Сначала я лишь замерла – застыла, как бабочка на ветру, не зная, бежать или раскрыться. Но потом… потом расслабилась. Страх отступил, уступив место чему‑то новому – теплому, пульсирующему, почти болезненно прекрасному.
Я отвечала на поцелуй неумело, пьянея от каждого прикосновения – от того, как его пальцы слегка сжимают мои волосы, как ладонь на талии чуть сдвигается, будто он боится, что я исчезну.
С тихим вздохом приоткрыла губы, позволяя поцелую стать глубже. Хэл тут же откликнулся, усиливая напор. Его дыхание смешалось с моим, а пальцы на затылке скользнули ниже, к шее, оставляя дорожку мурашек.
Не в силах сдержаться, я неуверенно провела ладонью по сильной груди. Мне жизненно необходимо было почувствовать его тепло, убедиться, что он здесь, рядом, что это не мираж.
Хэл судорожно вздохнул и прижал меня к себе еще крепче.
Когда он наконец отстранился, я все еще чувствовала его губы на своих и терпкий вкус черноплодный рябины, который навсегда останется в моих воспоминаниях об этом моменте.
Глава 10. Привет из прошлого
– Даже не мечтай, извиняться не буду, – хрипло произнес Хэл и ласково провел пальцами по моим пылающим щекам и слегка припухшим губам.
И каждое прикосновение будто оставляло на коже огненный след. Мне так хотелось потянуться к нему, продлить это сладкое мгновение, но… нельзя.
– Нисколько в этом не сомневалась, – ответила я, нехотя отступая.
Сразу стало холодно, одиноко и пусто. Так хотелось вернуться в его крепкие и надежные объятия. Вернуться и обо всем забыть. Что он дракон, а я человек. И между нами лежат семьдесят лет предрассудков.
– Элли…
– Уже поздно, Хэл, – поспешно произнесла я, покачав головой. – Я хочу вернуться к себе. Спасибо за незабываемый день, за праздник и… подарок.
– Кулон твой, Элли. Возьми его.
– Знаю…
Одно быстрое движение – и я забрала коробку, которую Хэл успел положить на край стола до того, как поцеловал меня. Прижала ее к груди и неловко улыбнулась:
– Провожать меня не надо. Сама найду дорогу. С Новым годом… Хэл…
В который раз в голову пришла мысль, что я не знаю его полное имя, что он все еще не до конца мне доверяет. И эта мысль болезненно кольнула.
– С Новым годом, Элли.
Я медленно попятилась к двери. От его взгляда сердце разрывалось на части, а в груди разливалась такая тоска, что дышать становилось все труднее.
Резкий разворот, и я вышла из комнаты, быстро зашагала по длинному коридору, а потом и вовсе перешла на бег.
Я бежала, словно за мной гнались монстры из сказок – те самые, что прячутся под кроватью и шепчут в темноте. Ноги сами несли меня прочь: мимо мигающих светильников, ваз с зимними цветами и окон, за которыми мерцали холодные звезды.
Воздух попадал в легкие рваными вдохами, а в голове стучало одно: «Не оглядывайся. Не думай. Просто беги».
Очнулась, лишь когда оказалась в своих покоях.
Захлопнув дверь, прижалась к ней спиной и медленно сползла на пол. Сердце колотилось так, будто готово было пробить ребра. Дрожащими пальцами коснулась горящих губ – они так хорошо помнили вкус его поцелуя.
Закрыв глаза, зажмурилась, пытаясь заглушить вихрь мыслей.
Как же так получилось? Как я влюбилась в него? Как и когда это произошло?
Перед глазами мелькали события прошедшей недели. Наша работа в кабинете, склонившиеся над чертежами головы, почти касающиеся друг друга. Шуточки и подколы, насмешливые взгляды украдкой. Забота, которая шла от самого сердца. Понимание с полуслова, с полувзгляда. Молчание, которое не тяготило.
Это не должно было случиться. Я безродная сирота из приюта. Он дракон, наследник древнего рода. Между нами пропасть. Но почему тогда мое сердце бьется так, будто принадлежит ему?
В тишине комнаты звук собственного дыхания казался оглушительным. Я подтянула колени к груди, обняла себя, словно пытаясь удержать то, что рвалось наружу: радость, сомнение и надежду на то, что все будет хорошо, что у нас есть шанс быть вместе.
Этой ночью я долго не могла уснуть. Искупавшись, переоделась в сорочку и тенью бродила по покоям, не зная, чем себя занять. То сидела в гостиной у камина, смотря на яркие языки пламени. То стояла у окна, всматриваясь в темноту ночи, что освещалась лишь светом далеких звезд. То лежала в кровати без сна. И вспоминала… вспоминала… вспоминала…
Под утро сон все-таки сморил меня, укрывая своим теплым покрывалом.
Проснулась я ближе к обеду. Рывком села в постели, слеповато щурясь и пытаясь найти часы. Половина двенадцатого.
– Кошмар!
На то, чтобы привести себя в порядок и выйти в коридор, мне понадобилось минут десять, может пятнадцать.
Хэла в кабинете не было.
И в голубой гостиной тоже.
Я застыла у большой елки, которая уже не казалась такой пышной, яркой и праздничной. Просто дерево, безжалостно срубленное по моей прихоти. Как, оказывается, легко может измениться мир, если настроение не радует.
– Хозяина нет.
Не надо было оборачиваться, чтобы понять, что сейчас за моей спиной стояла грозная Ипполита. Сглотнув, я прошла вперед прямо к елке.
– Письмо срочное получил и умчался. Наверное, от родителей… или, может, еще что случилось.
Остановившись у елки, коснулась золотистого шарика, провела по алой ленте, но так и не повернулась.
– Ты же умная девушка, Элли… Элинор. Сама понимаешь, насколько вы разные… он же мужчина, а что с них взять?.. Поиграют, набалуются и уйдут… А ты с разбитым сердцем останешься…
После алой ленты мое внимание переключилось на золотистые бусы и конфеты в блестящих обертках.
– Отступи… пока бед не натворила… Уйди сама, пока еще можно.
Я все-таки обернулась и спокойно встретила ее взгляд.
– Знаю, – тихо, но твердо ответила ей. – Вы даже не представляете, насколько мы с ним разные… Я уйду… как только это будет возможным. И больше не появлюсь в его жизни. Даже через семь десятилетий… Распорядитесь принести завтрак мне в покои. Я буду ждать вашего хозяина там.
И с гордо поднятой головой я прошла мимо нее.
Ждать пришлось несколько часов. Хэл вернулся ближе к трем пополудни. О чем мне сообщила Христиана.
– Хозяин просит вас спуститься, – произнесла она.
Когда я вошла в кабинет, дракон стоял у окна. Напряженная фигура, руки за спиной и взгляд, устремленный в зимний пейзаж.
Дверь за спиной закрылась с тихим щелчком, и наступила тишина. Хэл молчал, и я тоже. Молчала и не понимала, что происходит. Вчера же все