Были, правда, и сложности. Многое можно было сделать без денег, но не все. Ханне была нужна приличная сумма. Она постоянно размышляла над тем, как их найти, и, так как считала себя самой умной, в голову приходили разные идеи. В любом из планов надо было учитывать действия полиции. Это непросто, но она преодолеет все трудности и покажет этой выскочке Джен / Дженни. И, конечно, Фрэнку. Отец пожалеет, что перестал ей платить.
Во время работы в кафе она носила под форменной одеждой обычную, чтобы не показывать свою худобу. Женщина трудилась по выходным на максимальной скорости: загружала и разгружала посудомоечную машину, отмывала чайники, вешала дурацкие индивидуальные кружки на дурацкие колышки.
Однажды совершенно случайно услышала, что в приличном отеле не хватает персонала. На те работы, на которые она обычно устраивалась, можно было просто прийти, и тебя сразу нанимали, а в этом отеле надо было договориться о времени и пройти собеседование. На нем Ханна произвела хорошее впечатление прекрасными волосами и новыми очками. Ее приняли.
Женщина научилась складывать полотенца в форме розы и вставлять в него маленькие бутылочки с шампунем. Работать в подобном отеле оказалось не проще, чем в дешевом мотеле. Она была там с понедельника по пятницу, убирая шестнадцать комнат, на каждую из которых уходило тридцать минут. И ее работу каждый день проверяли! Очень часто приходилось возвращаться и переделывать. Имя женщины, контролирующей ее, Ханна добавила в список тех, кому когда-нибудь отомстит.
Прошло больше шестнадцати лет после того дня в торговом центре в Нью-Джерси. Ханна Джейвенсен постучала в дверь номера, подождала, опять постучала и вошла.
Гость был настоящей свиньей. Он использовал большую часть полотенец. В ванне валялся хлам и мусор. Покрывало лежало на полу вместе с декоративными подушечками. Гость ел крекеры, крошки от которых были рассыпаны по всему полу, креслу и постельному белью. Пустая упаковка лежала на ковре.
Мужчины чаще оставляли чаевые, чем женщины, но такие свиньи, как этот, никогда. Даже доллара.
В ее тележке была упаковка одноразовых перчаток, в которых надо было мыть туалет. Ханна надела их, чтобы не оставлять отпечатков пальцев.
Как всегда, в первую очередь она проверила сейф. Гости могли положить что-нибудь ценное и забыть закрыть дверцу. Потом пощупала рукой внутренности открытого чемодана, пространство под одеждой, брошенной в верхний ящик комода. Нигде ничего не было. После сняла простынь и поискала под матрасом. Тоже ничего.
Дальше перешла к карманам висевшей на плечиках одежды. Постоялец был, конечно, свиньей, но с хорошим костюмом.
Ханна сотни раз так осматривала номера, но ничего не находила. Однако сегодня удача ей улыбнулась: во внутренних карманах пиджака лежали пачки стодолларовых купюр.
В наши дни люди редко используют наличные, платят дебетовыми или кредитными картами.
Владелец вряд ли сообщит о пропаже, потому что, скорее всего, это были черные деньги. Или связанные с каким-нибудь преступлением.
Судьба.
Она привела ее в этот день именно в эту комнату.
Ханна не общалась с остальными уборщицами, потому что все они были из Латинской Америки и говорили на испанском. Женщина была уверена, что коллеги не узнают ее в обычной уличной одежде. Гость не сообщит о пропаже денег, да и если не выйти на работу, никто не станет искать Джилл Уильямс. Среди уборщиц была текучка, к которой все привыкли. Более того, непосредственная начальница будет даже рада исчезновению одной.
Она вышла на лестницу, сняла униформу, направилась на улицу и исчезла. Ханне нравилось уходить из мест совершенного преступления.
Интернет оказался прекрасным инструментом. Каждый день появлялись новые блестящие идеи. Она чувствовала себя, как глава секты много лет назад в лучшие времена. Она стояла у руля, руководила, и люди возлагали на нее надежды.
Проект, которым Ханна занималась, настолько сильно ее захватил, что не было времени заходить на Facebook. Посты Адаир, которые она читала до этого, были незрелыми и детскими. Бывшие школьники, а теперь студенты тратили жизнь на бесполезную болтовню, а у взрослой женщины много дел.
Она стала меньше спать. Работы было много.
В мае снова зашла на Facebook, чтобы узнать, чем занимаются маленькая Джен / Дженни и ее псевдодрузья.
Социальные сети были полезны только для одного – хвалиться.
Но на этот раз никто этого не делал.
На этот раз Ханна увидела видео.
Оно удивило не только ее, но и Адаир, и ее 476 друзей.
Джен / Дженни и ее бойфренд Рив обнимались, целовались и смеялись в аэропорту.
Женщина не могла летать на самолетах, потому что для этого надо было предоставлять документы. И во всем виновата девчонка!
Люди в толпе свистели и улюлюкали, охранники улыбались.
Она не заслуживала быть любимой! Она отнимала любовь, принадлежавшую по праву ей, Ханне.
А потом вспомнился проект, над которым кипела работа.
Похитительница засмеялась сначала тихо и низко, а потом смех прокатился по комнате, становясь все более надрывным, высоким и зловещим.
XI
Продавщица была худенькой и невысокой с сединой в волосах.
– Все в сборе? – спросила она Дженни с улыбкой. – Я слышала, ты выходишь замуж за соседа.
– Да, – радостно улыбнулась девушка. – Это его мама.
Все поприветствовали миссис Шилдс воздушными поцелуями.
– А это – моя, – представила Дженни Миранду.
– Как мило! – воскликнула продавщица взяла обеих дам под руки и повела по ряду. Вокруг было буйство свадебных платьев, тиар, обуви и вуалей.
Девушка взяла под руку Донну.
– Привет, мам, – прошептала она ей в ухо, ощущая близость.
Все вошли в комнату, в центре которой находилась невысокая платформа, где невеста могла покрутиться, чтобы оценить наряд. Стены комнаты были зеркальными. Три матери и Джоди сели на стулья.
– Даже не знаю, с чего начать, – смущенно произнесла Дженни.
– Давай пока не будем смотреть на платья, – предложила продавщица. – Закрой глаза, дорогая, и опиши платье мечты.
Та послушалась и сконцентрировалась.
– Оно белое, – сказала она.
– Прекрасное начало! – воскликнула продавщица. – Это не цвет шампанского, сливок или экрю[3]. Начнем с традиционного – длинная и широкая юбка?
Девушка снова задумалась.
– Не знаю.
– Попробуем разные фасоны! Я принесу несколько штук, а вы мне скажете свое мнение. Будет весело!
Начали с шести платьев. Все были изумительными, и Дженни так и не терпелось примерить каждое.
Первое оказалось настолько широким, что Дженни чувствовала себя, как язычок в огромном колоколе. Второе было с очень глубоким вырезом, в нем она постеснялась бы пойти и на пляж, не говоря о том, чтобы появиться в церкви. Третье выглядело в