Чонвон
На следующий день после похорон Вон Сока Чонвон передал полиции запись с видеорегистратора, запечатлевшего настоящего преступника, и нанял себе адвоката, кем, разумеется, стала Тарим. В тот же день она от лица Чонвона провела пресс-конференцию, где заявила о том, что виновник аварии, унесшей жизнь Ли Чонана, сфальсифицировал дело, пустив в ход свои деньги и связи. Так как в деле оказались замешаны бывший премьер-министр и глава одной из трех крупнейших юридических фирм, разразился громкий скандал. Осознав всю серьезность ситуации, политики поспешили потребовать от прокуратуры и полиции провести повторное расследование.
Так в конечном счете миру открылась правда о несправедливой гибели молодого человека с невероятно доброй душой. К месту, где прискорбно ушел из жизни Чонан, пусть и запоздало, потянулись сочувствующие. Чонвон, наблюдая за ними издалека, не переставая лил слезы. Истина наконец вышла наружу, однако боль его сердца от этого не исчезла. Справедливость восторжествовала, но погибшего брата было уже не вернуть. И осознание этого по-прежнему мучило Чонвона.
На следующий день после ареста настоящего виновника, Юн Сокхуна, прокуратура провела обыск в юридической фирме KY, и ее руководитель был также задержан. Тем временем его отец, бывший премьер-министр, настаивал, что не имел отношения к фальсификации дела, и утверждал, будто сын и внук провернули все сами. Однако всего несколько дней спустя в прессу просочилась аудиозапись, на которой было четко слышно, как он оказывает давление на начальника полиции, и в итоге получилось так, что под стражей оказалось три поколения одной семьи.
Мирэ и Вончжан
Все в мире соединено подобно паутине – ни для кого это не новость. Однако, не имея возможности взглянуть на происходящее с высоты божественного взора, люди живут и не ведают, какими нитями они друг с другом переплетены.
Вончжан чувствовал, что у него было больше причин умереть, нежели жить. Но стало ли случайностью то, что, получив от Тарим по затылку визиткой-сюрикеном, он оставил идею сводить счеты с жизнью и, покидая ее офис после успешной консультации по разводу, словно магнитом был притянут в магазин виниловых пластинок? Точнее, не магнитом, а виолончельным концертом Дворжака.
Его отец, работавший водителем автобуса, любил это произведение, и поэтому когда-то очень давно, еще в студенческие годы, Вончжан загрузил композицию на USB, чтобы отец слушал ее на работе. В тот день, когда он за рулем автобуса попал в аварию, в салоне также раздавался виолончельный мотив Дворжака. Тогда погибли почти все младшеклассники, возвращавшиеся домой со школьной экскурсии. Вместе с ними ехала и маленькая Мирэ.
Авария стала итогом всеобщей безответственности. Водителя, который изначально должен был выйти в тот рейс, уволили за неоднократное вождение в пьяном виде, и накануне происшествия он, будучи в нетрезвом состоянии, из мести перерезал ножом все ремни безопасности в салоне. Кроме того, этот автобус не проходил регулярный техосмотр и эксплуатировался незаконно. Вина водителя, севшего в тот день за руль, заключалась разве лишь в том, что, вернувшись под утро после подработки шофером по вызову, он не отказался от срочного предложения начальства выйти на замену другому сотруднику. Разумеется, он и не подозревал, что в автобусе, который ему предстояло вести, были срезаны ремни и его техническое состояние толком никто не проверял. Он знал только то, что ради будущего сына, хорошо учившегося в школе, он должен был работать каждую минуту и каждую секунду, когда ему представлялась такая возможность. Вот и все. Но после аварии все обвинения обрушились на одного лишь водителя, и в конце концов, измученный чувством вины, он покончил с собой в тюремной камере. В предсмертной записке он просил прощения у детей, ставших жертвами аварии, и сына Вончжана.
Между тем, когда Чонвон как-то раз включил в магазине то самое произведение Дворжака, Мирэ – единственная выжившая в той катастрофе – вдруг вспомнила событие того далекого дня так, будто оно произошло вчера: и саму аварию, и игравшую тогда в автобусе композицию. Мирэ не смогла сдержать слез, эмоции не поддавались контролю. К счастью, в тот момент посетителей в магазине было немного. Тогда же она заметила, как в уголке для прослушивания, не отрывая глаз от вращающейся пластинки с записью виолончельного концерта, беззвучно плачет мужчина.
Мирэ подошла к нему и увидела в мокром от слез лице Вончжана лицо водителя, сидевшего за рулем автобуса пятнадцать лет назад. И нет, это не было просто видением, – перед ней действительно стоял тот самый водитель. Увидев Мирэ, он с заплаканными глазами опустил голову.
– Простите. Простите меня, пожалуйста.
– В этом не было вашей вины, вы ведь пытались избежать аварии. Вам пришлось столько всего перенести…
Через несколько мгновений воспоминания вновь потускнели. Действительно ли она, услышав концерт Дворжака, видела в магазине водителя автобуса или ей показалось?.. Однако это было уже неважно. Вдоволь проплакавшись, она почувствовала, как слезы начисто вымыли из ее души то, что застряло внутри когда-то давно. Сердце Мирэ больше не колотилось и не дрожало даже без помощи инденола. Она почувствовала, что, хоть и любила «Странный магазин пластинок» по-прежнему, теперь ей пришло время двигаться дальше.
А Вончжан с того дня стал в магазине постоянным гостем. Вероятно, стыдясь того, что Мирэ увидела его плачущим, при встрече он избегал смотреть ей в глаза, но зато с некоторых пор завел дружбу с Епун и постоянно ходил за ней хвостиком.
Дав тогда волю своим слезам, Вончжан ощутил, будто в его груди растворилось что-то, копившееся там долгое время. И благодаря этому он даже задумался о том, чтобы снова открыть свою клинику. Но торопиться было некуда. Теперь он знал: жизнь устроена так, что спешащие вовсе не обязательно приходят к цели первыми.
Сиа и Тарим
Неожиданно для себя Тарим оказалась адвокатом, служащим общественным интересам, а все благодаря белым медведям. Правда, началось это с ее попыток помириться с Сиа, с которым они находились в состоянии «холодной войны».
Сиа, движимый желанием спасти белых медведей, с головой ушел в самостоятельное изучение программирования. Он поставил себе амбициозную цель – собственноручно создать приложение, которое позволит в реальном времени отслеживать выбросы углерода, собирать статистику и объединять в одном месте разные кампании и идеи борьбы с глобальным потеплением. Конечно, если кто и мог поставить и осуществить такую цель, то это был Сиа. Между тем Тарим, помогая сыну, обратила внимание на то, как крупные корпорации торгуют квотами на выбросы парниковых газов, и случайно обнаружила, что одна