–Со светом все в порядке, это ты угасаешь.
Его стакан упал, разбиваясь о пол. Он принялся корчиться, хватая себя.
–Моя грудь – ее разрывает на части. Помогите, врача…
–Никакой врач к тебе не успеет. – Теперь она уподобилась юле, уносящейся по убегающим вдаль стенам. Его мутнеющему взору она казалась яркой вспышкой; а потом, как охлаждающийся белый металл, она навсегда исчезла во тьме.
Он уже лежал на полу, у ее ног, стонал на ковре, с пеной изо рта у него вырвалось:
–Я всего лишь хотел сделать тебя счастливой…
Издалека донесся насмешливый шепот:
–У тебя получилось… получилось… – И потом тишина.
Она прикрывала дверь за собой, почти безвозвратно закрыв ее, и вдруг замерла бездвижной статуей, оставляя створку открытой на считаные доли сантиметра, которые позволяли ей по собственной воле вновь вернуться в комнату.
Они смотрели друг на друга с расстояния в несколько шагов. Светловолосая, полногрудая, растрепанная Мейбл держала в руках какой-то цилиндр, неряшливо завернутый в коричневую бумагу. Дама в бархатной накидке, обвивавшей ее в духе дерзкого вызова, придававшего женщине необычное сходство с тореадором, разглядывала ее расчетливо и бдительно.
Первой заговорила вновь прибывшая, выпячивая чрезмерно накрашенные надутые губки.
–Я принесла это Митчу. Если не хочет меня видеть – ну и ладно. Теперь я все поняла. Но скажите ему…
–Да?
–Скажите, чтобы выпил, пока еще теплый.
Женщина в накидке бросила через плечо взгляд на открытую на волосок, слишком узкую, чтобы что-то разглядеть, щель в двери.
–Вас видели на входе внизу?
–Да, разумеется.
–Видели, что вы несете суп?
–Да, конечно.
Как просто было бы заманить ее в комнату. Женщина подвинула ширму, скрыв за ней тело, когда прозвучал первый предупредительный стук в дверь. Как легко можно было в одно-два мгновения, до того, как эта тупая корова обнаружила бы его, заставить ее замолчать навек таким же стаканом, из которого пил он. Или бросить ее здесь, замешанной в преступлении и слишком тупой, чтобы отделаться от обвинений.
Женщина повернулась к девушке. Дверь решительно щелкнула за ней.
–Убирайтесь тем путем, которым пришли, сейчас же убирайтесь отсюда.
Сказано это было без угрозы, просто тихое предупреждение.
Мейбл лишь распахнула глаза цвета голубого китайского фарфора и непонимающе уставилась на нее.
–Быстро! Каждая минута, которую вы здесь проведете, будет работать против вас. И контейнер с собой заберите и не открывайте его. Скажите им, что не смогли попасть в комнату. Соберите вокруг себя людей, убедитесь, что вы защищены! – Она оттолкнула бестолковую простушку так, что та против воли понеслась вниз по коридору.
Только на повороте блондинка изумленно поглядела назад.
–Ч-что не так? Что случилось?
–Друг ваш лежит там мертвым, я его убила. Дурочка, я хочу, чтобы вы не были замешаны. Я не имею ничего против… других женщин.
Однако Мейбл не задержалась, чтобы услышать все последующие объяснения. Она издала череду звуков, напоминающих скрежет гвоздя по стеклу, и убежала с громко нарастающим визгом.
Дама в бархатной накидке пошла быстро, но аккуратно расходуя движения, что лишило ее отступление любого сходства с бегством, к служебному выходу на другом конце коридора, к никем не охраняемой боковой лестнице.
Глава третья
Пост мортем по Митчеллу
Вангеру начальство поручило дело лишь практически через неделю после происшествия. До того момента расследованием без видимого успеха занимался коллега по имени Клири.
–Послушай, Вангер, у нас тут необычное дело в отеле «Хелена». Я только что прочитал присланные отчеты, и мне показалось, что здесь есть кое-что общее с делом Блисса. Помнишь, шесть месяцев или около того назад? На первый взгляд они непохожи. В данном случае и сомнений быть не может, это однозначное убийство. Но мне случаи показались схожими в том, что в обоих мы имеем женщину, которая сразу же как дым улетучивается после происшествия, а мы не в состоянии найти и волоска от нее. И еще полное отсутствие очевидного мотива. Что в нашей профессии в порядке вещей. Я подумал, что правильно будет попросить Клири ввести тебя в курс дела, поделиться с тобой соображениями. А ты поговоришь с людьми, которые у него проходят свидетелями. Подумай, ты знаком с делом Блисса, а Клири нет, так что ты в лучшем положении, чтобы оценить ситуацию. Если нащупаешь хоть какую-то зацепку, даже малейшую, – сообщи мне, и я тебя полностью подключу к делу.
* * *
Клири пояснил:
–Вот к чему я пришел за семь дней расследования. Все складывается, но никакого смысла в этом нет. Получается такая же нелепица, как версия о маньячке-убийце, но у меня есть точные доказательства, что эта женщина совершенно не такая. Сам поймешь, когда все услышишь. Так вот, умер он от пары щепоток цианида калия в стакане арака…
–Да, я читал отчет медэксперта.
–Вот расшифровки показаний свидетелей. Почитай их позже. Я тебе в общих чертах расскажу суть. Во-первых, в одном из карманов его пиджака я нашел красный корешок – знаешь, который остается у зрителя после того, как надрывают билет на входе в театре. Я проследил историю приобретения билета, и вот что получается: за два дня до его смерти в кассу театра «Элгин» пришла очень красивая рыжеволосая женщина и заявила, что хочет купить все билеты в ложу. Сотрудник уточнил, на какой вечер ей нужны билеты, а она сказала, что без разницы, на любой вечер. Ей важно было удостовериться, что она выкупила все билеты в ложу. Это было странно по двум причинам. Во-первых, для большинства покупателей главное – дата, и берут обыкновенно лучшие билеты на определенную дату. Во-вторых, даме, похоже, было все равно, сколько мест она получит: три, четыре или пять. Все, что она хотела, – целую ложу в свое распоряжение. Билетер дал ей четыре места на ближайший доступный вечер, а это оказался вечер следующего дня. Естественно, билетера все это озадачило. Два билета так и остались неиспользованными. Сотрудники театра видели, как Митчелл пришел один в тот вечер и предъявил один билет. А та самая женщина, которая выкупила билеты, тоже пришла одна, но значительно позже, уже после начала действия.
–Только один человек может засвидетельствовать, что это была та же дама, которая покупала билеты, – заметил Вангер.
–Сотрудник кассы. У тебя под рукой его показания. Он закрыл кассу на ночь и по чистой случайности смотрел спектакль с лестницы бельэтажа. Женщина прошла мимо него по пути наверх, и он узнал ее вне всяких сомнений. Вот мы и добрались до самого важного момента во