Замираю с самогоном в руках.
– Шурочка, открывай, милая. Я знаю, что ты дома. Машина на улице стоит, надо бы во двор загнать.
Василий смотрит на меня вопросительно.
– Сейчас выпровожу этого гада и продолжим.
Стук повторяется, и я решительно направляюсь к дверям, распахиваю их со всей скопившейся злостью, в аккурат по носу бывшему.
– Шурка, ты с ума сошла, решила меня всего искалечить?
– Чего надо?
– Я это, к тебе пришёл. Сразу от медички. Шипы мне все вытащили. Не переживай.
– А я и не переживаю.
– Прекрати придираться, Александра. Я простил тебе твою выходку в участке.
– Зря простил, иди к своей шалашовке.
– Саша, ты совершаешь ошибку. За мной вон все девки деревни бегают, а кому ты нужна такая.
– Какая?
– Ну посмотри на себя, как тебя разнесло на борщах и пирогах. Девушки не должны это есть, такая пища для мужиков.
- А ты мужик, значит?
- Саша, не нагнетай, ты же любишь меня. Я устал, пошли в дом.
- Да с чего ты взял, что я тебя люблю?
- Так машину же ты мне купила.
- Я её себе купила.
- На таких марках девочки не ездят.
- Не тебе решать, что девочкам есть и на чём им ездить. Пошёл вон, я сказала.
- Так ты мне назло всё это делаешь? Знала, что я о такой мечтаю, подразнить меня решила? Правду Верка говорит. У тебя только бабло на уме. Корова жирная. Одна всю жизнь будешь с таким стервозным характером.
Ярость закипает во мне с каждым его словом.
Я не понимаю, как это происходит, но бутыль с самогоном, которую я так и не поставила в холодильник, летит прямиком к Егорушке в лоб.
Наблюдаю всё это как в замедленной съёмке и понимаю, что произошло, только когда слышу истошный вопль Егора.
Стою как громом поражённая, видит бог, я не хотела.
Сам довёл, сорвалась, да и гормоны, наверное, скачут.
Я где-то читала, что женщина в овуляцию плохо себя контролирует.
А у меня точно именно она, не зря же меня так ведёт от вида голого торса соседа.
- Шурочка, а что здесь происходит?
- Ой, Василий, ничего серьёзного. Егор уже уходит.
Бывший поднимается на локтях и крутит глазами как Громозека, пытаясь навести резкость.
- Сашка, а это ещё кто?
- Не твоё дело, вали уже по холодку к своей Верке.
- Да ты, дура толстозадая, пока я на работе целыми днями, себе любовника завела?
Василий задвигает меня себе за спину.
- Прошу вас, гражданин, не оскорблять женщину, иначе…
- Да ты знаешь, кто я такой, просит он, я её посажу за покушение при исполнении.
- Шурочка, вы при исполнении?
- Эээ, это я при исполнении! Иди уже, мужик, своей дорогой, без тебя разберёмся. А ты, Шурка, готовься, не хочешь по-хорошему, сядешь на пятнадцать суток, а может и поболе, за покушение на участкового.
- Я дико извиняюсь, гражданин, на меня никто не покушался.
Я начинаю хохотать в голос, Егор так комично выглядит, пытаясь думать тем, что не привыкло к мыслительному процессу.
Вася же, кажется, всё давно понял и просто издевается над ним.
- Мужик, чё ты лезешь, тебя что тоже на пятнадцать суток закрыть, так я сейчас быстро найду за что.
Сосед достаёт из заднего кармана камуфляжных брюк удостоверение и показывает Егору.
- Как я понимаю, вы товарищ, Егор Петрович Курочкин?
- Да! А вы это… Как это?
- Решили воспользоваться служебным положением и шантажом, чтобы принудить женщину к сожительству?
- Никак нет. Мы это, пожениться собираемся.
- Он говорит правду, Александра?
- Врёт как дышит, пусть на Верке женится, с которой шлындается. А я пошла в баню, мыться, чао персики.
Глава 3.
Глава 3.
Вася.
Вот это женщина, огонь!
Я бы даже сказал пожар!
Просто бомба, нет, секс-бомба!
Интересно, что такого натворил бывший участковый, что она так его приложила.
Суть-то я понял, они довольно громко ругались на крыльце, парниша загулял.
А я когда увидел эту чудо-женщину, поверил в любовь с первого взгляда.
Даже не стал спрашивать, за что мне прилетела тарелка борща, был совершенно очарован её красотой.
Теперь-то я понимаю, что эта злосчастная тарелка предназначалась Курочкину, моему помощнику.
Когда я решил вернуться в родные края после ранения, которое получил в бою, и был комиссован в запас после службы по контракту, мне сразу предложили это место.
Правда, повышений по карьерной лестнице оно для меня не предполагало, так как я уже был по званию майором, да и должность ниже моей, но так хотелось вернуться в дом бабушки и деда, что я согласился.
И надо мне было в первый же день встретить Шурочку, мою детскую любовь.
Я пошёл к ней поздороваться, а заодно узнать, не отдаёт ли кто щенка.
И эта женщина сделала мне мой день, стою теперь у неё во дворе и лыблюсь как дурак, бабушка говорила, что она уехала в город учиться.
– Ну, товарищ Курочкин, что будем делать?
– В смысле?
– Во-первых, встаньте и приведите себя в порядок. А во-вторых, чтобы завтра на моём столе лежал рапорт о произошедшем, будем разбираться.
– Да что тут разбираться? Я сам справлюсь.
– Вы же только что хотели привлечь гражданку за покушение на вас.
– Немного погорячился. Я пойду?
– Идите, Курочкин.
– Вы что, тут останетесь?
– Я через забор живу. По соседству. Через калитку пройду.
– А у Шурке что делали?
– Борщ ел, а вы с какой целью интересуетесь?
– Ну она как бы моя баба.
– А вот в этом я не уверен, товарищ лейтенант, свободны.
И Курочкину ничего не остаётся делать, как удалиться.
Закрываю за ним калитку на засов и возвращаюсь в Шурин дом, беру свою футболку и уже собираюсь идти к себе, но решаю поступить по-другому.
Такую женщину надо брать, пока не появился ещё какой-нибудь претендент в женихи.
Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в баню к Александре.
Захожу в предбанник, разуваюсь и прохожу дальше.
Шура распаренная сидит в огромной деревянной ванне, вся в ароматной пене.
Бросаю футболку на скамью и начинаю стягивать с себя штаны.
— Что вы делаете? Василий, я вас