— Мимишки, — ерзает Анечка у меня на коленях. Невольно касается раненого крыла, и я морщусь от боли.
— Детка, иди ко мне, — забирает у меня дочь Лида. — У Юры болит ручка. Ты мешаешь, — втолковывает тихонечко. Воспитывает.
— Дядя Юва, а ты кто? — спрашивает меня малявка.
— Аня, — шикает на дочку Лида.
— Да нормально все, — улыбаюсь ребенку. — Ну что ты, Лид… Дите правильные вопросы задает. Самые важные.
И поясняю, набравшись смелости.
— Я теперь твой папа, малышка.
— Папа? А ты меня вевмнем бить не будешь?
— Никогда, — прикладываю руку к груди. И до самой Мокшанки улыбаюсь довольно.
В кармане звякает телефон. Стефания. Дочка моя дорогая.
«Все нормально, папа. Люблю. Целую. Будет время, выйди на видеосвязь».
О как! Ну, так я сейчас и выйду. Посмотрю в глаза твои бесстыжие.
— Привет, — жму на кнопки. — Ну как вы там? — оглядываю детей. Щеглы мои смотрят насупившись. Замечают рядом Лиду и Аню. Тихонько толкают друг друга. Шепчутся.
Смешные!
— Палата хоть хорошая? — усмехаюсь весело.
— Да, пап, все хорошо, — тараторят наперегонки. — Лечение уже назначили…
— Дай бог, — киваю медленно. — А у нас тоже новости, — перевожу камеру на Лиду. — Мы решили пожениться. Аня теперь моя дочь.
— Ух ты ж! А свадьба? Свадьба когда? — восхищенно тянет с той стороны экрана Стеха.
— Скоро, — бросаю кратко. — Я тут солдат, а Лида — генерал.
— Ой, папа, — смеется Стеха. — Ты ездил за Лидой? Правда?
— Ну да, а что такого? Если любишь…
— Поздравляю, поздравляю, папочка! И тебя, Лида, тоже поздравляю. Надеюсь к вашей свадьбе выздороветь…
— До следующей субботы, что ли? Врачи так сказали…
— Н-нет, — обалдело ойкает Стефания. — Так скоро…
— Ну а что тянуть? — пожимаю плечами. — В пятницу домой жду. Отпроситесь там, — заканчиваю разговор и перевожу счастливый взгляд на будущую жену.
— Генерал, говоришь? — опаляет меня взглядом Лида.
— Ну, прости. Я привык все решать сам. Если хочешь, буду ждать… Год или пять… Как скажешь, Лид.
Но девчонка хмыкает и к окну отворачивается. В глазах снова слезы стоят.
— Старого кобеля не отмоешь добела, — заявляю я, и только когда Лида начинает улыбаться, понимаю, что сказанул что-то не то. — Кхмм… То есть старого кобеля новым трюкам не научишь…
— А ты кобель? — поднимает она на меня заплаканные глаза.
— Нет, Лида. Ни в коем случае. Пока один жил, встречался со всякими, а тебе верным буду. Только ты это… Не бросай меня… — смотрю на нее со смесью отчаяния и восхищения.
А ну как пошлет за самодеятельность, я же с катушек слечу.
— Не уходи от меня больше, — беру Лидину ладошку в свои. Прижимаю к груди. Целую. — Я люблю тебя, — выдыхаю и сам удивляюсь собственной реакции.
— И я тебя, — прижимается ко мне Лида.
Мимишки сменяются Синим трактором, а мы с Лидой просто сидим и молчим… О главном. Не всегда слова нужны. Иногда даже помолчать вместе нужно. Со своим человеком. С тем, с которым совпадаешь на все сто.
— До сих пор поверить не могу, — тихонечко шепчет Лида. — Никита застрелил Сашу. За что? Почему?
— Не бери в голову, — цежу еле слышно. Прижимаю к себе любимую женщину. И клянусь, что больше ее никогда не отпущу.
— Выходит, Тамара Константиновна права. Это я виновата, — плачет беззвучно Лида.
— Никто не виноват, — выдыхаю куда-то в макушку.
«Никто, и все вместе», — добавляю про себя.
Если бы я настоял и впарил бы Сане машину. Пусть не новую, а свою б/у. Если бы тетя Тома не вбила себе в голову, что ее сын должен жениться на дочери ее подруги… Как ее там? Забыл я… Если бы Оскар пришел ко мне сразу, когда вышел на Беляева. Если бы…
— Его опять отмажут, — всхлипывает Лида. — Придется жить в постоянном страхе.
— Не отмажут, — мотаю я головой. — Я прослежу. Просто верь мне. Даже если его отпустят, далеко он не уйдет. Я не позволю… Никто не позволит.
— А тебе за это ничего не будет? — Лида сминает у меня на груди футболку.
— Нет, — целую в висок и до самого дома размышляю, как бы устроить этого придурка Беляева на пожизненное. Надо с Ревазом переговорить. Маньяк Беляев, как не крути. Прокурора бы хорошего и с адвокатом перетереть. По всем вводным отпустить Беляева не смогут. Все доказано, все задокументировано. Тут именно та самая ситуация, когда любые деньги и связи бессильны. И мяч на нашей стороне поля.
Но я проконтролирую процесс, не дам этому мудаку сорваться или отделаться по легкому.
Хотя сейчас меня больше интересует Варнас. Слишком близко он ко мне подобрался. Сам бы точно не справился. Кто-то помогал ему. Из моего близкого круга.
«Предал меня», — сжимаю губы в тонкую линию. А я и не заметил. Вот эту крысу надо вычислить. А то отирается рядом с моей семьей… Лида и Аня точно в зоне риска. Надо к ним дополнительную охрану приставить.
«Думай, Лютый. Думай», — чуть прикрываю глаза. Веду ладонью по хрупкому Лидиному плечу. Пальцы скользят по шелковистой ткани, и меня осеняет.
Точно. Мать его… Как же я сразу не подумал?
Лидин костюм! Кто мог знать, что она поедет к портнихе?
Глава 54
Всю следующую неделю я провожу дома с семьей. Люблю Лиду, вместе с ней плаваю в бассейне, гуляю с Анечкой. Наблюдаю, как около клумб возводят детскую площадку с качелями и каруселями. Слежу за рабочими, укладывающими безопасное резиновое покрытие. А сам думаю. Пытаюсь понять, кто же именно меня предал. Никто не знал, что я поеду вместе с Лидой к Данькиной матери.
Все спонтанно получилось. Я и сам не ожидал. Но, видимо, люди наизготовку в засаде сидели. Позвонили, и исполнитель примчался по первому зову.
Вот только вопрос так и остался без ответа. Кто сдал? Кто страх потерял в одночасье? Михайлов с пацанами перешерстили распечатки разговоров персонала. Благо промежуток времени был небольшой. Да и не знал никто, куда я с Лидой попер.
— Крысу все равно вычислим, — у себя в кабинете пролистываю толстое досье. Служба безопасности глобальное расследование провела. Из наших никто даже под подозрение не попал. За те сраные сорок минут на дорогу и примерку никто не звонил по левым номерам.
Кухня заказывала продукты к свадебному банкету, флористическая компания уточняла у охраны, как проехать, а организатор свадьбы с утра пораньше ругалась у нас за заднем дворе с бывшим мужем.
— Ты эту рыжую навести, — прошу небрежно Михайлова,