Ты и раньше нападала на меня, но мне более-менее везло. Я ожидал, что в один момент ты застанешь меня врасплох, поэтому везде по дому спрятал шприцы со снотворным. А в трех местах хранились ветеринарные пистолеты, стреляющие дротиками.
Я откатился от тебя как можно дальше, отодрал плинтус под кухонным шкафом и вытащил ветеринарный пистолет. Я выстрелил в тебя в тот момент, когда ты, словно разъяренная фурия, нависла надо мной и собралась всадить в меня нож. Ты бы убила меня, если бы я не подготовился.
Я вызвал скорую. Нас обоих увезли. Мне зашивали рану, тебя держали на успокоительных.
Я захотел навестить тебя в больнице, пришел к тебе в палату. Когда я взглянул на тебя, то ужаснулся. Передо мной как будто был другой человек, кто угодно, но не ты.
Ты полусидела на подушках. Тебе связали ремнями руки, ты была сильно заторможенной от лекарств.
«Что же мы делаем?» – подумал я.
Сев на стул рядом с твоей кроватью, я понял, что твой приступ действительно прошел, и теперь ты – это ты. Ты посмотрела на мою заклеенную пластырями шею и все поняла. Закрыла глаза, по щекам покатились слезы.
Я взял тебя за руку. Ты открыла глаза и посмотрела в стену перед собой.
– Я хочу пойти в «Лотос», – тихо сказала ты.
Я сильно сжал твою руку, как будто кто-то пытался тебя у меня забрать. Я не стал тебя отговаривать. У нас не получалось жить так. Мы просто убивали друг друга.
На две недели мы отправились в Пансионат при «Лотосе» и назначили процедуру сразу после этого срока.
Пансионат – место для прощания. Почти курортный отель с просторной территорией и разными зонами отдыха, где под круглосуточным наблюдением двое людей – заболевший и мишень СОЧ – проводят последние дни вместе.
Мы собрали вещи и поехали. Было странное чувство, что все это: последняя совместная ночь дома, сборы чемоданов, последний завтрак на кухне – нам уже никогда не повторить. Я всем телом ощущал пустоту.
О чем чаще всего жалеют близкие люди, которые вскоре вынуждены разлучиться на всю жизнь? О том, что не успели везде, где хотели, побывать вместе.
Пансионат «Лотоса» сумел в какой-то степени решить эту проблему, используя декорации и очки дополненной реальности. Залы для путешествий здесь огромные, и там можно найти все что угодно: сафари, водопады, джунгли, пляжи, замки, соборы, ледники, пирамиды… Это смотрится невероятно красиво даже без очков, но очки наделяют эти места невероятной реалистичностью.
Мы давно составили список мест, где хотим побывать и что увидеть:
Устроить пикник с видом на Эйфелеву башню
Отправиться в Рим
Заглянуть в жерло вулкана
Увидеть северное сияние
Посмотреть на выпрыгивающих из воды китов
И вот в Пансионате это стало реальным.
Первым делом мы «отправились» в Париж.
Ты надела платье с рукавами-воланчиками и плетеную панаму. Мы видели друг друга так, будто были без очков, программа просто стерла их.
Мы гуляли по парижским улицам, и больше всего тебя впечатлили фонари.
Толпы туристов, рестораны на каждом шагу, музыка, звон столовых приборов – наверное, все было как в реальности. Мы даже чувствовали запахи: выпечки и парфюма.
– Если бы она была настоящей, – грустно сказала ты, когда мы проходили мимо кондитерской, – я бы купила там макаруны.
Да, было грустно от того, что все вокруг нас – иллюзия. А в настоящее путешествие мы уже никогда не отправимся вдвоем. Эта мысль выжигала в груди дыру.
Затем мы сидели на клетчатом пледе на Марсовом поле, пили вино, ели сыр и круассаны и любовались видом на Эйфелеву башню. Было хорошо – настолько хорошо, насколько возможно в нашей ситуации. Мы не бежали от будущего и спокойно разговаривали о том, что нас ждет. Из-за действия вина на нас накатило умиротворение, и мы обсуждали все даже без тяжести на сердце.
– Давай подумаем, как мне помогать тебе финансово? – спросил я. – Меня повысили, и теперь я получаю достаточно, могу содержать нас обоих. Нужна легенда, чтобы как-то оправдать приходящие тебе средства, когда ты меня забудешь. Может, наследство? Или выигрыш в лотерее?
Ты грустно улыбнулась. Сделала глоток вина.
– Что? – нахмурился я. – У меня больше нет идей. Говорю, давай подумаем вместе.
Ты разгладила складки на пледе и замотала головой:
– Нет. Я этого не хочу.
– Но почему?
– Мне нужно самостоятельно встать на ноги, Марк.
– Ты уверена?
– Да. Не хочу получать от тебя деньги.
– А если у тебя возникнут трудности?
Ты пожала плечами:
– Трудности закаляют.
– Но что, если будет совсем плохо?
– Погрязну в кредитах и буду бегать от коллекторов? – усмехнулась ты.
Я смутился:
– Что-то вроде этого.
– Все равно не помогай мне. Единственный случай, где я разрешаю себе помочь, это проблемы со здоровьем. Во все остальное не вмешивайся.
Ты видела, что я сомневаюсь.
– Прошу, Марк. Это мое желание. Не вмешивайся. Иначе я не смогу начать новую жизнь и быть в ней счастливой. Я должна сама построить свое счастье.
Эта идея мне не понравилась, но спорить я не стал. Просто решил, что все равно сделаю это. Я не мог оставить тебя без средств.
После Парижа мы отправились на остров Стромболи с действующим вулканом. Этот крохотный тихий остров показался нам другой планетой.
Его самая высокая точка – в центре. Именно там находился вулкан. Пляжи необычные, с черным песком. Все, что нужно, с материка на этот остров доставляют на пароме. На нем даже не ездят машины, только трехколесные мотоциклы с кузовом.
Уже вечером остров засыпает. Но абсолютной тишины на нем не бывает. Ведь в самом его сердце дремлет вулкан, и от него всегда исходит низкий гул.
Мы поднялись на вулкан – в залах для путешествий Пансионата есть специальные траволаторы, имитирующие подъемы в гору. Поднимались долго – и на вершине исполнили еще одну мечту, увидели сердце вулкана: яркое красное пятно на дне кратера, из которого шел дым. Мы просидели на вершине до самой темноты, и к ночи жерло стало еще ярче. Сидя на черном вулканическом песке, мы вдыхали запах сероводорода, завороженно смотрели в кратер, слушали гул, раздающийся из глубины, пили воду и ели бутерброды. Мир вокруг нас сжимался. В тот момент как никогда остро мы, усталые, но умиротворенные, ощущали себя его частью.
– Интересно, на настоящем вулкане так же пахнет? – спросила ты, сморщившись.
– Думаю, да, и даже хуже, – хмыкнул я. – Технологи «Лотоса» решили пощадить твой