Он неловко переминается с ноги на ногу.
— Ты слышала, почему. Я должен ему денег.
— Деньги? У тебя есть деньги! Ты учишься в Айви-Ривер, черт возьми!
— Не такие деньги. — Он снова неловко переминается с ноги на ногу, и его взгляд на мгновение скользит по охранникам Дойла, прежде чем вернуться к моему лицу. — Учитывая проценты, сумма просто... продолжала расти. И если я не верну долг в ближайшее время, он назначит награду за мою голову.
— Ты...
— Не у всех такое безграничное богатство, как у тебя, — внезапно огрызается он, перебивая меня. В его глазах вспыхивает гнев.
Я открываю рот, чтобы огрызнуться в ответ, но охранник чуть сильнее прижимает пистолет к моему виску. Сдерживая гнев, я делаю глубокий вдох и напоминаю себе о плане. Я должна потянуть время. Поэтому мне придется заставить его говорить.
— Как долго? — Вместо этого спрашиваю я.
Лайонел просто отводит взгляд.
— Лайонел, — говорю я, и в моем голосе снова звучат нотки страха. — Ты многим мне обязан. Как долго ты это планировал?
Он прочищает горло и переводит взгляд обратно на меня.
— С того самого дня, когда я встретил тебя на той вечеринке, где ты залезла через окно и упала на меня. Когда ты сказала мне, кто ты такая, я... я понял, что ты — решение всех моих проблем.
— Значит, когда мы встретились в кофейне..?
— Это не было совпадением.
— Но ведь прошло два месяца!
— Да. — Теперь на его лице мелькает раздражение. — Я не ожидал, что это займет так много времени. Я думал, что смогу остаться с тобой наедине гораздо раньше, но потом появился... Джейс. — Он скрежещет зубами. — Ты знаешь, сколько раз мне почти удалось остаться с тобой наедине? В кампусе, на всех этих вечеринках, в кофейне, на парковке, когда мы готовились к нашему аукциону. Черт, я даже отвел нас к этому дурацкому лже-экстрасенсу и заплатил ему, чтобы он нацелился на тебя, чтобы ты убежала вся расстроенная и я смог тебя утешить.
Меня охватывает неподдельный шок. Он все это подстроил? Он все это подстроил.
— Но Джейс... — Рычание вырывается из его легких, и он качает головой. — Джейс, блять, всегда был рядом. Так что... — Теперь в его голосе слышится нотка самодовольства. — Мне пришлось добиться его увольнения.
Меня пронзает осознание.
— Ты сообщил моему отцу. Вот почему он пришел ко мне домой в тот день.
— Да. А потом у тебя, наконец, появился телохранитель, который не был таким навязчивым, как Джейс, и я, наконец, смог связаться с людьми, которых нанял, и попросить их схватить тебя сегодня по дороге домой.
— Ты...
Дверь распахивается. Я бросаю взгляд в ту сторону и вижу, как Грегор Дойл входит в комнату.
— Твой отец был очень сговорчив и выполнил все мои требования, — объявляет он, и на его губах появляется довольная улыбка, когда он смотрит на меня. Затем он переводит взгляд на Лайонела. — Твой долг уплачен.
Лайонел с облегчением выдыхает.
Дойл останавливается передо мной. Его лицо превращается в бесстрастную маску, когда он небрежно машет рукой.
— А теперь давайте закругляться.
Страх заполняет мою грудь, как холодный яд.
У меня нет времени.
Глава 44
Джейс
Маячок в часах Кайлы привел меня к заброшенному складу на окраине города. Поскольку этот район выглядел крайне безлюдно, мне пришлось оставить машину неподалеку и пройти последний отрезок пути пешком.
Прижавшись к огромному металлическому контейнеру, я оглядываюсь по сторонам и смотрю на здание, откуда исходит сигнал Кайлы.
У входа припаркованы три машины. Одна из них — синий фургон, который, как я предполагаю, они использовали для похищения Кайлы. Две другие — дорогая Audi с тонированными стеклами и неброский черный седан.
Двое мужчин, похожих на обычных головорезов, стоят рядом с фургоном. А двое мужчин, похожих на профессиональных охранников, стоят по бокам входной двери здания.
Я прищуриваюсь. Если ты можешь позволить себе такую Audi и наемных охранников, то нет нужды использовать обычных головорезов для похищения. А это значит, что в этом деле замешаны две разные стороны. Это может усложнить ситуацию.
Я внимательно изучаю четверых людей снаружи. Головорезы, похоже, не вооружены. Но у двух других мужчин под пиджаками явно что-то есть.
Отойдя от контейнера, я обхожу его и подхожу к зданию сзади.
Поскольку я понятия не имею, что происходит внутри, я не могу просто так ворваться с оружием наперевес. Слишком велик риск, что Кайла попадет под перекрестный огонь, если это перерастет в перестрелку. Я должен действовать незаметно.
Красные и фиолетовые полосы окрашивают небо на западе, когда солнце начинает медленно опускаться за горизонт. Я бегу вдоль здания, держась в тени. Пульс гулко стучит у меня в ушах. Каждая секунда, которую я провожу здесь, — это еще одна секунда, когда Кайла находится во власти своих похитителей. Мне нужно покончить с этим быстро.
Подойдя к краю здания, я выглядываю из-за угла, чтобы проверить, не свалили ли куда-нибудь четверо мужчин снаружи. Они не ушли. Двое парней у фургона все еще стоят там, тихо разговаривая друг с другом, в то время как двое профессионалов стоят по обе стороны от входной двери.
Я отступаю.
Бросив быстрый взгляд назад, я замечаю ряд ящиков, сложенных у металлической стены здания. Я отступаю к ним, одновременно сжимая биту в руке. Зайдя за ящики, я протягиваю руку к металлической стене и начинаю постукивать по ней пальцами.
Поначалу ничего не происходит.
Затем с другой стороны здания раздается голос.
— Ты это слышишь?
Я продолжаю барабанить по стене.
— Да, — отвечает другой мужчина. — Иди проверь.
Продолжая постукивать пальцами, я остаюсь за ящиками.
Из-за угла доносятся шаги. Они останавливаются. Затем продолжают двигаться вперед. Ко мне.
Я крепко сжимаю биту, держа ее двумя руками, и жду, когда он подойдет ближе.
Затем делаю один быстрый шаг вперед.
И бью битой его по голове.
На его лице мелькает шок.
Но уже слишком поздно.
Его рука отпускает пистолет, который он только что схватил. Кровь стекает по виску в том месте, где у него проломлен череп. Он падает назад, с глухим стуком ударяясь о землю. Его тело дергается один раз. Затем он обмякает, безжизненным взглядом уставившись в небо. Даже после смерти на его лице остается ошеломленное выражение.
— Нашел что-нибудь? — Кричит другой парень из-за угла.
Мертвец остается лежать на земле, не отвечая на его вопрос. Я обхожу тело, снова приближаясь к углу. Кровь стекает по бите и капает на землю.
Осталось только дождаться