро захожу в её подписки, затем проверяю её среди участников моего канала. Ничего. Ни единого напоминания обо мне. Ноль совпадений. Даже как-то обидно.
– Доволен? – спрашивает она, когда я отдаю ей телефон.
– Более чем.
– Значит, мир?
Честно, как ребёнок.
– Получается, так.
– Я рада. – Вася искренне улыбается и поднимает книгу. – Так с чего такой выбор? Просто ностальгируешь или это касается того пари?
– И откуда ты знаешь про пари? – Я подозрительно смотрю на неё. Неужели всё же подписана на меня и следит, но только с фейкового аккаунта?
– Расслабься, – сразу понимает, к чему я клоню, – твоя мама сейчас про ваш спор с твоей подругой-писательницей рассказала на кухне. Теперь понятно, почему ты начал писать любовный роман, а то я вчера даже испугалась.
– А мне показалось, тебе было очень даже весело.
– Если только немного, – даже не скрывает Василиса. – Только, чтобы победить в споре, тебе не книжки надо читать.
– И что же я должен делать?
– Влюбиться, – говорит это чудо с умным видом.
– Ага, ясно, спасибо за такой точный анализ. А если я захочу написать книгу про серийного убийцу, мне нужно убить парочку человек.
– Да я серьёзно. Ну, необязательно прям влюбиться, но окунуться в романтический вайб. Ты вот давно свидания устраивал?
– Вась, – улыбаюсь многозначительно, – с романтической жизнью у меня всё более чем хорошо, поверь.
– Вилицкий, я не про твои «увидел, переспал и свалил», а про настоящий романти́к.
– С чего ты взяла, что я не романтик?
– Я, конечно, верю в то, что люди меняются, но не настолько, – отвечает на это Вася.
– Ну, спасибо.
– Василис, ты здесь? – звучит из коридора голос Анны.
– Да! – звонко кричит Василиса. – Иду! – И обращается уже тише ко мне: – Значит, так, – Вася с энтузиазмом хлопает себя по коленям и встаёт, – завтра в походе познакомлю тебя с одной девчонкой.
– С нами идёт кто-то ещё? – спрашиваю удивлённо.
– У-у-у-у-у, – протягивает девушка, – с добрым утром.
Понимаю, что я и правда совсем ничего не знаю о том, что ждёт меня завтра.
– Не надо меня ни с кем знакомить, – ворчу я, но Вася меня уже не слушает.
Она в два прыжка оказывается у двери и экспрессивно машет мне на прощание рукой.
– Ты бы хоть побрился, – неожиданно выдаёт она, посмеиваясь. – Вдруг судьба.
– Судьба меня и небритого полюбит.
– И то верно, – отвечает на это Вася и исчезает за дверью. А я невольно провожу рукой по подбородку.
Глава 4. Начало неизбежного
Полина
На следующий день после разговора с Юрой я решила заглянуть в другую кофейню. Из плюсов: эта кофейня находится ближе к дому бабушки и в ней делают отличный карамельный латте. Из минусов: ни одна кофейня не сравнится с той, где работает приставучий бариста. И меня туда словно магнитом тянет.
Весь вчерашний день у меня не выходили из головы его слова о том, что мне надо научиться рисковать. Весь день я мысленно посылала его и вместе с ним его советы куда подальше, но сегодня утром, увидев, что Гордей выложил у себя на канале первые главы своей новой книги, сдалась. В чём-то Юра всё же прав, я действительно всю жизнь выбираю то, что мне понятно и хорошо знакомо. От метро до дома хожу только одним маршрутом через небольшой сквер и цветочный магазин. За два года, что я переехала в новую квартиру, я ни разу не заглядывала в соседние дворы. В парке аттракционов выбираю только те аттракционы, на которых я уже каталась и в безопасности которых точно уверена. Я боюсь высоты, темноты и резких звуков, поэтому в сторону американских горок и комнаты ужасов даже не смотрю. Чёрт, да я даже кофе беру один