- То, что идея Руперта – это понятно, - кивнул Стефан. – Он приходил потом ко мне, так радовался… Но за что мстить?
- За то, что вы изнасиловали горничную Алисии, - сказала я тихо.
Он удивленно уставился на меня.
- Я? Изнасиловал горничную?
Что мне сейчас сказать?
- Уже потом, пару лет спустя, Руперт как-то напился и рассказал, как они все это весело придумали. Горничной заплатили. На ней порвали платье, и Руперт ударил ее по лицу, для правдоподобности. Она так плакала… - у меня голос дрогнул, я сглотнула вставший в горле ком. – Мы пришли вечером в спальню, а она сидит там в углу и рыдает… Я поверила. Как было не поверить? Алисия сказала еще – ну, вы же оборотень, значит, в какой-то момент могли просто не контролировать себя. А жаловаться отцу… герцогу, нет смысла, потому что за какую-то горничную вам ничего не будет. Нужно отомстить самим.
Стефан слушал, хмурясь все больше.
- И вот это было восстановление справедливости?
Дико звучит, да?
- Простите, - сказала я совсем шепотом. Знаю, что просить прощения тут бессмысленно, это как-то слишком. Но не знаю, что еще могу сейчас сделать. Я виновата.
- Пф-ф… - Стефан бороду поскреб. - Я бы сказал, вы храбрая женщина, но это даже не храбрость, это дурь какая-то. При всем при том, что вы обо мне думали – вот так взять и подойти? Если бы ваша горничная говорила правду, я бы мог вас убить, заподозрив неладное. Никто бы из кустов не успел вас спасти. Я мог бы сорваться и убить. Срыв - это в первую очередь агрессия, а не похоть.
Сейчас я это понимаю.
- Я дура, да.
- Да, - согласился Стефан. Фыркнул.
Потом снова нахмурился.
- Я была уверена, что вы ничего мне не сделаете, - сказала я.
- Почему?
- Не знаю. Я смотрела тогда на вас и… в этом не сомневалась… Я не могу объяснить. Просто так.
Стефан тряхнул головой. Отвернулся. Какое-то время просто сидел, глядя в сторону.
- С горничной мог, с вами нет? Забавно… - он скривился. - Ладно… Мотивы Руперта я понимаю и сам. Но я был уверен, он заставил вас, как-то запугал.
- Почему?
- Не знаю… - Стефан усмехнулся, быстро на меня глянул, но усмешка совсем невеселой вышла, он только вернул мне мой же ответ. – Слезы… Я помню, как… когда все эти люди, весело улюлюкая, выскочили с пиками… вы отошли назад… Вы стояли там, и у вас по щекам текли слезы. Я подумал – вы не хотели, но иначе не могли.
Что-то болезненно дернулось в лице.
Поднялся на ноги, в сторону отошел.
Глава 4
Стефан с интересом наблюдал, как я пытаюсь готовить. Мы ведь договаривались, что готовлю я сама, он проводник, а не кухарка. Что ж, я думала, тут ничего сложного, но…
Не то, чтобы я не умела, только на костре в лесу все выходило как-то не так.
Надо признать, что костер разжечь Стефан помог, притащил пару крупных веток, нарубил топориком. А вот остальное – сама. Воду из ручейка принесла, порезала немного копченого мяса, морковки, засыпала крупу. Вроде ничего особенного, но как-то… то не кипело, то подгорало… Непривычно, я приноровиться не могла.
Пока возилась, Стефан поставил палатку.
- А она у нас одна? – осторожно спросила я, разглядывая вещи.
- Да, - Стефан плечами пожал. – Палатка тяжелая, две тащить – слишком много и бессмысленно.
Я чуть подобралась. Но ведь ничего не будет? Если бы он хотел что-то мне сделать, то какая разница – в палатке или нет? Да и я отлично понимаю, что рядом с ним банально будет теплее, если вдруг снег и холод в горах. Это пока мы еще в долине, но завтра уже начнем подниматься выше.
- Это для вас, в основном, - сказал Стефан. – Я сегодня точно на улице посплю. Я же медведь, и, в целом, хоть на снегу могу спать, ничего не будет. Вот если ливень или снегопад, тогда к вам.
Я кивнула.
- Договорились.
- У вас сейчас убежит там…
Точно! Я бросилась мешать, но сильно не помогало, попыталась снять с огня, но быстро тоже не вышло. Стефан в готовку не вмешивался, но моя суета его, кажется, развлекала. У меня там, в котелке, половина разварилась в кашу, половина не доварилась. Я попробовала осторожно.
- Ну, как? – спросил Стефан с интересом.
- Ужасно, - честно сказала я.
- Совсем? Или еще как-то есть можно?
Я протянула ему ложку – пробуй сам. Он пожал плечами, подошел пробовать. Зачерпнул, подул немного… И да, сморщился.
- Ага, это ужасно, - согласился как-то весело. – Знаете, думаю, посолить немного надо. И сюда бы еще сметанки вбухать… жалко, нету. А то сметаной можно исправить почти все. Сыр есть. Если мелко порезать и туда? Попробуем?
- А если лучше не станет? – спросил я. – Еще и сыр переводить…
Стефан усмехнулся.
- Ну, если что, я и такое съем, не пропадет. Я и похуже видал. Сейчас посолим, и нормально…
С сыром и солью стало чуть лучше, но все равно сильно так себе. Я кое-как съела тарелку, ведь ничего другого не ожидалось, и запасы еды у нас еще на неделю, не стоит разбрасываться.
А Стефан доел все остальное. Я даже подумала, что такого медведя не прокормить, ему больше готовить надо. Только надо посмотреть, чтобы всех наших запасов хватило…
Пока ужинали, Уголек поймал и сожрал какую-то птицу. Я чуть дернулась было отобрать, не нужно же птиц ловить… но Стефан остановил.
- Зачем? Он охотник, это его добыча. Ему тоже что-то есть нужно. Это он с виду такой белый и пушистый, но зверюга еще та! Его все собаки боятся.
Слушая хруст – я в способностях этой зверюги почти не сомневалась.
Котелок залила водой на ночь, а то на дне пригорело. Утром буду отскребать.
Пошла спать.
Очень непривычно, конечно. Даже по дороге сюда я останавливалась в придорожных трактирах, и один раз меня в дом пустили переночевать, когда трактиров рядом не оказалось. А вот так, в палатке, я впервые.