Какой же дурак откажется от подобного предложения? Колька не отказался. А когда Борька попросил Кольку принести ему завтра в школу спичечный коробок с прусаками (знаете, таких рыжих, усатых, про которых поется в песенке: «…за печкою сидят и, распевая песенки, усами шевелят»?), он с радостью согласился. Для него намного труднее было разыскать двести рублей, чем пару десятков тараканов. Зачем только они Борьке понадобились — вот вопрос!
9
Марина сидела на уроке ОБЖ словно замороженная. Она вспоминала вчерашний вечер, разговор с папой, и ей было не до объяснений Андрея Ивановича. Папа пришел к ней в кафе в самом конце работы.
— Марина, нам нужно поговорить, — сказал он, присаживаясь за столик.
Она молча опустилась на стул — ноги подкосились.
Сердце подсказывало ей, что сейчас случится что-то ужасное. Также потерянно она чувствовала себя тогда, когда папа уходил из дома. Марина покусывала губы, Ожидая, что он сейчас произнесет что-нибудь вроде: «Мы решили пожениться с жениться с Людмилой Сергеевной» или «У тебя скоро родится братик». А что? У Туськиного папы родился же.
Но отец, помолчав, сказал:
— Я, видишь ли, скоро уезжаю.
— Как — уезжаешь? — непонимающе переспросила Марина.
— Очень просто. Как все. Соберу вещи, скажу последнее «прости», сяду в самолет, и в путь, к новой жизни… — Отец вздохнул, взял Марину за руку и ласково посмотрел на нее. — Мне предложили прочитать годичный курс лекций в Калифорнийском университете. Я подумал и согласился.
— А как же я? — глупо спросила Марина и часто-часто заморгала.
— Ты? Ты — моя единственная дочь. Я тебя люблю и всегда буду любить, — твердо ответил отец, крепко сжимая ее похолодевшие ладони. — Не нужно плакать, я же не бросаю тебя, я всего лишь уезжаю на год, а там… кто знает. Голос отца дрогнул, взгляд затуманился. — Возможно, ты приедешь ко мне летом погостить и, возможно…
Он хотел сказать: «Захочешь остаться со мной».
Марина испугалась, угадав невысказанную мысль отца. «Значит, он не думает возвращаться, — промелькнуло в голове, — а что же Кошка? Она едет с ним?»
— А Людмила Сергеевна? — спросила Марина, глотая слезы. — Она летит с тобой?
— Нет. Людмила Сергеевна остается здесь. Мы ведь уже давно не вместе, Мариночка.
— Как — не вместе?
Марина буквально терялась среди обилия новостей.
— Так. Обсудили и решили, что мы не подходим друг другу. — Отец отвел взгляд, потом снова взглянул на Марину. — Я еду один. Очень скоро, через неделю. — Словно прочитав немой вопрос в ее глазах, он ответил: — Мама знает. Я вчера с ней разговаривал. Она сказала, что будет лучше, если я сам сообщу тебе эту новость. Она права?
— Да, — согласилась Марина, и, как ни странно, на душе у нее стало легко.
Папа ходил в последнее время какой-то потерянный, а сейчас в нем появилась былая твердость и знакомый блеск в глазах. Он словно ожил после долгой спячки. Это не могло не порадовать Марину. А расставание? Конечно, это больно знать, что папа далеко, но ведь она не одна остается, у нее есть семья — большая и дружная. А у папы, получается, никого и ничего, кроме его работы.
— А-А-А-А!!! — раздался истошный вопль Светы Калининой, заставивший Марину вздрогнуть и вспомнить, что она на уроке.
Так орут только тогда, когда теряют разум! у Марины мурашки побежали по спине. Все! Калинина свихнулась, бегая по спортзалу со своим длинноногим баскетболистом!
— А-А-А-А! — снова заорала Света, отбросила от себя сумку и вскочила на стул.
Марина с Юлей переглянулись. Вот это да!
— Калинина, что с тобой? — испугался Андрей Иванович, пулей подлетая к ней.
Света была белее полотна.
Все заволновались, повскакивали с мест, закричали: «Что? Что?»
— Там!.. — Ее дрожащая рука показывала на сумку. — Там…
— Что там?
— Там… — вместо вразумительного ответа Света истерично разрыдалась.
Андрей Иванович повел себя, как и подобает настоящему мужчине, оказавшемуся в экстремальной ситуации. Он осторожно снял Свету со стула, поднял сумку и заглянул в нее. Из коробочки духов «Джой» в разные стороны разбегались рыжие тараканы.
— Фу, дрянь какая! — взвизгнула Туся Крылова и тут же взлетела на стул, последовав примеру Светы.
— Ой! — закричала Лиза, испуганно забиваясь, — угол парты.
— Ах! Ух! Сила! — раздавалось со всех сторон.
— Тихо! — приказал преподаватель.
Класс не подчинился — не до того было. Тогда Андрей Иванович перешел к решительным действиям. Он бросил коробку в сумку, захлопнул ее и вышел вместе с ней за дверь. Через минуту он вернулся. Перекрывая шум голосов, Андрей Иванович произнес:
— Вот, возьми! — Света замотала головой, как одержимая. — Там ничего нет. Я все проверил.
Калинина, пересилив себя, послушалась. Андрей Иванович обвел жестким взглядом сгрудившихся учеников.
— Всем сесть на свои места! — Мощная ладонь стукнула по первой подвернувшейся парте. Тусю как ветром сдуло со стула, на котором она до этого балансировала с присущим ей изяществом. — Продолжим наш урок. К доске пойдет Елкин. А с этими тараканьими бегами будем разбираться после уроков.
Классный час под руководством Кахобера Ивановича и в присутствии Андрея Ивановича не дал никаких результатов. Те, кто ничего не знал, молчали. А те, кто знал, молчали и подавно. Естественно, были выдвинуты предположения, что это дело рук Борьки. Марина не стерпела, первая на него напала, но он так бурно и натурально возмутился, что ей стало стыдно.
— Чуть что, Шустов! Нашли козла отпущения! Все преступления века готовы на меня повесить!
И правда, нельзя же так необоснованно обижать человека. Может это и не он, а Колька Ежов, например… Он ведь тоже хулиган еще тот, а сдерживающий фактор (как говорила Кошка) теперь отсутствовал. Вернее, он присутствовал, но молча и незримо.
Юля перестала упоминать имя Ежова, перестала его замечать. Правильная позиция, между прочим: кому мы больше не нужны, и вовсе нам не нужен! Так рассуждала Марина, сердце которой до поры до времени молчало.
10
В небе светила полная луна в окружении мерцающих точек. Они, то прятались в облаках, то «живя своей, никому не понятной жизнью. Марина шла медленным прогулочным шагом, вдыхая прохладный осенний воздух. Мимо нее проходили редкие прохожие, ей не было до них никакого дела, впрочем, как и им до нее. Девушку это вполне устраивало. Обычно люди остро ощущают свое одиночество лишь тогда, когда у них плохое настроение, а у Марины, напротив, настроение было хорошее, спокойное…
К концу подошла еще одна рабочая неделя в