Шалидор стоял чуть в стороне, опираясь на посох.
Тордин подошёл к нему.
— Ты сделал больше, чем мы могли ожидать, сказал он, глядя на рассыпающийся прах. — Но именно поэтому нам нельзя тут оставаться.
— Они почувствуют? Кто? спросил Шалидор.
Гном хмыкнул.
— Уже почувствовали. Он кивнул в сторону востока. — Такое количество смерти, да ещё и с магией сюда придут не только гоблины. Нас могут ожиадть падальщики, культисты, зверолюди, что чувствует искажение. А может, и цари гробниц направятся к нам.
Шалидор проследил взглядом за направлением.
Ему показалось, что багровое небо стало темнее. Или, возможно, это просто его глаза.
— Некромант был слаб, сказал он. — Слишком.
— Здесь это не редкость, ответил Тордин. — Слабые тянутся к Хаосу, думая, что он даст им силу. А он даёт им лишь безумие и искажение.
Он повернулся к своим бойцам и повысил голос:
— Хирд! Формируем колонну! Никаких остановок, пока не уйдём минимум на пять лиг!
Гномы откликнулись короткими выкриками. Кто-то затянул ремни потуже, кто-то сплюнул, будто выплёвывая саму мысль о возвращении сюда. Никто не оглядывался на поле боя.
Шалидор заметил это.
— Вы не оставляете метки? спросил он. — Ни рун, ни знаков?
— Зачем? Удивился Тордин. — Чтобы сюда пришёл кто-то ещё? Эти земли не для памяти. Они всё равно исчезнут или исказятся в этих землях.
Колонна двинулась.
Тяжёлые шаги гномов звучали глухо, будто сама земля старалась приглушить их. Шалидор шёл рядом с Тордином, чувствуя, как магия вокруг медленно успокаивается, но не исчезает. Она просто затаилась.
Через некоторое время он ощутил это снова.
Не угрозу и не заклинание. Внимание.
Он остановился на мгновение и обернулся. Поле боя уже скрывалось в пыльной дымке, но ощущение не пропадало.
— Тордин, тихо сказал он. — За нами смотрят.
Гном не замедлил шага.
— Я знаю и не сомневался, что так будет, ответил он. — Здесь всегда так. Главное, чтобы смотрели издалека и не трогали нас.
Он бросил на мага короткий взгляд.
— А ты, добавил он после паузы. — Ты оставил след, заметный, твоя магия сильна.
Шалидор сжал пальцы.
— Значит, мне придётся быть осторожнее.
— Всем нам, кивнул Тордин. — Но теперь ты часть хирда. А значит, если кто-то придёт за тобой сначала ему придётся пройти через всех нас.
Колонна уходила всё дальше на запад, оставляя за собой только пепел и едва заметный след на иссохшей земле.
Они шли без остановок столько, сколько позволяли силы.
Пейзаж почти не менялся, и именно это было самым тревожным. Камни под ногами были одинаково серыми, одинаково острыми, будто высеченными одной рукой. Земля трескалась сухими разломами, но из них не росло ничего. Ни травы, ни мха. Даже пыль казалась мёртвой.
Шалидор чувствовал, как расстояние измеряется не шагами, а напряжением.
Каждый час пути вытягивал внимание. Не силы, именно внимание. Стоило отвлечься, и в воздухе начинали мерещиться движения, образы на границе зрения. Он пару раз ловил себя на том, что готовился плести заклинание, прежде чем осознавал, что это всего лишь искажение света.
Гномы шли плотным строем.
Два дозорных впереди, ещё двое сзади. Никто не говорил лишнего. Иногда раздавался короткий жест или стук по щиту, ф знаки, отработанные за годы походов.
На первом привале Тордин дал им не больше десяти минут.
— Не разводить огонь, приказал он. — Если нужно ешьте холодное.
Шалидор сел на камень, чувствуя, как дрожь постепенно отпускает ноги. Он попытался восстановить силы магией и тут же остановился. Магия ответила слишком охотно.
Она подхватывала любое намерение, усиливала его, словно проверяя на прочность. Это было похоже не на поток, а на воронку.
— Не нравится тебе это место, хмыкнул один из гномов, проходя мимо.
— Я не привык, что сила смотрит на меня, ответил Шалидор.
Гном понимающе кивнул.
— Тогда привыкай. Тут она всегда смотрит.
На второй день путь стал хуже.
Воздух сделался плотнее. Дышать было не тяжело, но каждый вдох ощущался чужим. Как будто лёгкие наполнялись не только воздухом. У одного из гномов начала идти кровь из носа. Другой жаловался, что слышит звон, хотя вокруг стояла тишина.
Шалидор помогал, накладывая заклинания очищения. Они работали, но оставляли после себя странный холод, будто магия срывала какой-то налёт. Но раны не успевали заживать. И после каждого раза промежуток, когда была необходима помощь кому-то из хирда становился все меньше. Был необходим большой привал что бы залечить всё как следует
— Дальше так будет чаще, сказал Тордин. — Потому и нужен аванпост. Камень и руны хотя бы немного держат эту дрянь на расстоянии.
Несколько раз им приходилось менять маршрут.
Не из-за врагов из-за самой земли. Иногда тропа просто исчезала, словно её никогда не было. Иногда впереди возникали провалы, которых не было на картах. Один раз они увидели старый обелиск, покрытый знаками, от которых у Шалидора заболела голова словно кто-то попытался проникнуть в его разум, но наткнулся на защиту.
— Не смотреть, резко сказал Тордин. — И не читать это письмена культа хаоса.
Шалидор отвернулся сразу.
Ночью они не спали по-настоящему.
Сон приходил обрывками. Слишком яркими, слишком насыщенными. Шалидор видел огни, которых не знал, и слышал шёпот, не складывающийся в слова. Он просыпался каждый раз до того, как сон успевал закончиться, чувствуя, что, если досмотреть его до конца, проснётся уже не он. Он понимал, надо было проводить ритуал защиты и очищения. Здешняя магия влияет на него слишком сильно
На третий день показались стены.
Они были низкими, грубыми, вросшими в землю, будто сами выросли из камня. Рунные плиты местами были расколоты, но всё ещё держались. Над входом висел потрёпанный штандарт с символом клана Железного Шлема.
Гномы остановились.
Никто не радовался. Только выдохнули.
— Аванпост Краг-Бар, сказал Тордин. — Дальше восток уже не принимает гостей. Даже нас.
Ворота открылись не сразу.
Сначала стук. Потом голос. Потом скрежет камня. Когда створки разошлись, Шалидор почувствовал это сразу.
Магия здесь была тише. Он сделал шаг внутрь и впервые за несколько дней понял, что его плечи опустились.
— Добро пожаловать, Умги, сказал Тордин, входя следом. — Это не дом. Но лучшее, что у нас есть.
За стенами Восточные бесплотные земли продолжали жить своей жизнью.
И ждать.
Глава 3
Аванпост жил по строгому распорядку.
Даже здесь, на краю Восточных бесплотных земель, гномы не позволяли себе хаоса ни внешнего, ни внутреннего. День начинался не с рассвета, которого почти не было видно из-за вечной багровой дымки, а со звука каменного колокола. Глухой, низкий удар проходил по крепости,