Морд, бросавшийся на него с исступленной злобой, был ранен, но не смертельно. Брон разодрал ему бок. Грим дрался яростно, но успевал уворачиваться и осторожничал, подставляя под волшебный свет своих собратьев. Они же не уступали ему во рвении разорвать непокорных пленников на части.
Смекнув, что Чара действительно так сильна, как они ожидали, оборотни принялись сбрасывать одежду и обращаться в волков, верно, посчитав, что им будет легче одолеть пленников в зверином обличье.
В считаные минуты Хейта и Брон оказались окружены кольцом огромных кровожадных волков. Только дядька с братьями не обернулись, предоставив грязную работу остальным, и теперь таращились на пленников со злорадной усмешкой.
Недолго думая, Брон тоже стянул с головы рубашку и схватился за пряжку ремня. Сообразив, что он собирается сделать, Хейта смущенно потупилась. Но его яростный рев заставил ее вновь вскинуть голову.
Она успела заметить в полумраке, как его обнаженное тело точно подернулось мглой и принялось меняться на глазах. Послышался леденящий сердце треск костей. Сквозь бледную кожу пробилась густая шерсть. Ногти на пальцах превратились в острые когти.
И вскоре подле нее стоял уже крупный матерый волк. Бросив на Хейту долгий глубокий взгляд, он повернулся к собратьям и ощерился в жестоком оскале. Янтарные глаза его теперь яростно сверкали, грозя обещанием скорой смерти.
Хейта понимала, что оборотни превышают их числом. Но Брон в обличье огромного волка за ее спиной вновь заставил ее чувствовать себя уверенно и спокойно.
– Что ж, – бросила она. – Волчьи шкуры тоже прекрасно горят!
Стылый ночной воздух огласило яростное рычание, и волки-оборотни сорвались с места. Они набросились на Хейту и Брона одновременно, слаженно, как настоящая волчья стая. Хейта отбивалась отчаянно, оплетая себя коконом из света. Но потом один из оборотней сделал ложный выпад, и она пропустила удар с другой стороны.
Когти вспороли рубаху, рассекли ей руку выше локтя. Хейта вскрикнула, задыхаясь от обжигающей боли, но не растерялась. Яростный свет обрушился на обидчика. Шкуру его поглотило пламя. Он заметался, вытаращив глаза, закатался по земле, оглашая Сумрачный лес истошным визгом и предсмертными воплями.
Та же участь постигла другого оборотня, а потом еще одного. Брон прикрывал ей спину и дрался неистово, отлично понимая, что их жизни висели на волоске. И, наконец, свирепые твари дрогнули. Один за другим волки принялись отступать.
– Нет! – что есть мочи возопил Морд. – Куда вы?! Стойте!
Но оборотни, посчитавшие, что жизнь им была дороже битвы с Фэй-Чар, и не подумали его слушать. Вскоре на поляне остались лишь Хейта, Морд, Дорт, Грим и Брон. Хейта обернулась на оборотня. Тот уже успел перекинуться, облачиться в брюки и теперь натягивал рубаху на голое тело.
– Что ж, – ухмыльнулась она, устремив пылающий взор на троих оборотней. – Теперь ваш черед. Думается, вы бежать не станете. И надо сказать, я этому только рада. После всех злодеяний вы наконец-то получите по заслугам.
– Ненавидишь нас за то, что мы сделали с твоим возлюбленным? – прошипел Грим.
– После всего, что вы с ним сотворили, это немудрено, – кивнула Хейта.
Брон устремил на нее недоуменный взор, полный смятения и надежды, видно, оттого, что она в очередной раз не возражала прилюдно, когда оборотни, хоть и язвительно, но называли их возлюбленными.
– А твоя семья будет рада узнать, что ты спуталась с оборотнем? – пробасил он. – Что скажет на это твой папаша? Я знаю, большинство людей ненавидят существ так же сильно, как и мы их.
Последние слова ощущались как удар когтистой лапой по застарелой ране, и Хейта опасно сощурилась.
– Думаю, мой отец был бы как раз не против, – хрипло прошептала она, вложив в голос слепую силу, которая с каждым словом нарастала, словно надвигавшийся ураган. – Да только вот спросить я его не смогу. – Она окинула оборотней взглядом, преисполненным ярости и презрения, и недобро улыбнулась. – Ах да, я же забыла представиться. Мое полное имя – Хейта, дочь Хальда, а родом я из деревни Кихт.
Оборотни замерли и ошалело переглянулись. Хейта ухмыльнулась, наслаждаясь произведенным эффектом.
– Да-да, именно того Хальда, что погиб тогда в Заповедном лесу, когда вы опоили Брона мерк-травой.
– Я знал! – себя не помня, вскричал Грим. – Знал, что за твоей ненавистью к нам кроется что-то еще.
– Хейта, – задумчиво проговорил Морд и вдруг поменялся в лице. – Точно, так звали соплячку, которую воспитывал Хальд. – Он презрительно сплюнул Хейте под ноги. – Надо было удавить тебя вместе с папашей, как и родителей этого сопляка до того.
Брон дернулся, как от удара, и сжал кулаки.
– Что ты сказал? – сдавленно прошипел он.
– Что слышал, – отрезал Морд.
– Ты говорил, они погибли во время обвала.
Лицо старшего волка-оборотня искривилось в жестокой усмешке.
– А кто, ты думаешь, его устроил?
Брон судорожно сглотнул.
– Ты отнял всех, кто был мне дорог, – хрипло прошептал он.
– А нечего было твоим родителям водить дружбу с ее мерзким папашей! – плюясь слюной, прокричал Морд.
– Что?! – вырвалось у Хейты.
Брон выглядел не менее озадаченным, чем она.
– Так вы не знаете! – усмехнулся дядька. – Хотя откуда вам! Ты, Брон, тогда был сопляк сопляком. А ты, – он с ненавистью поглядел на Хейту, – и вовсе еще не родилась.
Она подалась вперед, и руки ее объяло ярое пламя.
– Говори! – приказала она.
Морд язвительно хмыкнул.
– Что ж, отчего не рассказать. Если в схватке сегодня сдохнете вы, я буду рад, коль вы узнаете, сколько страданий я принес вашим ненавистным семьям. Ну а суждено помереть мне, тоже хорошо перед погибелью добавить хоть немного яда вашей памяти.
– Не испытывай мое терпение, – сдавленно прорычала Хейта.
Морд нагло осклабился.
– Твой мерзкий отец начал таскаться в наш лес еще ребенком. Тогда он и сдружился с моим братом-неудачником, Гором, отцом Брона, и его женой, Варой. Как по мне, всем троим при рождении не досталось мозгов.
Брон скрипнул зубами, подавшись вперед, но, встретив строгий и одновременно полный сочувствия взгляд Хейты, сдержался.
– Наш с Гором отец, Корог, никак этой дружбе не препятствовал. Он, видите ли, был сторонником дурацкого закона и дружбы между существами и людьми.
– Разве это плохо? – горько вздохнула Хейта. – Когда нет войн и кровопролития?
– Вы никогда не станете нам ни друзьями, ни равными! – гневно отрезал Морд. – Раса людей ничтожна. Вы не владеете ни звериной силой, как оборотни, ни волшебной, как пастыри. Слабая раса – слабая