Она глядела на пустые тарелки с инстинктивным одобрением кулинара, довольная, что ее усилия не остались без внимания.
–Спасибо, – сказала она, – я с радостью. Мне не так часто, как хотелось бы, выдается возможность готовить дома. Я живу в женском клубе, как начала работать в садике. И там никаких удобств. А до этого, дома, мы все, конечно, готовили на кухне по очереди.
Она медленно поднялась, складывая тарелки.
–А теперь посидите и передохните, мистер Моран, здесь, в соседней комнате или где вам будет удобнее. Я быстро со всем разберусь.
–Да оставьте все здесь, – запротестовал он. – Уборщица Маргарет завтра придет и все помоет.
–Да ладно, – она неодобрительно пожала плечами, – делов-то, и, если я что-то не выношу, так это грязные тарелки на кухне как у себя, так и у других. Не успеете оглянуться, как я закончу.
Она обязательно станет замечательной женушкой для какого-нибудь счастливого бедолаги, подумал Моран, наблюдая за тем, как она носилась из стороны в сторону; удивительно, что с ней это еще не произошло. Что не так с парнями в этих краях, глаз у них, что ли, нет?
Он пошел в гостиную, включил лампу для чтения с двумя абажурами и взялся за газету, чтобы во второй раз, более обстоятельно, проштудировать ее. Все было настолько замечательно, будто Маргарет была дома; разница была едва заметна. Только мисс Бейкер не говорила Куки так часто «не надо». Может, не очень хорошо одергивать мальчика. Она же учительница, ей ли не знать?
Она один раз подошла к двери в столовую и заговорила с ним, вытирая тряпкой большое блюдо.
–Почти все, – радостно объявила она. – Как у вас двоих дела?
–Прекрасно, – ответил Моран, глядя через плечо из полунаклона, повторяющего угол кресла. – Жду звонка от жены. Она обещала связаться, как только будет на месте, и рассказать, что там происходит.
–Это же еще не скоро, вероятно?
Он поглядел на часы на другой стороне комнаты.
–Я предположу, что не раньше половины одиннадцатого или одиннадцати.
Она сказала:
–Я вам обоим выжму апельсиновый сок на утро, как только уберу последнюю посуду. Оставлю стакан в холодильнике.
–Ох, да не стоит утруждать себя этим…
–Это минутное дело; и Куки, знаете ли, стоит пить его каждый день. Для детей это очень полезно. – Она снова вернулась на кухню.
Моран помотал головой. Образец для подражания.
Куки играл рядом. Спустя минуту или немного позже он поднялся, подошел к двери в прихожую, постоял там, наблюдая и разговаривая с мисс Бейкер. Очевидно, она сама, протирая последние из приборов, подошла туда от кухонной двери на другом конце. У Маргарет была та же привычка расхаживать по дому на последних стадиях вытирания посуды.
Куки полностью замер, разглядывая ее. Было слышно, как он спросил:
–Зачем вы это делаете?
–Чтобы все отсюда стереть, милый, – ответила она с веселой прямолинейностью.
Моран, если так можно выразиться, ухватил это только на подсознательном уровне, той небольшой долей внимания, которая не была поглощена газетой.
Мисс Бейкер вошла в следующее мгновение, тщательно протирая лезвие острого ножика для фруктов, которым она, видимо, нарезала и чистила апельсины.
Глаза Куки следили за проворными движениями ее рук с той гипнотической бдительностью, которую дети временами способны уделять самым тривиальным вещам. Затем он повернул голову и глянул обратно в прихожую, куда-то за пределы радиуса двери, туда, где она только что находилась, с неменьшим увлеченным любопытством. И снова перевел взгляд на нее.
–Вот и все, – шутливо сказала она малышу, порывисто тряся в его направлении уголком кухонного полотенца. – А теперь давай я с тобой поиграю минут пять-десять, а потом мы тебя в кроватку уложим.
Моран тут же поднял глаза, исключительно из чувства долга.
–Уверены, что я ничем не могу быть вам полезен? – поинтересовался он, не теряя надежды на отрицательный ответ.
Он последовал.
–Вас ждет газета, – отозвалась она с дружелюбной решимостью. – А мы с молодым человеком немного поиграем в прятки.
Она была посланницей Неба. Более того, с ней газета читалась даже лучше, чем с Маргарет, без перерывов. Маргарет, по всей видимости, полагала, что можно было одновременно читать газету и поддерживать разговор. Так что приходилось либо слушать угрюмым медведем, либо перечитывать каждый параграф дважды, медленно, один раз – для понимания тонкого намека на идею, второй раз – чтобы уловить суть.
И в этих мыслях не было никакого вероломства; он бы все равно предпочел Маргарет, храни ее Господь, с болтовней или без.
* * *
Ада попыталась утихомирить шумных гостей.
–Шшш! Помолчите хотя бы минутку. Маргарет в прихожей, пробует дозвониться до мужа в городе и рассказать ему обо всем. – При этом она предусмотрительно прикрыла раздвижные двери в гостиную.
–Отсюда? – скептически сказала одна из девушек помладше. – Боже, дорогое же удовольствие!
–Знаю, но она так расстроена, и я не могу за это ее винить. Кто мог устроить такой розыгрыш? В любом случае это ужасная шутка!
Одна из матрон огласила с непоколебимой гордостью за родной край:
–Мне неизвестен ни один человек из нашего сообщества, способный на такое. Мы все слишком высокого мнения о Делии Пибоди и ее дочках. – И тут же подпортила впечатление, добавив: – Даже Кора Хопкинс…
–И они моим именем подписались! – немного слишком драматично воскликнула Ада. – Вероятно, кто-то, хорошо знающий нашу семью.
–И мое имя тоже упомянули, с твоих слов? – вставил доктор Биксби. – Обо мне-то они где могли услышать?
То тут, то там в комнате происходил обмен полуиспуганными взглядами, словно кто-то только что рассказал леденящую байку о привидениях. Одна из девушек, пристроившаяся на подоконнике, бросила взгляд в темноту позади себя, встала и укрылась в глубине помещения.
–Кляуза от неизвестного, – произнес кто-то сиплым театральным шепотом.
Ада приоткрыла раздвижные двери, не в силах побороть любопытство.
–Смогла до него дозвониться? – спросила она через них. – Что он сказал?
В проеме появилась Маргарет Моран, раздвинула его и нерешительно осталась стоять в дверях.
–Телефонистка говорит, что у нас дома никто не берет трубку. Он, возможно, вышел, но… посмотрите на время. И если так, то как же Куки? Он бы не взял с собой мальчика в такой час. И его последними словами были заверения, что он никуда не собирается. Должен же кто-то присмотреть за Куки… – Она беспомощно перевела глаза с Ады на мать и затем доктора,