Всё закончилось так же быстро, как и началось. Мадам рухнула на Бена. Шири почувствовала, как жизненная сила Мадам ускользает от неё, словно пыль на ветру. Она оставила часть призрачной энергии — пусть ею займётся кто-то другой. Шири пропустила через себя столько энергии Мадам, что этого хватило бы на всю жизнь.
Шири вздрогнула. Она не испытывала сожаления по поводу содеянного. Напротив, почувствовала облегчение. Но это отняло у неё невероятно много сил. После пыток Мадам и психологического давления, оказанного на неё «Гневом», Шири не знала, сколько ещё сможет продержаться в сознании.
Она опустилась на колени, желая быть ближе к теплу Бена. Осторожно потрясла его.
— Бен.
Её голос было трудно разобрать даже ей самой.
Она попыталась ещё раз:
— Бен. Проснись, пожалуйста.
На мгновение ей показалось, что он не откроет глаза. Может, она опоздала. Может, слишком долго тянула — и он навсегда останется во власти безумия Мадам, даже после её смерти.
Наконец, когда она уже собиралась просто закрыть глаза и позволить судьбе вести её куда вздумается, его веки дрогнули и открылись.
Он безучастно смотрел в потолок. Он был здесь… и в то же время — нет, если судить по невидящему взгляду. Собрав последние силы, она протянула руку и погладила его по щеке.
Он повернул голову и несколько раз быстро моргнул, глядя на неё. Она хотела улыбнуться, но у неё не хватило сил.
— Семь? — его голос звучал хрипло; он откашлялся.
Она бы не стала его поправлять, даже если бы могла говорить. Он мог называть её как угодно.
Он снова повернул голову, и по его лицу отразилось осознание того, что Мадам мертва. Он оттолкнул её тело от себя — того, чего Шири самой сделать не удалось.
Это потребовало бы слишком большой координации.
— Это ты сделала?
Шири не была уверена, что смогла кивнуть, но, должно быть, ей это удалось. Он схватился за голову.
— Ты спасла меня. Я пришёл сюда, чтобы спасти тебя, а вместо этого ты спасла меня.
Это было спорно. Она была без сознания, и он спас её от похитителей. То, что ему вообще удалось сюда попасть, казалось чудом. В любом случае ей было всё равно, кто кого спас. Она просто хотела спать.
— Мы должны убираться отсюда.
Бен, пошатываясь, поднялся на ноги. На его лбу выступил пот, и Шири недоумевала, как ему вообще удалось встать. Большинству людей требуются месяцы, чтобы оправиться от нападения Мадам. То, что увидел Бен, лишило бы её возможности думать, не говоря уже о том, чтобы двигаться. И всё же он справился.
Её любовь к нему вспыхнула с новой силой. Даже если он не чувствовал того же, она знала: смогла бы прожить так всю оставшуюся жизнь, если потребуется.
И это никак не изменить. Главное — чтобы Бен жил.
— Уходи.
Это было чудо, что у неё получилось произнести хотя бы это слово. Ничто другое не имело значения. Он будет в безопасности. Мадам наконец-то ушла. Теперь она может поспать.
***
Шири открыла глаза и тут же закрыла их снова. Почему комната двигалась? Она понятия не имела, где находится, но знала одно: она не должна была так раскачиваться. Может, она ударилась головой?
— Шири, ты меня слышишь?
Она узнала голос, но это был не тот голос, который она хотела услышать.
Она приоткрыла один глаз, чтобы внимательнее оглядеть мир.
— Роман?
— Хорошо, что ты меня помнишь, — в его улыбке сквозило облегчение.
Слова показались ей бессмысленными, и она открыла второй глаз. Если ей предстояло разобраться в том, чего она не понимала, лучше было делать это с открытыми глазами.
— Почему я должна тебя забыть? Где я?
— По одному вопросу за раз.
Он встал, подошёл к столу и налил ей воды из кувшина. Вернувшись, протянул ей чашку.
Она сделала глоток. Прохладная вода утолила жажду, о которой она даже не подозревала.
Роман присел на край кровати и со вздохом сказал:
— Отвечая на твой первый вопрос: я боялся, что у тебя совсем помутился рассудок. Последнюю неделю ты была в беспамятстве. Я очень старался вернуть тебя к жизни. Впервые в жизни я испугался, что моих целительских сил окажется недостаточно. Я думал, ты погибнешь.
— Что со мной случилось? — Шири попыталась сесть.
Комната закружилась, и она остановилась. Роман схватил её за руку. Его поддержка была приятной, но он был не тем человеком, от которого она ожидала утешения.
— Ты убила Мадам. Я не совсем понимаю, как ты это сделала, но ты это сделала.
Слова Романа вернули ей всю сцену. Как в кино на быстрой перемотке, воспоминания — с того момента, как Бен забрал её из Убежища, — пронеслись перед глазами. Да, многое произошло. Возможно, ей стоило снова заснуть.
— Где Бен?
— Понятия не имею. Он где-то поблизости. Не так уж много мест, где он мог бы быть.
Шири прикусила губу.
— Что это значит?
— Мы на корабле, возвращающемся на остров Гая.
«Я была без сознания… и поэтому не помню, как села на корабль?»
— Как долго я была без сознания?
Она подумала, что он, возможно, уже говорил ей об этом, но не могла вспомнить. Очевидно, её мозг всё ещё был не в порядке.
— Ты официально проспала половину этой адской поездки.
Корабль резко дёрнуло влево, и Роман застонал.
— И так всё это время. Мы плывём в плохую погоду.
— Кто с нами?
Шири попыталась осмыслить всю полученную информацию. Ей необходимо было наверстать упущенное как можно быстрее. Мысль о том, что она останется в стороне от всего происходящего, не вызывала тёплых чувств. Напротив — ей стало немного не по себе.
— Кроме нас с тобой, это девочки, Бен, Джин и Аддисон, — Роман ухмыльнулся. — Моей невестке эта поездка нравится меньше, чем мне. Очевидно, беременность делает всё это ещё менее приятным.
— Даже представить страшно, — она покачала головой.
Они собирались отвезти Джина на остров? Чья это была идея?
Больше всего на свете ей нужно было поговорить с Беном.
Шири спустила ноги с кровати.
— Пойду посмотрю, не смогу ли я помочь.
Гай обучил их основам парусного спорта. Он чувствовал, что, учитывая их изолированное положение, они должны знать, как в случае необходимости покинуть остров. Отсюда