Так проходит жизнь
«Возвращением в материнское лоно», «очищением времени от накопившихся в нем фактов и деяний» называли шумеры окончание вечно повторяющегося отрезка пути, будь то год или целая жизнь. Ничто не заканчивается, и каждый раз все начинается с начала, по новому кругу – с понедельника, с первого числа, с нового года. Когда ты умрешь, все повторится с другими и будет происходить по заведенному раз и навсегда порядку: весенние разливы рек будут сменяться засухой, но после снова придет вода; разрушенные города будут отстроены заново, затем снова разрушены; человек из странствия рано или поздно будет возвращаться домой, потом снова куда‐то уйдет. Мы живем в настоящем, как его ни назови: «вечное равновесие», «бесконечный цикл», «замкнутый круг» или «день сурка».
Утром прийти, включить компьютер, открыть ежедневник, посмотреть что срочного, если ничего – выпить кофе, поболтать с Верой, поболтать с Юриком, поболтать с Наташей Авченко, если она в настроении, сходить покурить. Вернуться, разобрать почту, проверить соцсети, ответить на сообщения. Посмотреть на часы – скоро обед. Открыть файл, написать первый абзац, устать. Разобрать бумажки на столе или файлы в папках. В час сходить на обед. Покурить. Написать второй абзац, втянуться, как следует поработать, устать. В три выпить еще кофе. Покурить. Снова поработать. В шесть – перекусить купленной в киоске булочкой, шоколадкой или печеньем. С грустью ощупать бока. Еще покурить. Удивиться, как много успела сделать в перерывах между кофе, перекурами и перекусами: написала план, три текста, отчет для Снежаны, километры сообщений в личных и рабочих чатах, отправила десяток писем заказчикам, Снежане, Юрику и Леше. Когда я вообще все это успеваю? В памяти остаются только моменты затяжек и обжигающих бодрящих глотков. И приятной сытости после обеда. Без пятнадцати семь сходить еще раз покурить, вернуться, убрать в ящики бумажки, ежедневник, планер, сохранить файлы, выключить компьютер, взять сумку, уйти. Дальше – метро, дорога до дома. Так проходит день.
Понедельник – отходняк от выходных. Весь день хочется спать. После работы по магазинам. Потом долго-долго лежать на диване без сил. Вторник – включается ожидание пятницы. Рабочий настрой. Вечером уже можно сходить потусить. Среда – маленькая пятница. Вечером в одиночестве выпить пива или винца. Четверг почти пятница. Ну же, еще немного! Пятница – наконец‐то пятница! Бегом в кабак бузить до полуночи. Выходные. Спать, встречаться с друзьями, смотреть кино, читать книги, спать, бухать с друзьями или в одиночестве под сериал, мучительно понимать, как быстро приближается вечер воскресенья, отчаянно не хотеть на работу. Так проходит неделя.
Зарплата! Тут же накидываешь в корзину интернет-магазинов все давно желанные баночки, шмоточки и девайсы. Видишь сумму и половину со вздохом выкидываешь. Ты только временно богат. Только сегодня. Вечером в магазине покупаешь всю еду, на какую упал взгляд. Ура! Покупаешь билеты в театр. Кидаешь минимальный платеж на кредитку. Чуть-чуть подумав, накидываешь десятку сверху. В крайнем случай опять залезу, ничего страшного. Остается… лучше не смотреть. Следующую неделю заказываешь обеды исключительно в ресторане. Звонишь подружке, с которой давно хотела выпить. Она просит позвонить через четверг. Окей, жаль, ведь пока еще есть на что пить. На второй неделе после зарплаты начинаешь приносить на работу еду в контейнерах, а к заказу коллег присоединяешься, только если это «Бургер Кинг». На третьей жалеешь, что купила билеты в театр и перестаешь брать в супермаркете любимую мясную нарезку по двести рублей и дорогие шоколадки. Варишь макароны на всю будущую неделю. Звонит подружка и зовет выпить. Прикидываешь, что до следующей зарплаты еще полторы недели и предлагаешь тогда и перезвонить. Окей, говорит подружка таким же тоном, как ты на прошлой неделе. Видимо, у вас рассинхрон в получении зарплат. Погодь! – говоришь – давай завтра, только в каком‐нибудь непафосном месте. Идет! – радостно соглашается подружка. Ну хоть в этом году удастся встретиться. Чего я в самом деле, залезу опять в кредитку, если что. Последняя неделя самая тяжелая. За два дня до зарплаты на все последние деньги пополняешь «тройку», оставляешь только сто рублей на сигареты. Если закончатся раньше зарплаты, придется стрелять. Находишь в шкафу завалявшийся пакет гречки, варишь на всю оставшуюся неделю. От заказов даже в «Бургер Кинге» стоически отказываешься. От посиделок в пятницу не дает отказаться Юрик, который угощает (у него зарплата втрое больше, но зато он снимает квартиру). Наконец наступает день, когда в офисе раздается мелодия счастья, сложенная из приходящих всем по очереди сообщений о том, что зарплата упала на карточку. Боязливо открываешь интернет-магазин, который распирает от огромного списка желаний. Так проходит месяц.
Новогодние каникулы – отдых, обновление, лень, счастье, встречаться с друзьями, смотреть кино, читать книги, спать, бухать с друзьями или в одиночестве под сериал, мучительно понимать, как быстро приближается последний день праздников, отчаянно не хотеть на работу. В середине января сотрудники возвращаются в офис. Это тяжелое время, никто и не пытается работать. Февраль и март переживаются легче, несмотря на холода и усталость от зимы: весь февраль девочки придумывают угар для мальчиков, потом у мальчиков есть две недели, чтобы придумать достойное отмщение. После отходняка от отмечания мужского и женского дней включается ожидание весны, рабочие процессы потихоньку налаживаются. Когда в марте или апреле сходит снег и начинает веять теплом, работать становится невозможно. Все чаще сотрудники бегают курить на улицу в распахнутых пальто, от этого простужаются, а еще влюбляются и прогуливают. Наступает май – почти лето. Теплеет, зеленеет, цветут вишни, яблони, сирень, тюльпаны, нарциссы, и работать решительно невозможно. Наконец лето! После работы гулять допоздна, все выходные напролет по дачам и друзьям, летние веранды, гуляния, летящие платья, босоножки, счастье, невозможно работать. Потихоньку подкрадывается осень – по утрам уже прохладно, приходится брать с собой кофту. Вечером из офиса вместо ясного дня вдруг выходишь в закат. Потом