— Я поеду с вами, — говорит Рок, бросает сигарету на каменный пол и давит её. — Не собираюсь рисковать.
Мы уже далеко за пределами Портового района, но поскольку карета, которую вызвал Вейн, без королевских знаков отличия, мы раз за разом застреваем в пробках, а время утекает.
Тёплая пульсация отдаётся у меня в груди, и мне трудно усидеть на месте в карете.
Я всё время прижимаю ладонь к груди, проверяя, всё ли там как должно быть. У меня сейчас сердце взорвётся? Я схожу с ума?
Вздыхаю и тру глаза, а когда снова поднимаю взгляд, вижу, что Рок смотрит на меня.
Его взгляд прожигает, будто он что-то во мне ищет.
— Что? — спрашиваю я.
— Ты изменился.
— Меня только что похитили.
— Ты пират. Тебя что, раньше не похищали? — выдыхает он.
Был тот случай, когда мы наткнулись на вражескую команду в задних переулках Саммерленда, и меня взяли в заложники в обмен на золото. И ещё раз, спустя годы, когда охотник на ведьм захватил меня, заявив, что я мерзость. Сми и моя команда тогда меня спасали.
Хотя, если подумать, охотник, пожалуй, был прав. В моих жилах текла магия Мифотворцев. Тогда я этого не знал. Я вообще удивлён, что выжил. Охотники на ведьм жестоки и редко проваливают свою работу.
— Я в порядке, — говорю Року, хотя я не в порядке.
Не то чтобы мне было плохо.
Просто… да, ладно, я другой.
Пробка рассасывается, и карета дёргается вперёд. Рядом со мной Венди молчит.
Мы точно не так представляли себе день свадьбы.
Кровавые Канавные Змеи.
Они правда думали, что похищение кого-то из Портэдж-холла даст им желаемое? Это было, в лучшем случае, тупо, а в худшем, самоубийственно.
Венди тянется и берёт мою руку в свою. В ней пульсирует нервная энергия, и…
Я смотрю на неё. Она уставилась в окно кареты, следя, как мимо проплывает город.
Она нервничает. Я понимаю это мгновенно, но… она не ёрзает. Не грызёт ногти, не терзает губу и не делает ничего из тех привычных вещей, по которым видно раздражение.
Так почему мне показалось иначе?
Я опускаю взгляд на наши переплетённые руки. Её тонкие пальцы, овальная форма ногтей, и будто бы я сразу чувствую всё, что чувствует она.
Я резко выдёргиваю руку, и ощущение исчезает.
Венди резко поворачивается ко мне.
— Что такое? Ты ранен?
— Нет, я… рука затекла, вот и всё, — ложь выскакивает раньше, чем я успеваю подумать. Мне не нравится недосказанность между нами, но я уже внёс слишком много хаоса в наш день союза. Больше не внесу.
Наверное, это последствия фогшэйда.
Я чувствую, как внимание Рока задерживается на мне, словно косой луч тёплого солнца.
Но на этот раз я делаю вид, что не замечаю.
Поездка в карете обратно к собору показалась вечностью, и технически мы прибыли до начала свадьбы, но теперь мне нужно переодеться заново, и когда Рок ушёл, он был весь в крови и внутренностях, а Джеймс был без своего крюка.
Теперь я меряю шагами гардеробную, заламывая руки. Я наполовину одета и на все сто в панике. Я выставила всех, кроме Эши, потому что сейчас не выдержу, если на меня будут смотреть. Я не веду себя по-королевски. Ни капли. Я чувствую себя испуганной маленькой девочкой.
Эша выходит из соседней комнаты и протягивает мне белую керамическую кружку. Внутри тёмная жидкость, над поверхностью поднимается пар.
— Поможет успокоить нервы, — говорит она, и мне большего не надо.
Беру кружку, ценю её тепло и доброту Эши, но запах резкий и удушающий. И я сразу понимаю, что это.
— Валериана? — спрашиваю я.
— Да. Но там ещё лаванда, ромашка и мёд. Пахнет хуже, чем на вкус.
Я лишь слегка сомневаюсь, но мне сейчас пригодится любое успокоительное, так что делаю глоток. Она права. Остальные запахи приглушают валериановая нота сырого дерева.
— Рок переоделся? — спрашиваю я.
Эша кивает.
— И курьер только что привёз крюк Джеймса. Всё в порядке.
Я выдыхаю и наконец опускаюсь в ближайшее кресло.
— Может, всё-таки обойдётся без проблем?
— Ты переживаешь из-за проблем? — спрашивает она.
— Всё, что будет не идеально, воспримут как дурное знамение.
— Правда?
Я вздыхаю.
— Тебя не было на моей свадьбе с Халдом. Прямо перед тем, как я должна была сказать «да», один стеклянный подсвечник разлетелся вдребезги. Меня на месяцы отстранили от двора, и вокруг нашего союза закружились сплетни: будто я прокляла его или наложила на него заклятие, а потом пополз ещё более безумный слух, что я ведьма и пытаюсь свергнуть всё королевство.
— Да, но это было в Эверленде, и в тот брак тебя загнали силой. А сейчас ты выбираешь сама. Что бы ни случилось, в этот раз всё будет иначе.
Делаю ещё глоток чая и позволяю теплу успокоить мои измотанные нервы.
Я лишь надеюсь, что Эша права.
Сердце у меня колотится.
С гигантского орга̀на в центре храма льётся свадебная баллада. В Даркленде свадебная баллада призрачная, почти меланхоличная, и меня моментально накрывает чувствами.
Слёзы жгут глаза.
Я делаю это. Мне плевать, что там говорят дурные знамения. Я люблю Рока и люблю Джеймса, и не представляю, как снова жить без них.
Я жду в западном крыле своего сигнала выйти. Эша стоит чуть позади, справа от меня. По свадебной традиции Даркленда у каждой стороны должен быть свидетель. С Эшей всё было очевидно, хотя я всё же чувствую лёгкую вину, что не смогла добавить второго и пригласить Уинни. Она заверила меня, что не держит обиды и что рядом со мной должен быть мой самый лучший друг, а мы познакомились совсем недавно. Она напомнила, что именно Эша была рядом со мной на каждом важном событии моей жизни, и этот день не должен стать исключением.
Это было очень по-доброму с её стороны: настоять и снять с меня чувство вины, и всё же оно остаётся.
Вейн стоит за Роком, а Сми стоит за Джеймсом.
Если всё идёт по плану, они вчетвером будут ждать меня на возвышении. Рок слева, Джеймс справа, а для меня оставлено место посередине.
Наконец баллада доходит до моего сигнала, и я делаю глубокий вдох, оставляю тени западного крыла позади и иду по проходу.