Шалидор нахмурился.
— Вот оно как, — тихо сказал он, — магия здесь больна. В этот момент он осмотрелся вокруг.
Равнина тянулась до горизонта, изрезанная трещинами, словно земля когда-то ломалась и так и не восстановилась. В разломах мерцал тусклый свет не огонь и не чистая магия, а нечто промежуточное, гниющее. Вдалеке темнели обломки каменных сооружений: не города, а скорее крепости или алтари, возведённые для войны и брошенные, когда война сменила форму.
Повсюду лежали кости. Старые, выветренные, вросшие в почву. Здесь умирали не однажды и не сразу.
Шалидор опустился и коснулся земли. Изменение подсказало почти мгновенно: Хаос. Не даэдрический. Грубый, первобытный, голодный. Эта сила не заключала договоров и не нуждалась в поклонении. Она просто искажала всё, к чему прикасалась.
Где-то вдалеке раздался грохот. Барабаны. Ритм был неровным, яростным, лишённым порядка. Так бьют не для марша, а для возбуждения. Для убийства.
Шалидор выпрямился и направился на звук, не скрываясь.
С холма перед ним открылось зрелище боя.
Внизу, у пересохшего русла, сражались две силы, ни одна из которых не выглядела победителем. Гоблины, мелкие, коренастые, серо-зелёные, визжащие и злобные наваливались беспорядочной массой. Они не знали строя и не боялись смерти. Они были явно безумны. Их оружие было грубым, а тела покрыты шрамами и кривыми знаками, выжженными не для защиты, а как метки принадлежности.
Им противостояли какие-то полурослики, закованные даже на вид в тяжелую броню.
Невысокая линия щитов, сомкнутая почти идеально. Щиты были побиты и треснуты, руны на них едва светились. За ними топоры и молоты, старые, изношенные, но в руках тех, кто знал их вес до последнего удара.
Их отряд был сильно ослаблен.
Шалидор видел это не только по ранам, но и по ауре. Магия почти иссякла. Рунная защита держалась на остатках силы и упрямстве. Это была экспедиция, зашедшая слишком далеко и слишком глубоко.
Гоблины навалились с фланга. Один из полуросликов оступился всего на шаг. Копьё вошло под руку в уязвимое место. Он не закричал, лишь хрипло выдохнул и рухнул на колено, продолжая сжимать оружие. Строй дрогнул.
Шалидор вздохнул.
Он не был обязан вмешиваться. Этот мир был не его. Эти существа не его род, не его Коллегия магов, и это не его война.
Но он слишком хорошо знал, чем заканчиваются такие моменты. Он спустился с холма открыто. Первый гоблин заметил его и завизжал, бросаясь вперёд. За ним рванули другие.
Он поднял руку. Земля перед гоблинами вздыбилась, ломаясь волной. Твари попадали, сбивая друг друга, визжа от ярости и боли. Следом прошёл короткий импульс не смертельный, но ломающий координацию и волю.
Гоблины замерли. Они не понимали, что происходит, но понимали страх.
Атака захлебнулась. И гоблины начали убегать что-то визжа на своём наречии. От чего маг лишь поморщился
Войны обернулись. Один из них, с обломанным рогом на шлеме и бородой, переплетённой металлическими кольцами, шагнул вперёд, не опуская топора.
— Ты кто такой? Голос был хриплым, но твёрдым. — И откуда взялся?
Шалидор остановился на расстоянии, достаточном, чтобы не выглядеть угрозой.
— Путник, — ответил он спокойно.
Гоблины отступили, собираясь вдалеке. Они не бежали. Они ждали.
Гном внимательно оглядел его, задержав взгляд на отсутствии доспехов и странном спокойствии, с которым маг стоял посреди бойни.
— Мы не в том положении, чтобы выбирать союзников, наконец сказал он. — Но если ты враг, то выбрал плохой момент
— Я не враг, ответил Шалидор.
Бородач коротко хмыкнул и обернулся к своему хирду, отдавая приказы. Раненых утаскивали внутрь круга.
— Мы истощены, сказал он уже тише. — Запасы на исходе. Наш рунный мастер мёртв. Назад пути нет. А эти твари чуют слабость.
Шалидор посмотрел на гоблинов, потом на воинов, и снова почувствовал, как магия этого мира шевельнулась, прислушиваясь к нему.
— Хорошо, произнёс он, у нас общая проблема и я помогу вам.
Он медленно сжал пальцы, удерживая силу под контролем.
— Я могу помочь исцелить ваши раны и восстановить выносливость что бы вы могли продолжить битву позже. Сказал Шалидор
На что полурослики согласились с радостью. Немного подумав, маг решил использовать заклятье лечебных рук, его ранг и опыт в школе восстановления, как и в магии в целом позволял начать исцеление, не зная особенностей анатомии этих воинственных бородачей. Нужно было придать магии намерение и тело само направит магию пусть и не так эффективно. Таким образом он быстро помог восстановиться 30 войнам.
— Спасибо тебе за помощь, умги колдун (человек) — с довольной улыбкой заявил один из них. И сразу же продолжил, обращаясь к остальным. — Братья, становись в строй, мы должны добить этих Гроби (гоблины), иначе не будет нам покоя, вперёд во имя клана Железного шлема!
После его слов, все поднялись со своих мест, перехватили поудобнее своё оружие и щиты, сомкнули строй и направились в сторону гоблинов. На что сами гоблины взволновались видимо они не ожидали что гномы пойдут в ответную атаку.
Шалидор же видя решимость своих новых знакомых решил пойти за ними и помочь при необходимости, ему предстоит ещё узнать, где он сейчас находится и окружающем мире
Гоблины видя все больше приближающаяся стену из щитов заволновались ещё больше.
Их визг стал резче, рванее. Они не ожидали ответной атаки. Они привыкли к отступающей добыче, к медленному умиранию, к страху. А не к сомкнутым щитам, которые снова пошли вперёд.
Гномий хирд двигался тяжело, но уверенно. Щит к щиту. Шаг за шагом. Земля дрожала под их сапогами, и в этом дрожании не было ярости — только упрямство. Такое же древнее, как сами горы.
— Держать строй! — рявкнул бородач с обломанным рогом. — Не гнаться! Давить!
Гоблины бросились навстречу.
Первый удар приняли щиты. Металл заскрежетал, дерево треснуло, копья скользнули по кромкам, не находя плоти. Гномы ответили коротко и жёстко. Топоры били снизу вверх, молоты ломали кости даже сквозь примитивную броню. Каждый удар был смертелен или калечащий. Никакой суеты. Никакой лишней силы.
Шалидор шёл чуть позади, наблюдая.
Он чувствовал, как магия этого мира тянется к насилию, как она подкармливается криками и болью. Здесь заклинания рождались легче в бою, чем в тишине. Это было… странно, необычно, пожалуй именно это слово наиболее описывает ощущения магии в момент битвы.
Гоблины попытались обойти строй. Несколько тварей рванули в стороны, визжа и размахивая кривыми клинками.
Шалидор поднял руки. Иллюзия легла быстро. Не образ, не обман зрения, а ощущение. Гоблины вдруг увидели перед собой пустоту, провал, будто земля