Брайан, в отличие от Джоди, не испытывал подобных трудностей. Ему откровенно нравилось. Брендан побывал у них один или два раза, потому что его мало интересовала исчезнувшая и внезапно появившаяся сестра. Стивен всегда вел себя корректно и сдержанно.
Джоди подумала, что все члены ее семьи придерживаются совершенно разных взглядов: «Хотелось бы, конечно, чтобы у нас было больше точек пересечения».
– Ты готова? – громко крикнула мама, нервно расхаживавшая по дому с самого раннего утра.
– Да!
Они направились в торговый центр для невест.
Джоди никогда раньше не была в подобном месте: ряд за рядом на вешалках висели свадебные платья самых разных расцветок, фасонов и стилей.
Джоди совсем недавно вернулась из мест, где людям не предоставляли большого выбора. Если на Гаити и были магазины, забитые вещами, она их не видела. Девушка привезла с собой два чемодана и ужасно стеснялась обилия собственных вещей.
Она медленно шла между этими рядами. Бирюзовый, неоново-желтый, розовый, зеленый… Отличные цвета для пляжных полотенец, но подходит ли эта гамма для невесты?
Дженни прислала очередное сообщение: они уже были на парковке.
В большие стеклянные двери вошли три женщины и двинулись вперед по мягкому, нежного цвета ковролину. Крупная женщина с обильным макияжем и в испачканном мукой свитере, должно быть, мать Рива. Но кем была сгорбленная, хрупкая женщина, висевшая на руке Дженни? Какая-то прабабушка, о которой Джоди не слышала?
Нет.
Когда-то это была статная и элегантная Миранда Джонсон.
Жизнь может изменить внешний вид.
А как она может изменить душу?
* * *
Луковые кольца во фритюре были отменными. Отец с сыном чувствовали себя хорошо. Так как рядом не было женщин, оба позволили себе вести себя во время еды за рамками приличия.
– Пап, – сказал Рив, – вместо беглого осмотра города можешь оказать мне услугу и съездить со мной в магазин?
– А что такое?
– Ничего особенного, всеми покупками потом займется Дженни. Но я должен кое-что купить сам. Помолвочные и обручальные кольца, которые благодаря тебе могу себе позволить. Я каждый день проезжаю мимо ювелирного магазина, но никогда не зайду один. Поможешь мне выбрать?
– Я в этом тоже не особенно разбираюсь. Не торопись, приедешь в Нью-Джерси и сходишь вместе с Дженни. Она выберет то, что ей понравится.
– Нет, это неромантично. Уверен, она хотела бы, чтобы я встал на одно колено и удивил ее.
– Ну хорошо, поехали. Если выберем не то, хоть не один ты будешь виноват.
Кэтлин не поверила ушам.
– Ты не хочешь проверить третью Ханну? Сдаешься? Почему? Это все равно что повернуть назад прямо перед вершиной.
– Ладно, – согласился Стивен.
Они сели на велосипеды.
Обнаружить женщину оказалось не так просто. Ребята никак не могли найти нужный номер дома. И наконец увидели на маленькой улочке дом, стоявший немного боком, словно он прятался ото всех.
Выглядело жилище ужасно. Крыльцо было покатым и без перил. На него нельзя было поставить стул, потому что тот съехал бы вниз. Но вот массу мусорных мешков поставить можно, и, по мнению хозяйки, даже нужно.
Стивен протиснулся сквозь них. Женщина не открыла дверь, и Стивену пришлось разговаривать с ней с улицы.
Кэтлин считала, что в этом районе не стоит открывать дверь незнакомым людям. Так что факт закрытой совершенно не означал, что там живет Ханна, которая боится полиции.
– Мы разыскиваем одного человека, – объяснил парень. – Может быть, это даже вы сами. Я бы хотел показать вам фотографию.
– Нет, – ответила та.
Между дверью и полом зияла широкая щель, через которую внутрь могли пробраться любые насекомые. Стивен вынул из бумажника изображение и просунул его туда.
«Вот это уже глупо, – подумала Кэтлин. – Если там настоящая Ханна, Стивен совершил большую ошибку. Она никогда не откроет, а когда уйдем, быстро сменит место жительства».
Но вдруг раздался звук отщелкивающегося замка, дверь отворилась и перед ними предстала женщина. Она была не белой.
Если ребятам были нужны доказательства, что исследования через интернет не дают никакого результата, то оно стояло у них перед глазами.
– Присаживайтесь, – пригласила женщина. – Я устала смотреть телевизор, поэтому с удовольствием бы с кем-нибудь поговорила. Расскажите, в чем дело.
Они уселись на покатое крыльцо. У Кэтлин за спиной был рюкзак, она достала оттуда энергетические батончики и один протянула Стивену, который вкратце рассказал историю похищения сестры.
– Я помню эту шумиху на тему фотографии на пакете молока, – сказала женщина. – Когда это было? Лет пять или шесть назад? Девочка узнала себя, верно? Сейчас их уже не печатают. Я вообще не уверена, что сейчас дети пьют молоко. Они предпочитают соки и всякую газировку. – Ребята молча жевали. – Так что вы собираетесь делать?
– Не знаю, – Стивен покачал головой. – В любом случае спасибо за уделенное время.
Он поднялся на ноги. Кэтлин убрала обертки батончиков в рюкзак. Парень сел на велосипед и, предполагая, что девушка следует за ним, отъехал.
Но та продолжала сидеть на крыльце и думать: «Что же это происходит? Ни один человек в здравом уме не будет составлять список из трех имен, чтобы заставить говорить четвертого человека. В особенности такого, как Стивен, который ничего не знает. Члены семьи Спринг вообще ничего не знали».
Она не двигалась с места.
– Прошло много лет, – сказала женщина. – Почему вас все еще волнует эта история?
– Наверное, мы чувствуем, что похитительница на свободе, – ответила Кэтлин. – И она может повторить то, что уже один раз сделала.
– Одно я тебе точно скажу, дорогая, – произнесла незнакомка. – Похитительница ничего не делает из любви. Она делает все только из ненависти.
Одиннадцатый элемент пазла похитительницы
Впервые за долгие годы женщина, которую раньше звали Ханной, была полна энергии.
От возбуждения она даже похудела. Потом купила в аптеке краску для волос и очки. Блестящая синяя оправа хорошо сочеталась с цветом глаз; волосы заблестели.
Под именем Джилл Уильямс она даже начала посещать один класс.
Это был бесплатный вечерний курс, от которого Ханна не ждала ничего великого. Просто участие в нем должно было подтолкнуть ее к более активным действиям. Учитель давал много информации. Каждое занятие сопровождалось списком сайтов и блогов. В классе она старалась помалкивать, что было непросто, так как женщина по имени Джилл Уильямс была громкой и любила гнуть свою линию.
Внутреннее возбуждение помогало во время долгих часов на работе, пока она мыла посуду и туалеты. План был гениальным. Этот год пройдет