Но затем все продолжили толкаться и давить, давать отпор и сопротивляться. По крайней мере, овцы Джорджа получили секунду передышки. Но в блеянии укушенной овцы слышалась такая боль, такой испуг и отчаяние, что у овец Джорджа отпало желание вновь применять насилие.
И вдруг – внезапно! – овцы Габриэля перестали напирать. Они просто остановились и начали прислушиваться к темноте. Их бока вздымались и опускались, дрожа от напряжения – а возможно, от чего-то еще. Вокруг них, подходя все ближе, в ночи кружило темное тело.
* * *
Позже никто из овец не мог вспомнить, что именно произошло. Побег и сбившееся дыхание, группировка и бросок врассыпную, слепое волнение и напряженное ожидание. Никакой паники, никакой безысходности в движениях. Всегда предстояло сделать еще один шаг, единственно возможный шаг. Где-то снаружи кто-то незримый – его присутствие не ощущалось, но предполагалось – мастерски их оберегал.
Спустя короткое время – это точно случилось быстро, ведь их дыхание уже успокоилось, а сердца стучали лишь от волнения – все овцы снова собрались там, где им и место: овцы Джорджа в загоне, а овцы Габриэля за колючим забором.
На скале, восторженно сверкая глазами, стояла Лейн, самая быстрая овца стада, и мечтательно вглядывалась в ночь.
15
Зора кое-что узнает о человеке с косой
На следующее утро овцы пораньше поскакали на выгон, чтобы осмотреть «Место Джорджа» при свете дня. Они остались довольны. «Место Джорджа» не тронули, и даже примятая трава медленно начала выпрямляться. Овцы Габриэля снова стояли там, где им положено, – за забором, и ни одна из них не решалась во второй раз сунуться в дыру. Овцы Джорджа собой гордились. Они с нетерпением ждали возвращения Габриэля. Пусть полюбуется, что натворили его подопечные! Тогда он наконец поймет, каких бестолковых обжор к ним привел.
Но, когда Габриэль пришел, было уже поздно. Даже шмели-сони улетели по делам, а на каменной стене у ворот загорали ящерицы. Когда Габриэль появился на лугу, они исчезли, как черные молнии. Габриэль пришел не один. Рядом с ним шагал мужчина с беспокойными, бегающими глазками и с черной сумкой в руках. Габриэль и мужчина остановились перед дверью пастушьего фургона.
– Было бы удобней, если б я смог войти внутрь, – сказал Габриэль. – Положить там свои вещи. А может, иногда ночевать.
– Ага, – многозначительно протянул мужчина и заморгал быстрыми глазками, – очень удобно. И интересно. Дай-ка взглянуть. – И достал из сумки какие-то инструменты.
На крышу пастушьего фургона уселась сорока, с любопытством склонила голову.
Мужчина ковырялся в двери фургона Джорджа металлическими штуками. Вскоре он вспотел. Овцы тоже почувствовали раннюю жару нового дня. Это была нехорошая жара. Безмолвный зной перед бурей.
Спустя несколько минут мужчина поднялся и рукавом вытер пот со лба. Жужжали мухи.
– Сожалею, – сказал мужчина.
– В смысле? – спросил Габриэль.
– Своими инструментами я ее так просто не вскрою. Тебе нужен специалист и много времени.
– Я думал, ты у нас специалист, Эдди!
– Да, но не для таких дел. Я учился, конечно, но если этим заниматься только в свободное от фермы время… – Эдди развел руками.
– А в чем проблема? – спросил Габриэль.
– В замке проблема. Взломостойкий замок. К такому дубликат ключа просто не сделаешь.
– И? – протянул Габриэль.
– Смотри, Габриэль. Мы оба знаем, почему ты хочешь туда попасть. Вещи можно положить где-то еще. Почему бы тебе просто не выломать дверь? Ну испортишь ее, и что с того? Дверь не жалко. Вообще, по-идиотски сделали: такой замок в такой двери…
– То есть внутрь попасть можно?
– Внутрь попасть не проблема.
– Но это заметят?
– Это заметят.
– А что с окнами?
– Аналогично. Внутрь попасть не проблема, но это заметят.
Габриэль кивнул.
– Чего он и добивался. Лучше нам это бросить.
Мужчина взглянул на него недоуменно. Овцы заметили, как сильно он хотел попасть в пастуший фургон. Практически так же сильно, как сам Габриэль. Овцы в очередной раз убедились, насколько Джордж отличался от других людей. Его интересовали только овцы. А остальных – исключительно пастуший фургон.
Лицо Эдди прояснилось.
– Да ты боишься! Этих. Наркомафии. Если уж они позаботились о том, чтобы полиция не стала проводить обыск, значит, им это важно. То есть внутри что-то есть…
– Ничего я не боюсь, – оборвал его Габриэль. Он врал. Даже сквозь шерстяное одеяние, целиком пропитанное табачным дымом, наружу пробивались струйки страха. – Я просто не хочу лишних разговоров. Но, похоже, лишь я один. – Он сурово взглянул на мужчину.
– Немного разговоров в подходящем месте не помешало бы, – ответил Эдди. – А то все действуют, кто во что горазд.
Габриэль взглянул на мужчину так, как вожак наблюдает за упрямством молодого барана: чуть ли не с уважением.
– Как ты на это смотришь? – Габриэль сунул руку в карман и достал оттуда блестящий металлический предмет.
Мужчина присвистнул.
Лицо Габриэля приняло странное выражение. Напряженное. За все время, что овцы его знали, он впервые выглядел напряженно.
Эдди это заметил.
– Не каждый день такое на улице находишь, – сказал он. – Где взял?
– С неба свалился, – огрызнулся Габриэль.
Мужчина покачал головой.
– Так не пойдет. Ты вообще в курсе, что творится в деревне? В «Бешеном кабане»? Все сидят, напиваются и ждут. Они говорят обо всем, даже смеются над шутками О’Мэлли! Но об этом они, конечно, не говорят. Все имеют право знать, что тут происходит!
– Ничего тут не происходит, – ответил Габриэль. Он долго смотрел на мужчину своими голубыми глазами. – Я слежу за тем, чтобы ничего не произошло.
Овцы не поверили ушам. Прошлой ночью тут много чего произошло, и Габриэль пальцем о палец не ударил. Они потихоньку начали признавать, что Габриэль их несколько разочаровал.
Мужчина вздохнул.
– Ну-ну. Ключ от сейфа. Но не такого сейфа, который можно просто заказать по каталогу. А действительно хороший. Дорогой. В смысле, по-настоящему дорогой. Может, у него даже есть числовая комбинация. Возможно, понадобится несколько ключей. В любом случае очень хитрый.
Габриэль кивнул так, словно все это уже знал.
– А по размеру он какой примерно?
Эдди пожал плечами.
– Сложно сказать. Как микроволновка? Как холодильник? Насколько я знаю, размер роли не играет. У больших сейфов преимущество в том, что их сложно унести. У маленьких нельзя вскрыть замок, не уничтожив содержимое. В зависимости от того, что тебе нужно.
Он с любопытством посмотрел на Габриэля. А тот лишь равнодушно скользнул взглядом по своим овцам, словно и эти слова не были для него новыми.
– Спасибо, – сказал он. – Значит,