— Дядя Кир? Кто это?
Сын не ответил. Он перелез через меня и плюхнулся на спину волку.
Тот плавно поднялся на четыре лапы. И даже каким-то чудом не сбросил сына, хотя тот и сидел на нем весьма неловко, перевалившись на правую сторону. Волк подождал, когда сын усядется поудобнее и только потом двинулся к столу. Темка ухватился за холку животного и довольно запищал. Его качало, как на качелях, но сын не сдвался.
Левой рукой умудрился погладить жуткую и огромную морду.
— Вперед! — смело приказал он, и махнул в сторону двери.
Волк послушно развернулся и потрусил к выходу.
— Нет. Только не это! Вам туда нельзя! — спохватилась я, но было поздно: волк быстро привстал на задние лапы, мордой дотянулся до ручки и дернул ее вниз.
С победным криком сын и животное рванули в коридор.
— Только не это! — бросилась вдогонку я и расстроенно прошептала: — Нельзя покидать палату! Блин… Нас всех убьют.
В коридоре их, разумеется, уже не было. Я потеряно огляделась, но даже не смогла понять, в какую сторону унеслись беглецы.
И это в первый же день после операции! Что он нас подумают врачи?!
— Тема? — пискнула я и заломила руки, — Где же ты?!..
К счастью, ко мне уже бежала взволнованная медсестра. Со своего поста она видела этот демарш, о чем и сказала:
— В больницу нельзя с животными! Почему ваш сын?.. То есть он должен лежать сутки. Или двое… Как предписал врач — укоризненно попеняла она, а потом вытерла со лба пот и указала в сторону перехода в другой корпус: — Они ускакали туда. Ловите!
— Простите нас! Мы не нарочно! — только и могла выговорить я и побежала искать сына.
Переход был длинным. Некстати длинным — я запыхалась, пока добежала до середины. За стеклянными окнами также висел плотный серо-белесый туман, и ничего не было видно. По дороге встретила двух врачей в белых халатах и масках. Никто из них не видел мальчика на волке, зато каждый счел должным неодобрительно причмокнуть или цыкнуть зубом.
— Он случайно убежал! — оправдывалась я, но не переставала в их глазах выглядеть горе-матерью.
Мчалась дальше по коридору и с горечью думала: а они ведь правы. Именно так и выглядит всё со стороны: непутевая мать проглядела сына, которому всего два годика. Еще и зверя в больницу тайком притащила. Ужас!
Сбегая со ступенек перехода, я так задумалась, что неожиданно на полном ходу влетела в мужчину с папкой, которой тот успел прикрыться. В итоге я пребольно стукнулась носом о черный пластик.
— Простите. Я очень спешу! — пробормотала, даже не приглядевшись, в кого, собственно, врезалась.
Хотела обойти мужчину, но была неожиданно перехвачена вопросом:
— Ничего страшного, Джульетта Ивановна! Вы ищите Тему?
Подняв глаза, с ужасом наткнулась на смеющиеся карие глаза за маской. Наш лечащий! Он всё знает!
Боже, какой позор.
И как быстро тут разлетается информация.
— Нет, вы не так всё поняли!.. — забормотала я и покраснела, — Я просто вышла найти ээ…
— Он на волке промчался вон в то крыло! — неожиданно засмеявшись, мужчина махнул в правую сторону, — Если хотите, поищем вместе.
— Да! — не стала отпираться, раз он всё видел, — Только как перехватить этого волка? Не думаю, что он послушается меня. Я не умею… — запнувшись, почувствовала себя крайне некомфортно, — То есть, я, конечно, умею общаться с животными, но Гамбри вроде как иномирное животное… В общем, я не уверена, что смогу сдержать. Темку-то он слушается, а со мной…
— Не переживайте! — мужчина уже развернулся и быстрым шагом шел в направлении правого крыла, — Приструнить вашего волка, мы приструним. Меня больше волнует, как бы они не завалились в тридцатые кабинеты.
— А что там? — почувствовав неладное, я даже подпрыгнула.
— Лаборатории, — отрывисто бросил Кирилл Иванович и распахнул передо мной дверь, — Проходите. Будем искать.
Первым делом мы наведались в эти таинственные лаборатории. Их было пять штук, и двери в них были открыты. Мне сразу это не понравилось. Если ты работаешь с кровью и другими анализами, будь добр соблюдать гигиену. И осторожность! Хотя бы не впускай лишнюю пыль и детей на волосатых животных внутрь. Вдруг что куда не положено залетит?!
В первой же лаборатории к нам подбежала возмущенная кругленькая бабулька в роговых очках. Она была низенькой и полненькой. А когда грозила в сторону соседней лаборатории кулаком, трудно было сдержать улыбку.
— Каков нахал! — ругалась она, — Ворвался, значит, ко мне в лабораторию. Перепрыгнул через стол, понюхал … — тут она сделала акцент, — мою чашку с кофе, и перевернул ее. Вот такая лужа!
И гордо указала нам на растекающуюся по полу лужу.
— Давайте я уберу! — мне показалось, что белые полотенца, которые лежали поверх серебристой столешницы, обычные. Я схватила их и бросилась вытирать лужу. Синхронный крик врачей испугал меня. А ведь я наполовину успела вытереть кофейное пятно!
— Джульетта Ивановна! — медленно произнес врач и с опаской подкрался ко мне, — Не двигайтесь. Вы зачем взяли просачивающиеся салфетки?
— Что взяла?
Снова наткнулась на взгляд темных глаз за маской. И вроде бы говорил он строго и ровно, но я всё равно заметила пляшущие в глубине смешинки.
— Идите сюда. Марфа Васильевна, где у вас кран?
Как маленькую, меня взяли за рукав и подвели к крошечной раковине в углу помещения. Кирилл Иванович самолично намылил мне руки и, двумя пальцами перехватив салфетки, бросил их в урну.
— Голыми руками хватать нельзя. Смотрите! — он поднес ладонь, которой я держала салфетку, к глазам, и я ахнула: кожа заметно покраснела, и по всей поверхности высыпали маленькие прозрачные пузырьки, — Реакция пошла, но мы вовремя прервали. Для получения результатов с кожи требуется пара часов. Пожалуйста, не хватайте всё, что вы видите. Лаборатории отличаются от ваших земных. Здесь много реагентов непривычной вам формы. Вы могли сжечь себе руку до костей.
— Простите! — пристыженно опустила глаза, — Вроде не щипет. А оно пройдет?
— К вечеру пройдет. А не щипет потому, что специальным мылом руки вымыли. Видите? — и он указал на две висящие мыльницы с жидким средством. На каждой из них был нарисован неизвестный мне знак. И ни слова по-русски, — Здесь, обычное средство с антибактериальным эффектом. А вот тут — нейтрализатор. Им-то я и вымыл ваши руки.
— Ясно! — я не знала, куда себя деть от смущения. Надо же было так опростоволоситься! Я чувствовала себя маленькой нашкодившей девочкой, которую отчитывают, между прочим, по делу, — Простите еще раз. Я больше не буду лезть без спросу.
— Да идите