Девушка выехала на Мерритт-парквей. Это была дорога с красивыми видами, единственным неудобством являлось то, что она была слишком узкой. Очень хотелось поговорить с Ривом, чтобы тот ее поддержал. Но любимый был сейчас на работе, и не хотелось его беспокоить и отвлекать. Конечно, если она позвонит, парень ответит и не будет говорить, что Дженни не вовремя. Но это не очень правильно. Чтобы отвлечься, она включила радио.
Наконец Дженни доехала. Здание, где жили Фрэнк и Миранда, было очень симпатичным, с садиком и высокими деревьями. Она записалась в книге посетителей на столе администратора.
– Привет, Грейс, – сказала девушка секретарю.
– А, привет, – ответила та. – Ты же совсем недавно приезжала. Родители будут рады видеть тебя снова.
Дженни прошла внутрь, оказалась в общем зале и поприветствовала нескольких обитателей учреждения: дряхлых и побитых жизнью старичков, страдающих болезнью Альцгеймера. Для ее отца это было идеальное место проживания, но Миранде здесь, конечно, тяжело.
Девушка поднялась по лестнице, потому что местный лифт был ужасно медленным.
Все тут жили в отдельных номерах, двери которых чаще всего не запирали, так как персонал часто заходил. Майкла это очень удивило. Скажет ли он Кальвину Винесетту, что в этом доме не запирают двери, и заинтересует ли того информация подобного рода? Но с другой стороны, этот Кальвин не встречался с людьми, о которых пишет, а нанимал для этого шпионов. Тем не менее захочет ли он увидеть Фрэнка, если узнает, что сделать это очень просто?
Дженни постучала в дверь номера и вошла. Мужчина сидел в инвалидной коляске, а Миранда, склонившись, массировала ему ступни. Циркуляция крови у него была неважной из-за чего ноги приобрели неприятный фиолетовый цвет.
Этот человек-развалина был в прошлом чудесным отцом и героем ее детства. Дженни радовалась, что Фрэнк не осознавал, в каком состоянии находится. Она вспоминала, каким он был раньше. Как они ездили на пикники и играли в мяч на заднем дворе. Как он тренировал футбольные команды и как семья по вечерам смотрела телевизор, накрывшись мохнатым пледом.
Она остановила взгляд на его крупных ладонях, которыми он бросил так много мячей. Сейчас эти лежащие на коленях ладони дрожали.
Неожиданно для самой себя девушка начисто забыла, что эти руки подписывали чеки для ее похитительницы.
«Все в порядке, папа, – подумала она. – Ты сделал все что мог в той ситуации, в которой оказался. Сейчас это позади. Я люблю тебя. И верю, что ты меня любишь».
Потом подошла к ним и крепко обняла, физически ощущая свою любовь к этим людям. Девушка чувствовала уважение к их смелости. И начала плакать. Мать спросила:
– В чем дело, дорогая? Что случилось?
– Не плачь, – с трудом произнес отец.
Она поцеловала его в щеку.
– От счастья, – ответила та, хотя это не было правдой. Разве можно чувствовать себя счастливой, видя, в каком плачевном состоянии находится Фрэнк. – Вы даже не представляете, как я провела выходные. Я слетала в Шарлотт и была два дня с Ривом.
– С Ривом? – удивилась Миранда. – А что же Майкл?
– Он оказался подставой. О нем можно позабыть.
– Но он был очень мил, дорогая. Со мной и с отцом.
– Забудьте о нем и больше никогда не вспоминайте, – твердо сказала Дженни. – Я выхожу замуж за Рива.
– Неужели?!
– Посмотрите видео, – Дженни протянула телефон.
Миранда нахмурилась, глядя на первые кадры, где была очередь в аэропорту. Потом с удивлением ахнула.
– Боже! Как романтично! Потрясающе!
– Папа, посмотри. Тебе хорошо видно экран под таким углом? – спросила девушка.
Фрэнк протянул руку и взял мобильный.
Миранда и Дженни нагнулись, чтобы еще раз посмотреть. Глаза отца заблестели, как в старые добрые времена.
– Рив умеет целоваться, – с неуверенным смешком произнесла Миранда. – У вас будет помолвка, и вы на два года отложите свадьбу? Думаю, ты захочешь остаться жить в Новой Англии. Я уверена, Рив надеется, что его переведут или повысят и отправят в наши края.
– Ему нравится на Юге, – ответила Дженни. – И мне тоже понравилось. И еще одна новость – мы женимся восьмого июля.
– Через месяц после окончания колледжа. Нормально. Два года до свадьбы – это хорошо.
– Нет, восьмого июля этого года, – поправила ее девушка. – Через полтора месяца.
– Ты шутишь! – воскликнула мать. – Зачем прямо сейчас? Тебе всего лишь двадцать лет. Как к этому отнесутся родители в Нью-Джерси? Я точно знаю, что родителям Рива это не понравится. Они надеются, что он сделает хорошую карьеру, и ему сейчас не стоит жениться. Ты должна пересмотреть решение, Дженни.
Дверь открылась, и вошли два сотрудника.
– Добрый день, мистер и миссис Джонсон. А-а-а, к вам приехала красавица дочка. Дженни, мы и тебе принесем поесть! Сегодня отличное меню: курица в лимонном соусе, салат из тертой моркови с изюмом и брокколи, отличный ролл и шоколадный пудинг.
Они поставили поднос для Фрэнка на специальный столик на колесиках, а Дженни с матерью открыли откидные столики. Есть в номере было гораздо приятнее, чем в общем зале.
Когда сотрудники вышли, девушка сказала:
– Мам, ты знаешь, что я тебя люблю. Я умудрилась быть дочерью в двух семьях, но я не смогу устроить свадьбу в двух местах. Венчание состоится в церкви прихода семьи Спринг. Венчать нас будет отец Джон. Праздновать собираемся на заднем дворе их дома. Вы тоже будете присутствовать на свадьбе в роли родителей. У меня будет две матери и два отца. Донна зарезервирует целое крыло мотеля для гостей и специально оборудованную комнату для отца.
На щеке Миранды появились слезы.
Хотела ли она быть единственной матерью? Мечтала ли тайно, чтобы у Ханны была такая спокойная и счастливая жизнь и свадьба, на которой бы собрались ее друзья?
Дженни поняла, что не хочет ломать голову над этими вопросами. Можно любить нескольких людей и при этом не разрываться.
– Мам? Все в порядке? Не молчи.
– Когда слышишь о свадьбе, всегда на глаза выступают слезы, – ответила Миранда. – Рив – чудесный парень. Я буду рада такому зятю.
Но в действительности он будет зятем не ей, а Донне.
Заговорили о том, как они раньше жили в соседних домах, как отреагировала миссис Шилдс на известие о свадьбе, которая должна состояться через семь недель. Скорее всего, сроками та была не особенно довольна. Она хорошо реагировала на события, которые могла сама контролировать.
После ужина Фрэнк взял Миранду за руку. Их руки показались Дженни такими старыми: суставы распухли, выступали вены. Мужчина гладил пальцы