Медсестра остановилась у одной из дверей: дверь была открыта, но шторка не позволяла заглянуть внутрь. Она просунула голову в палату.
– К тебе посетители, – пропела медсестра, а затем повернулась и подмигнула, прежде чем уйти в другой конец бесконечного коридора.
Рейдия первой прошла в комнату, нерешительно приподняв занавеску.
Рути всегда выглядела крохой, но сидя на огромной больничной койке, она казалась совсем малипусечкой. На подносе перед ней выстроились пустые стаканчики из-под желе, а на стене висел телевизор, по которому на полной громкости шла реклама игрушек. Её светлые волосы выглядели сальными, на щеке краснел прыщ.
– Рути! – закричала Рейдия, и, как по стартовому свистку, три девочки бросились к малышке, и все четыре исчезли в куче объятий, посыпавшихся на пол стаканчиков, хихиканья, скрипа кровати и рыданий. Ноэ отдалась минуте и, лишь когда всё закончилось, вспомнила, что познакомилась с этими девочками всего пару месяцев назад.
– Мы так рады, что с тобой всё в порядке! – сказала Рейдия.
– Мы так волновались, – сказала Кристал.
– Смотри, что мы тебе принесли. – Рейдия сунула руку в пластиковый пакет и вытащила толстую пачку разноцветного картона, упакованного в пластик, новую коробку мелков и ножницы, на которых ещё висела бирка.
Рути наморщила лоб:
– Тебе же не нравится, когда я делаю Сплюснутого человека.
Улыбка Рейдии так и выпрыгивала с её лица.
– Тебе больше не нужно делать Сплюснутого человека. Ты можешь делать всё, что захочешь. – Рейдия посмотрела на Ноэ и Кристал. Они кивнули с такими же широченными улыбками на лице. – Он ушёл… – Голос Рейдии сорвался, но она договорила: – Навсегда.
У Рути сделались круглые глаза, и она переводила взгляд с одной девочки на другую, как будто проверяя их лица на искренность, выискивая малейшую перемену в улыбках, ожидая, с чьих губ слетит первое признание в шутке.
– Что? Как?
Они поведали Рути всю историю, каждая рассказывала свой кусок, пока другая, не в силах больше сдерживаться, не перебивала её. Рути держала обе руки в воздухе над стопкой картона, как будто пытаясь управлять историей.
– Вы сделали это? Вы победили его?
– Благодаря Ноэ, – сказала Рейдия, толкнув девочку локтем в бок.
– Это по моей вине он вышел, – сказала Ноэ, глядя на Рути. – Это я виновата, что ты попала сюда. Ты помнишь, что случилось той ночью?
Рути покачала головой:
– Я помню, как увидела его над собой. А потом кошмары. Много кошмаров. Белые лица с тёмными глазами. Оранжевое небо. Такое чувство, что я долго-долго была где-то далеко.
Ноэ чуть не подпрыгнула, когда Рути упомянула о лицах. Она попыталась скрыть своё удивление, сказав:
– А врачи понимают, что с тобой было?
Рути пожала плечами:
– Я не знаю. Мне просто говорят, что у меня всё хорошо. – Она несколько раз щёлкнула ножницами. – Я проснулась, потому что Сплюснутый человек ушёл?
Остальные три девочки посмотрели друг на друга, как будто они ждали этого вопроса.
– Мы не знаем, – сказала Рейдия.
– Значит, и с Эрикой всё в порядке? – Вот вопрос, который они боялись услышать.
Кристал и Рейдия переглянулись, обе пытались сдержать сильные эмоции. Они уже обсудили это и уговорили маму Рейдии позвонить маме Эрики, надеясь на хорошие новости.
– Нет, – сказала Рейдия.
– Что это? – Ноэ указала на отметину на бледной коже над локтем Рути. Розовый след в виде вертикальной линии, вокруг которой закручена другая, вроде как лоза вокруг шеста.
– Я не знаю, – сказала Рути, согнув руку так, чтобы видеть отметину. – Я раньше этого не замечала.
Ноэ таращилась на отметину.
– Я не думаю, что Рути проснулась оттого, что мы избавились от Сплюснутого человека.
– Почему ты так говоришь? – спросила Кристал.
– Потому что мы видели этот сигил раньше, – сказала Ноэ.
– Это Экколонг, – сказала Ферн. – Он может исцелять, хотя при каких условиях, мы до сих пор не знаем. В случае той маленькой девочки в коме его использовали по наитию.
Ферн и Ноэ снова сидели в гостиной белого дома, попивая чай из слоновьих чашек.
Ноэ почти… самую малость… начала наслаждаться такими минутами в этом тайном убежище с этой ворчливой женщиной на краю вселенной, просто не укладывавшейся у неё в голове. Но в основном из-за чая.
– По наитию или в качестве эксперимента? – спросила Ноэ.
– А разве есть разница?
– Вы раньше использовали этот сигил?
– Нет. Мы знали о самом сигиле, но я узнала, на что он способен, только когда познакомилась с Соседями. Один из членов открыл его назначение. Но если сделать его твёрдым, его свойства разительно усиливаются. Вытащил ту малышку из комы, стоило мне прикоснуться к ней.
– Значит, он может помочь Эрике?
Ферн сделала долгий глоток чая, такой долгий, что можно было трижды допить то, что оставалось в чашке.
– Мы уже опробовали его на девушке в Техасе. Не помогло.
Ноэ почувствовала, как внутри у неё всё перевернулось. Она, пожалуй, ожидала такого ответа.
– Как идут дела с книгой у тех двух девочек? – спросила Ферн.
Ферн хотела, чтобы девочки записали своими словами всё о Сплюснутом человеке и о том, что произошло за последние пару месяцев. Тупики выдвинули кандидатуру Кристал, поскольку она уже начала писать в своём жёлтом блокноте. Рейдия делала иллюстрации.
– Думаю, они скоро закончат.
– Ты продолжаешь медитировать?
– Да. – Ноэ нашла отличное место для медитации – подвал. Теперь у неё не было причин бояться этого места, а шум стиральной и сушильной машин убаюкивал её и заглушал «омы». – Я не увидела ничего нового.
– Есть и другие причины не отказываться от медитации. Держу пари, у тебя не было эпизодов парасомнии с тех пор, как ты начала медитировать.
Ноэ удивлённо посмотрела на неё. Ферн была права. Она уже давно не ходила во сне и не видела кошмаров.
– Она помогла избавиться от них?
– На этот счёт ничего не могу сказать. Во всяком случае, она переправляет их. У тебя, как и у всех детей, есть чувствительность к заторам. И ты, надо сказать, более чувствительна, чем большинство. Та девочка в Техасе тоже была такой. Я не думаю, что это совпадение, что вы обе жили в одном доме.
– Что вы имеете в виду?
– Я думаю, что вас притянуло сюда. Притянуло в этот квартал, где образовался затор и барьер между мирами истончился. – Ноэ вспомнила, что именно она нашла этот дом. – Но тебе нужно быть осторожной.
– Почему? – растерянно спросила Ноэ, ведь Сплюснутый человек сгинул, и время быть осторожной прошло.
– Ты никогда не спрашивала меня, как