Теперь одна лишь Прияна выглядела спокойной, даже немного улыбалась. Она ненавидела свекра и была рада его гибели.
— Друзья, мы в дерьме, — жестко сказал Клайнис, не желая играть словами. — Со Школой покончено. Эта дурацкая война с Дубами, которую развязал мой отец, слишком дорого нам обошлась.
— А как же те наши отряды, что были на найме? — нервно спросил единственный оставшийся в живых подмастерье. — Как ваш собственный отряд⁈
— Их тоже выбили, — коротко сказал Клайнис. — Нам втроем чудом удалось уйти… Нас ждали. Дубы объединились с этими шлюхами Цаплями, и те как-то разведали про наши незаконные наймы в Тверне — не удивлюсь, если мой батюшка сам все выболтал какой-нибудь их прелестнице! Уж не знаю, то ли они предложили отцу и его приближенным выкупить свое молчание и не договорились по цене, то ли Дубы предложили им больше — но Цапли все рассказали Школе Метлы и Школе Речного Песка, а также Школе Трех Шестеренок…
— Так, а эти при чем? — неожиданно спросила Прияна. — Это же производственная Школа!
Клайнис поморщился.
— Оказывается, батюшка, не сказав никому, взял контракт с другой Производственной Школой и периодически у них похищал партии готового товара, который они отправляли в соседние провинции!
Прияна поморщилась тоже, затем хмыкнула.
Да уж, только отец мог отколоть такой идиотизм!
— В общем, нас ждали, — повторил Клайнис. — Это была ловушка. Мы сражались, но их было больше, и мы устали с дороги — а они нет. Все. Теперь нам нет жизни. Дубы не оставят нас в покое на селе, а город для нас закрыт. Единственное, что остается — бежать.
— Ситар забрал всю казну, — сказала Прияна. — Я хотела его остановить, но не успела. Мне нет прощения, мой господин.
— Ситар выше тебя рангом, главное, что ты осталась жива, — хмуро ответил Клайнис. — Ничего. Деньги мы найдем. На побег нам хватит! И заодно поквитаемся с теми, из-за кого это все.
— Со Школой Дуба? — мрачно спросил Глен. — Уже пытались. Мы сейчас не в той форме…
— Кто говорит о Школе Дуба⁈ — прорычал Клайнис. — Я об императорском цензоре, который нас в это втянул! Это его мы будем грабить!
— Будем штурмовать его особняк в Тверне? — деловито спросила Прияна. — Боюсь, это…
— Нет, — качнул головой Клайнис. — Мы ограбим Йермский рудник.
По небольшой толпе пробежали шепотки. Историю Йермского рудника хотя бы в общих чертах слышали все: пятнадцать лет назад за него яростно воевали несколько феодалов и Школ, поскольку он располагался на более-менее спорных землях в предгорьях. В итоге серебряная шахта ценой огромных усилий отошла Флитлинам — и все только затем, чтобы этот рудник неожиданно истощился, и пяти лет не прошло.
И только у Прияны вспыхнули глаза. Она единственная знала: еще больше года назад императорский цензор нанял Школу Ворона, чтобы их люди тайком охраняли этот заброшенный рудник. Доверенный горный инженер цензора с небольшим отрядом рабочих вел там тайную добычу серебра — оказалось, что жила была вовсе не так истощена, как решили люди графа Флитлина!
В дело посвящали лишь самых доверенных из старшеранговых учеников Воронов — и почти всех перебили в Тверне.
— Сейчас рудник охраняет лишь небольшой отряд вольных наемников, — продолжал Клайнис, — меньше десятка человек. Они не принадлежат ни к одной Школе, они не знают чести, и их легко будет соблазнить серебром. Кто-то, возможно, даже присоединится к нам. Мы заберем серебро — и наймем корабль в Пироте.
— За море? — спросил Глен.
— За море, — кивнул Клайнис. — Будем называться Школа Чайки. Со Школой Ворона покончено.
Глава 9
Последствия триумфа
Договориться о разделе «вороньих» деревень оказалось проще, чем я думал. Исходя из политических реалий своего старого мира, я считал, что все наши «дорогие соседи и родичи» буквально передерутся, кому что брать, поэтому решил заранее провести сепаратные переговоры со Школой Ручья и Школой Кузнечика (эти последние граничили с землями Воронов с другой стороны). И остался крайне удивлен. Они не хотели забирать деревни из вотчины Воронов — даже те, что пришлись рядом! Сперва я подумал: опасаются сложностей по регистрации у императорского цензора — в его канцелярии ставили подпись обо всех земельных переделах, относящихся к вотчинам феодалов или школ. Или, например, думают, что с «вороньими» крестьянами тяжело придется.
Потом я подумал: опасаются мести Воронов — вроде бы остатки Школы сбежали, но вдруг еще вернутся?
Но оказалось, что дело совсем в другом!
Наши соседи просто не хотели напрягаться и менять устоявшиеся маршруты своих инспекций, собирать лишние налоги, заниматься судебными тяжбами дополнительных крестьян и тому подобное. Грубо говоря, попросту ленились.
Точнее, ленились ребята из Кузнечиков — семейство Вергисов произвело на меня впечатление тех, кто деловой активности предпочитает боевую прокачку. У них были сильные боевики, вроде Ориса или мастера Фидера, но своего Фиена, Тильды или хотя бы Эймина Она не нашлось. А наши «родственники» из Ручьев просто сомневались: Лейт Дарет был еще слишком молод, и Олеры (дядя Айны и ее отец), которые за него рулили, не хотели брать на себя лишнюю ответственность.
На самом деле даже не знаю, что меня так удивило: я неоднократно встречал подобные подходы у менеджеров крупных корпораций, из тех, что не чувствовали себя хозяевами собственного бизнеса. Не говоря уже о государственном аппарате — о, там любителей посидеть на заднице ровно, получая за это «оклад-премии-откаты-инсайды», примерно в десять раз больше, чем тех, кто способен делать дело. Однако землевладелец, да еще и феодальный, который не хочет расширить свой феод — это, я думал, нонсенс. Зря. Все-таки люди всегда и везде люди, ход истории меняет нас не особенно.
Короче, в итоге путем некоторой ловкости рук мне удалось их уболтать: Кузнечикам сказал, что ладно, предложу тогда Вепрям, которые тоже относительно близко и могут добраться до деревни по реке. Они тут же клюнули. А к Лейту Дарету явился на переговоры лично, он увидел меня — и офигел. Мол, я в семнадцать лет слишком юн, а у Коннахов одиннадцатилетка рулит⁈ В итоге Школа Ручья забрала одну деревню, одну все-таки взяли Кузнечики — а три