– С этим порядок. На сегодня, оказывается, заранее участники встречи ОПЕК запланировали коллективный ужин в ресторане соседней гостиницы «Савой». Еду уже упаковывают и скоро принесут сюда.
Не прощаясь, Аль-Аззави ушел. К Шакалу подошел венесуэльский министр.
– Дон Эрнандес, – обратился к нему Шакал, – как хорошо, что вы подошли. Я как раз хотел вас искать.
– Слушаю вас. – Несмотря на духоту, усталость и подавленное настроение среди заложников, министр выглядел подтянутым, даже щеголеватым.
– Я тоже написал письмо. Домой, в Венесуэлу, для матери. Вы сможете передать его по назначению? Адрес я написал.
– Конечно.
– Только пообещайте, что не покажете его никому и передадите лично в руки. Не хочу, чтобы у пожилой женщины были проблемы. К моим делам она не имеет никакого отношения.
– Обещаю. У меня к вам тоже просьба. Я общался с господином Амузегаром. Я не специалист в международной политике, я бизнесмен и убежден, что с партнерами всегда можно договориться. Для этого не обязательно убивать. У него большая семья, дети, внуки. Кроме того, он готов заплатить тайно выкуп. Разговор идет о больших деньгах. Подумайте, Карлос, сумма выкупа может достигать двадцати миллионов долларов. На эти деньги вы легко можете затеряться, спокойно и безбедно жить со своей семьей.
Как и многие латиноамериканцы, министр оживленно жестикулировал, усиливая экспрессивность своей речи.
– Вы действительно не понимаете, дон Эрнандес. – В противовес собеседнику террорист был абсолютно спокоен. – Я профессиональный революционер и отнюдь не ищу покоя. Я сознательно отказался от благополучной жизни ради борьбы за справедливость. Это бессмысленный разговор, мы с вами друг друга не поймем.
На этом они разошлись. Но сумма, озвученная министром, Карлоса явно впечатлила.
Али Хасан Саламе и Чарльз Лестер добрались до конспиративной квартиры ЦРУ, когда на улицах уже стало темнеть. Дорога оказалась довольно утомительной.
– Какие у нас есть возможности организовать встречу нашего друга с Карлосом? – сразу стал уточнять парижский резидент у своего коллеги в Вене.
– Все действия происходят на втором этаже. Туда ведет лестница и лифты. Лифты сейчас заблокированы. Лестница под плотным контролем австрийской полиции, но, что еще хуже, и многочисленных журналистов. Любое событие или даже шевеление тут же вызывает их пристальный интерес.
– Вот внимание журналистов нам сейчас никак не нужно, – озаботился Лестер. – Как еще туда можно попасть?
– У здания существует еще один вход с другого конца строения. На шестом этаже есть переход между крыльями, и, пройдя через него, можно спуститься как раз к нужному нам помещению на втором этаже. Там журналистов нет, есть только усиленный патруль полиции, – докладывал местный оперативник. Он не скрывал своей радости, что теперь может спихнуть руководство сомнительной операцией на приезжего.
– Вот это интересно, – сразу загорелся идеей парижанин. – Спустившись с третьего этажа, можно попросить дежурящего у лестницы террориста позвать Карлоса и уединиться с ним.
– Я тоже так подумал, – согласился хозяин. – Для конспирации переговоры с захватчиком можно вести на арабском, которого не знают австрийские стражи порядка.
– Надо дождаться, когда дежурить будет любой, кроме Ахмеда, – подал голос хмурый Али Хасан. – Он меня слишком хорошо знает. Это приведет к моей расшифровке.
– Коллега, организуйте этот вариант и выясните, кто сейчас из террористов караулит вход, – попросил Лестер.
Местный оперативник кивнул и энергично отправился выяснять ситуацию.
– Что вас разозлило, Принц? – поинтересовался американец у своего агента. – Вам предстоит встреча с близким другом, а вы такой угрюмый.
– От чьего имени я буду разговаривать с Шакалом и что я могу ему предложить взамен на сохранение жизни Ямани и Амузегара?
– Вы его лучше знаете, вам и решать. А предложить вы ему можете самое ценное – жизнь и деньги.
– О каких суммах я могу говорить?
– О любых, – невозмутимо ответил янки.
– Что, даже сто миллионов? – раздраженно бросил Красный Принц.
– Да хоть двести. Пообещать можно все что угодно, а при расчете он получит столько, сколько мы сочтем нужным. Не советую говорить о ста миллионах, это явный перебор. Он же понимает, что не стоит этих денег. Его легче убить, чем столько заплатить.
Араб обреченно вздохнул. Буквально через пятнадцать минут вернулся возбужденный венский резидент.
– Коллеги, появилась прекрасная возможность попасть в здание. Ресторан гостиницы «Савой» собирает для заложников еду. Оказывается, они заранее на сегодня заказали коллективный ужин, проплатили. В ресторане ломали голову, что делать с приготовленными блюдами. Их же готовили с учетом арабских, мусульманских предпочтений. Теперь они их собираются отправить пострадавшим. От ресторана пойдут несколько официантов, понесут посуду и еду. У меня хороший контакт с администрацией, там управляющий – американец, и мы можем нашего друга под видом официанта отправить туда.
– Отлично, – подскочил в нетерпении Лестер. – Чего мы ждем?
Американец даже не взглянул на Али Хасана, его мнение здесь никого не интересовало.
Караван официантов из ресторана «Савой» привел лично иракский посланник. Сначала Шакал хотел, чтобы еду оставили перед дверью, но когда увидел, сколько коробок несут из ресторана, согласился, чтобы официанты сервировали ужин сами. На входе каждого ощупывала на предмет обнаружения оружия Нада. Ливанец стоял чуть в стороне с автоматом на изготовку, прикрывая немку. Аль-Аззави и Карлос стояли в стороне и тихо переговаривались. Ахмед спал в кресле, у него только что закончилось дежурство. Официанты сноровисто сдвинули столы и стали расставлять блюда. Все внимание присутствующих сразу переключилось на это мероприятие. Заложники и террористы здорово проголодались. В воздухе витал соблазнительный запах восточных специй. Здесь были и традиционный шин-кебаб, кусочки мяса на шампурах, приготовленные на углях, были и куриные, и бараньи варианты – на любителя. Не обошлось без мясных шариков кёфте с острыми приправами. Аккуратные порции плова нескольких сортов. Хумус, фалафель, мадруба. Глаза разбегались от разнообразия. Слюноотделение, спровоцированное запахами, мощно функционировало. Но главным блюдом стола стал, конечно, фаршированный барашек. Пожалуй, это одно из самых впечатляющих и привлекающих внимание блюд арабской кухни. Обычно подается на очень важных и торжественных мероприятиях. Это блюдо готовится из разных сортов мяса, баранины, риса и различных специй. Все это перемешивается и медленно готовится в печи. Неимоверно ароматное и вкусное блюдо. Его подача так же важна, как и его вкус. К официанту, разделывающему барашка, сразу выстроилась очередь желающих.
Карлос, голодный как все, с аппетитом наблюдал за работой официантов. Он больше смотрел на блюда, чем на людей, и поэтому не обратил особого внимания на официанта в фирменной одежде ресторана. Шакал невольно вздрогнул, сразу узнав так хорошо знакомый ему