– Мисс Янгер? – отрывисто спросил он. – Все еще?
– Да, все еще. – Флора выглядела так, будто хотела провалиться сквозь землю. – А вы, сэр? Вы все еще холостяк?
– Да, – ответил мистер Джанкер. – Я просто… Я не ожидал… Как давно вы в Лондоне?
– Недавно. – Флора в этот момент явно хотела быть где угодно, но только не в Лондоне.
Шеридан посмотрел на Ванессу, как будто искал объяснения этому странному диалогу. Но она не могла ничего объяснить. Флора ни разу не упоминала мистера Джанкера. К тому же Ванесса никогда не встречала подругу на его пьесах.
– Вы двое знакомы? – спросила Ванесса.
Флора лишь кивнула, а мистер Джанкер добавил:
– Мы познакомились в Бате много лет назад.
Леди Уитмарш встала, только теперь заметив нового гостя своей ложи.
– Разве вы сделали недостаточно моей дорогой Флоре, мистер Джанкер? – Она махнула рукой, будто хотела прогнать курицу. – А теперь поторопитесь. Следующий акт вот-вот начнется, вы же не хотите упустить свой шанс насладиться успехом.
Очевидно, леди Уитмарш тоже знала, что произошло «много лет назад». Теперь Ванесса сама страстно желала узнать подробности, но придется отложить расспросы до тех пор, пока она не останется с Флорой наедине.
Мистер Джанкер поклонился леди Уитмарш и хотел было уйти, но Шеридан окликнул его:
– Джанкер, задержитесь! Мне нужно поговорить с вами.
Ванесса напряглась. Что задумал Шеридан? Она не доверяла герцогу настолько, чтобы легко поверить, что он будет молчать об их плане заставить мистера Джанкера ревновать, поэтому последовала за ним в коридор как раз вовремя, чтобы услышать, как он говорит:
– Торн просил меня напомнить вам, что после спектакля вы приглашены в Торнклиф. – Шеридан увидел ее и добавил: – Вы тоже приглашены на ужин к Торну, мисс Прайд. Вы и ваша матушка.
Мистер Джанкер бросил взгляд через их плечи на открытую дверь в ложу, где Флора уже отвернулась и смотрела на сцену, а леди Уитмарш все еще стояла, сурово глядя на него.
– Передайте вашему брату, что я непременно буду у него. Но могу немного опоздать.
– Так же, как и мы, – ответил Шеридан, кладя руку Ванессы себе на локоть восхитительно собственническим жестом.
Мистер Джанкер выглядел слишком растерянным, чтобы это заметить. Голоса со сцены возвещали начало третьего акта, но даже это не могло отвлечь его от разглядывания затылка Флоры.
Затем он встряхнулся, словно освобождаясь от шелковистой паутины.
– Значит, увидимся позже, – сказал он и направился обратно к своей ложе, погрузившись в глубокую задумчивость.
– Что все это значит? – спросил Шеридан.
– Понятия не имею, – ответила Ванесса.
Герцог впился в нее взглядом.
– Почему же нет? Несомненно, она часто слышала ваши разговоры о мистере Джанкере и могла комментировать их. Бог свидетель, уж в моем присутствии вы говорите о нем достаточно часто.
– Она никогда не давала мне понять, что знает его. – Сама Ванесса уж точно не заводила разговоров о нем, учитывая, что она была к нему совершенно равнодушна.
– Разве вас не беспокоит, что Флора может оказаться вашей соперницей за его любовь? – настаивал Шеридан.
Ванесса была настолько выбита из колеи, что едва не выпалила: «За чью любовь?» – но вовремя опомнилась.
– Сомневаюсь, что Флора захочет быть моей соперницей. Ясно же, что он сделал нечто непростительное по отношению к ней.
Шеридан повел ее назад в сторону дядиной ложи.
– Это должно сказать вам все, что нужно знать о его характере.
К сожалению, так и было. И теперь она вынуждена снова защищать мистера Джанкера.
– Они сказали, это было много лет назад. Несомненно, он уже повзрослел. При виде нее он выглядел раздавленным чувством вины.
Шеридан незаметно взглянул на нее.
– Что бы я ни говорил, вы всегда защищаете этого человека.
– А что бы ни говорила я, вы всегда нападаете на него. Возможно, вас беспокоит, что он станет вашим соперником за любовь Флоры. Или мою. – Последние слова она произнесла слегка небрежно, надеясь, что они пробьются сквозь его безразличие.
– Это абсурд. Меня ничуть не интересует завоевание чьих-либо чувств. – Но его внезапно окаменевшая рука говорила совсем о другом.
Как интересно!
– Но вы приедете в Торнклиф сегодня вечером, не так ли? – продолжал он. – Вы и ваша матушка?
Она позволила ему сменить тему.
– Вы же на самом деле не собирались приглашать нас. Вы просто почувствовали себя неловко, когда я услышала, как вы пригласили мистера Джанкера.
– Ни в малейшей степени. Торн вполне ясно дал понять, что я должен пригласить вас обеих. Кроме того, с моей стороны было бы неучтиво не пригласить женщину, за которой я якобы ухаживаю. – Он наклонился ближе. – И это даст вам возможность заставить Джанкера ревновать.
Их с Шериданом сделка – если она может это так назвать – все еще не имела смысла. Какое ему дело до того, сможет ли она заинтересовать Джанкера? До сих пор герцог едва удостаивал ее одним танцем, так зачем же придумывать фальшивые отношения? Они ведь будут вынуждены проводить время вместе. Ванесса никак не могла поверить в его утверждение, что он делает это только для того, чтобы доказать свою правоту относительно характера мистера Джанкера. И все же Ванесса не представляла никакой другой причины, разве что он действительно хотел ухаживать за ней, возможно, ради приданого, если сплетни верны. Но, если так, то почему просто не объявить об этом? Откуда ему знать, может, Грей уже рассказал ей о том, что Шеридан вынужден жениться ради денег.
И все же Шеридан был человеком гордым и неразговорчивым.
– Мне бы, конечно, очень хотелось присутствовать на этом званом вечере, – сказала Ванесса, – хотя бы ради возможности увидеть особняк Торнстока. Я слышала, Торнклиф великолепен. – Она бросила взгляд в коридор на открытую дверь в ложу дяди Ноя. – Но мы с мамой не можем поехать без дяди Ноя.
– Привозите сэра Ноя с собой. Право же, все будет по-простому, всего несколько близких друзей и семья. Наверняка будут танцы, и вы сможете попробовать уговорить Джанкера потанцевать с вами.
Она пристально посмотрела на него.
– Я удивлена, что Торнсток готов впустить кого-то из нашей семьи в свой дом. Мама нельзя сказать что… желанная гостья в любом из домов Грея, а Торнсток не только наверняка знает об этом, но и точно понимает почему. Так же, как и ваша матушка.
Шеридан посерьезнел.
– Честно говоря, мы все знаем, что леди Юстас – персона нон грата для Грея, однако он никогда не объяснял причину своей неприязни к ней. Может быть, вы знаете?
Черт возьми! Да, она знала. Но если уж Грей не раскрыл секрет, то