— Сдюжу, — уверенно кивнул я, чувствуя, как внутри азартно ёкнуло. — Когда приходить? Я могу хоть сегодня начать!
— Да не лети ты впереди паровоза, — улыбнулась Светлана. — Мне сначала поговорить с ним надо. Если даст добро, завтра в это же время сообщу тебе адрес и скажу, кого спросить.
— Большущее спасибо! — Я прижал руку к груди.
— Да не за что пока, — рассмеялась она. — Ладно, пора мне. Давай, Лёшка, до завтра. И не опаздывай, а то твои вагоны кто-нибудь другой разгрузит, — пошутила она.
— До встречи! — крикнул я ей вдогонку. — И Игорю привет передавайте!
Я проводил её взглядом и направился к своим «железным друзьям» — турнику и брусьям.
Вернувшись со стадиона, я, не переодеваясь, подхватил уже одетую Иришку за руку и повёл в детский сад. Мама благодарно потрепала меня по изрядно отросшим волосам: «Вот он, мой помощник!» — и продолжила наводить марафет перед зеркалом. А у меня мелькнула мысль, что пора бы заглянуть в парикмахерскую: если честно, мне больше нравились короткие стрижки, когда чёлка не лезет на глаза при каждом шаге.
Сдав сестру воспитательнице, я быстро вернулся, ополоснулся над ванной и наскоро позавтракал.
По традиции мы встретились у моего подъезда. Ленка уже стояла у скамейки — свежая, в накрахмаленном воротничке, от неё тонко пахло цветочным мылом «Земляничное». Мишка припозднился и подрулил к нам чуть позже, на ходу застёгивая пуговицу на школьном пиджаке.
— Потопали, — бросил он ещё сонным голосом, и мы направились в сторону школы.
— Мальчики, вы не забыли? — Ленка поправила сумку и пошла чуть впереди, задавая темп. — Завтра в семь. У ДК вчера афишу обновили, ВИА «Синие гитары» выступает. Обещали, что будет даже западная эстрада. Вы же ведь пойдёте со мной? Обещали!
— Обижаешь, Леночка! — Мишка аж подпрыгнул и заржал, окончательно проснувшись. — Мы с Лёхой уже шнурки наглаживаем. Такое событие! Весь район там будет.
Я шёл рядом, согласно кивая, но в голове это мероприятие никак не укладывалось. Внутри всё зудело от ожидания. Если Светлана сегодня договорится и её дядька с товарной станции даст добро, то мои субботние танцы, само собой, пролетают мимо кассы. Какая там «западная эстрада», когда на кону стоят реальные рубли и возможность наконец-то справить себе нормальный прикид, а не донашивать перешитые отцовские брюки.
— Лёша, ты чего молчишь? — Ленка обернулась, подозрительно прищурив свои ясные глаза. — У тебя вид такой, будто я тебя не на танцы зову прогуляться, а как минимум предлагаю отправиться целину осваивать.
— Да нет, всё в порядке, — выдавил я усмешку. — Просто задумался. Зачёт по алгебре на носу, сама понимаешь.
— Алгебра подождёт, — отмахнулась она. — Главное — не подведите меня. Я так давно не была на танцплощадке, теперь все мысли только о ней.
Я посмотрел на её счастливое лицо и почувствовал лёгкий укол совести. Подвести Ленку после того, как она давеча так решительно вступилась за меня перед Свиридом, было бы последним свинством. Но и упустить шанс заработать на «фирму» я не мог.
«Ладно, — подумал я, — война план покажет. Сначала надо Светлану дождаться».
После тригонометрии наша троица расположилась в коридоре у широкого подоконника. На нём по-хозяйски устроилась Ленка, а Мишка, то и дело поглядывая на неё, увлечённо травил какую-то байку. Ленка смеялась, поправляя выбившиеся на лицо локоны, как вдруг за спиной раздался мелодичный, с лёгкой хитринкой девичий голос:
— Лёш, а Лёш… Ты что в субботу делаешь?
Я обернулся. Перед нами стояла Таня Коровкина — та самая, из-за которой на днях и заварилась вся каша с Колькой Свиридом. Рядом с ней, как всегда, маячила её неразлучная подружка — серая мышка в толстых очках, из тех, что обычно теряются на фоне симпатичной приятельницы.
— Да вот, Лосева на танцы приглашает, — я кивнул в сторону Ленки. — Стоим, обсуждаем детали.
Ленка при этих словах спрыгнула с подоконника и заметно выпрямилась. Её взгляд вмиг стал холодным, как лёд в школьном холодильнике. Между ней и Танькой проскочили невидимые искры, и обстановка накалилась до предела.
Таня, словно не замечая нависших грозовых туч, очаровательно улыбнулась, глядя мне прямо в глаза:
— На танцы? В ДК? Как здорово! А меня с собой возьмёте? Одной как-то страшновато, а с таким защитником, как ты, Лёшечка, хоть на край света.
— Коровкина, — вкрадчиво произнесла Ленка, — у нас вообще-то своя компания. И билеты Миша заранее купил только на троих. Так ведь, Миш?
Мишка, застигнутый врасплох, судорожно закивал, хотя никаких билетов у него ещё и в помине не было.
— Жаль, — Таня разочарованно надула губки, но взгляда от меня так и не отвела. — А я думала, ты, Лёша, сам решаешь, с кем тебе на танцах зажигать. Или ты теперь под строгим надзором?
Она бросила мимолётный колючий взгляд на Ленку и снова обернулась ко мне, ожидая ответа. Ситуация закручивалась покруче, чем в заграничном детективе.
Я понял, что ситуация пахнет керосином — ещё секунда, и девчонки вцепятся друг другу в волосы. Нужно было срочно гасить этот пожар.
— Слушайте, девчата, чего вы из-за этих танцев такой шум поднимаете? — миролюбиво усмехнулся я, переводя взгляд с Ленки на Таню. — Места в ДК на всех хватит, это же не закрытый приём. Билеты в кассе перед началом всегда есть, так что не надо тут всё это затевать. А там разберёмся на месте.
Мишка облегчённо выдохнул, явно радуясь, что гроза проходит мимо. Ленка поджала губы, готовая выдать едкую отповедь, а Таня уже набрала воздуха, чтобы победно улыбнуться, но тут, как по заказу, над коридором залился пронзительный звонок на урок.
Дверь кабинета № 12 с сухим щелчком распахнулась. На пороге стояла Надежда Васильевна — наша «русичка», строгая женщина с высокой причёской и тяжёлой стопкой тетрадей в руках. Она обвела нас взглядом поверх очков.
— Девятый «А», не заставляйте меня ждать, — сухо произнесла она, глядя на нашу троицу. — У нас сегодня сложная тема: образ Печорина. Прошу в класс.
Одноклассники, подстёгнутые её командным тоном, дружно потянулись в класс. Мишка тоже юркнул внутрь, радуясь, что так удачно удалось избежать конфликта. Ленка, демонстративно вскинув подбородок, прошла мимо Коровкиной, едва не задев её плечом. Таня лишь многозначительно подмигнула мне и, крутнув короткой юбкой, скрылась в соседнем кабинете математики. В класс я зашёл последним, тоже