– А как ты поняла, что он встречается именно с Лилей? – Наташа включила детектива.
Настя заулыбалась.
– Короче. Он поставил их фото на заставку своего телефона. Он вроде шифруется, но на самом деле все уже эту заставку видели.
– Ого! – сказали мы хором.
Это длилось месяца три. Ваня тускнел и становился словно прозрачнее. Когда скидывались на общий обед из кафе, он сливался, отговариваясь, что худеет, но у него явственно журчало в животе. Перестал ходить с нами выпить по пятницам. Начал брать у коллег в долг. Мрачнел. Грустнел. И вдруг однажды вернулся прежним – позвал всех в пятницу в кабак, угостил выпивкой и признался. Встречался с Лилей. Красивая, да. Неглупая вроде бы. Но ленивая и гордая, как Инанна. Говорят, нельзя вернуться из царства мертвых в мир живых, не предложив вместо себя кого‐то другого. Так и Лиля не собиралась возвращаться в офисный плен, и Ване приходилось работать за двоих. Лиля требовала тем временем, чтобы ей все покупали, о ней заботились, ей подносили тапочки и кофе в постель, несли из постели на руках, при этом продолжала быть недовольной, ворчливой, крикливой, брюзгливой и все время хотела большего. Выйдя из страны без возврата, Инанна привела злых духов к Думузи и сказала: «Возьмите его вместо меня!» Думузи рыдал, Думузи молил, но она была непреклонна. Он покупал ей одежду, красивые вещи, подарки, еду. Не требовал ничего делать по дому (очень запущенному дому). Но она все равно была недовольна. Не так дышит. Не так спит. Не так разговаривает. Неправильно выражает восхищение. Недостаточно показывает любовь. Мало подарков. Мало вещей. Воззвал Думузи к Уту и взмолился: усмири свою сестру, не отдавай меня злым демонам, оставь в мире живых! Внял Уту его мольбам. Уберег, как умел. В общем, утомился Ваня и бросил Лилю. И теперь так любит жизнь!
Однажды даже Настя утомилась. Это было уже после того, как Лилю уволили из нашего креативного агентства, после того, как и Ваню она упустила, и снова была в поисках работы и/или мужчины. Настя зачем‐то снова помогала ей с резюме и портфолио. То ли добрая, то ли глупая, ворчал Юрик, выслушивая ее жалобы. В резюме про последние лет шесть была одна строчка: фриланс. В портфолио в кучу были свалены старые студенческие живописные работы, открытки со снежинками («Я нарисовала их сама!» – гордилась Лиля, как когда‐то гордилась убогими «волнами» на неудавшемся рекламном модуле), афиши для друзей-ролевиков, примеры прорисовок из мультипликационной студии, в которой она работала сразу после института и которую до сих пор вспоминала как лучшее, что случилось в ее жизни. Настя решительно взялась за подругу. Нашла примеры хороших портфолио. Нашла множество отличных вакансий (дизайнеры и художники оказались очень востребованы, в Насте даже зашевелился червячок сомнений – не пора ли и ей сменить наш древний Шумер на работу поновее, ведь новое всегда кажется лучше, пока оно впереди, зато и старое всегда кажется лучше, когда оно позади). Посадила Лилю за комп и велела показать установленные программы. Собрала список программ, которые понадобятся. Прошерстила Лилины папки с работами – реальные и компьютерные. И приуныла. Все было даже печальнее, чем она ожидала. Тогда она стала давать Лиле советы. Знаете, все однажды наступают на эти грабли. Нет ничего хуже непрошеных советов с целью помочь человеку, который не хочет помощи. Сначала Лиля вежливо сквозь зубы твердила свое вечное «благодарю», потом начала раздражаться и, наконец, грубить и хамить.
«Почему ты не можешь просто порекомендовать меня конкретным людям?» – спрашивала возмущенная Лиля. «Доработай резюме и портфолио, я не могу никому предлагать такое! – нервничала Настя, уже не единожды огребшая за свою доброту. – Хотя бы распиши последние годы в резюме, порисуй что‐нибудь тренировочное для портфолио…» «Ну официальные места работы типа продавца их не интересуют. Нет смысла вставлять в резюме. А фриланс разный и в том числе не связанный с дизайном тоже не стоит. Объяснять нечего. Что там можно объяснить про афишу концерта или мюзикла? Афиша и есть афиша. А месяц у вас вообще не стоит упоминать, как я объясню, почему ушла?» «Это верно, – горестно вздыхала Настя. – Остается только портфолио и хорошо сделать тестовое. И подключи нормальный, скоростной интернет! Если дадут тестовое, надо быть на связи и отвечать оперативно. Вот посмотри пример хорошего портфолио!» «Не могу открыть. Файл слишком тяжелый. Ссылка кривая. Перешли ещё раз. И на другую почту, этой я больше не пользуюсь. Не понимаю, чем мое портфолио хуже твоих примеров. Я не обязана тут вам всем заводить быстрый интернет и новый фотошоп, нет у меня денег на это. Тестовое сделаю у подруги».
Примерно через месяц таких диалогов Настя, прямо как Ваня, побледнела, осунулась, стала раздраженно отвечать начальству. В один из спокойных дней, когда работы особо не было, Юрик подошел к ней, угостил самокруткой и сказал: «Пойдем поговорим». Что бы Юрик ни сказал Насте, скоро она уже снова хохотала, верстала рекламные модули и набрала обратно потерянные было плечики и бочка. Так мы утратили последнюю нить, связывавшую нас с эльфийской принцессой. И не знаем, удалось ли ей выжить в этом жутком мире равнодушных людей, которые не хотят платить ей деньги просто так, нашла ли она работу мечты. Или такая работа существует только на непорочном райском острове Дильмун, который ей подобные называют сказочным Валинором?
Текст появлялся, текст исчезал
Курим с Настей на заднем дворе. Шепчемся нервно.
– Я же говорила, – гневается она, – что так и будет.
– Но Снежана одобрила идею!
– Ага, на словах. – Настя все еще очень зла. Я, впрочем, тоже.
Вчера, убегая, Снежана сказала мне, что срочно нужен баннер на сайт одного из заказчиков. Как водится, ночью меня посетила замечательная идея. Я ее записала и на следующий день поймала Снежану между Лешиным кабинетом и какой‐то встречей.
– Удели минутку, я придумала клевый баннер, про который ты вчера говорила.
– Да, конечно, пойдем в переговорку! – Снежана обрадовалась моей инициативе.
Показала ей набросок, описала, какое сюда подойдет изображение. Снежана, хоть и поглядывала на часы, но слушала, как мне показалось, внимательно.
– Отлично, супер, давай дизайнерам в работу. Напиши письмо Ване, Насте – надо, чтобы это Настя сделала, больше ни у кого нормально не получится, – и меня в копию. Скажи, чтобы завтра к обеду было готово. Все, я убежала, пока, Анечка, ты лучшая!
Делаю все, как сказала Снежана. Настя пишет мне в чат:
«Снежана это согласовала?»
«Ага».
«Точно?»
«Я с ней разговаривала, показала всё, рассказала, она на