– Помолчи! – тут же рявкнула Норелла. – И не вздумай защищать эту дрянь!
Парень сразу сник, опустил взгляд и больше не сказал ни слова.
Меня дернули за связанные руки так, что я чуть не упала. Васька где-то рядом грозно зашипел, но сделать ничего не мог.
– Пошли, – бросила Аннабелла, – домой ее.
К нам присоединились еще двое, какие-то особо рьяные добровольцы, решившие, видимо, тоже поучаствовать в «спасении города».
Чуть позже к процессии примкнул законник, тот самый, что недавно гнался за нами.
– Ну и заставила ты нас побегать, – зло буркнул он, окидывая меня недобрым взглядом.
Так, с конвоем, словно опасную преступницу, меня привели домой.
В гостиной было тепло, но я все равно дрожала. От страха и пустоты внутри. Меня усадили прямо на пол, у стены, даже не потрудившись развязать руки.
– Жди, пока маг не явится за тобой!
Я так и осталась сидеть в пальто, с мокрым подолом и онемевшими пальцами. А самое неприятное – с разбитыми надеждами.
20
Не знаю, сколько времени я просидела у стены. Счет минутам потеряла почти сразу. Они тянулись вязко, как холодная каша.
Спина затекла, руки онемели, а в голове крутилась одна и та же мысль: глупо… как же все глупо закончилось.
За окном незаметно опустился вечер. И вот раздался стук во входную дверь.
Аннабелла и Норрела вскочили как по команде.
– Идут! – возбужденно прошептала сестра.
Они бегом кинулись в коридор, шурша юбками. Я напряглась, невольно вслушиваясь.
Дверь распахнулась, и в дом ворвался бодрый, слишком уж жизнерадостный голос:
– Доброго вечера, сударыни!
Я узнала его сразу. Распорядитель.
«Еще один предатель, – вяло подумалось мне. – Не терпится поскорее передать меня старому магу, как мешок с зерном».
– Проходите! Проходите! – засуетилась Аннабелла, и в ее голосе появилось столько елейной сладости, что меня передернуло. – Мы вас уже заждались… А где же господин маг?
Я затаила дыхание.
– А вот и он, – добавила тетка и…
В коридоре повисла странная, слишком длинная тишина.
Не было ни приветствий, ни восторженного теткиного щебета. Только тишина. Плотная, звенящая, такая, от которой все внутри неприятно сжалось.
Неужели все настолько плохо, что тетка с сестрицей разом решились дара речи?
– Мы… мы вас немного по-другому себе представляли, – наконец раздался голос Нореллы.
Похоже, она первой пришла в себя. В ее тоне сквозила обида и плохо скрытое возмущение, словно ей подсунули не тот товар, да еще и без права возврата.
Я не успела толком обдумать эту странную реплику.
С лестницы донеслись знакомые шаги мягких лапок. Васька подошел и уселся у моих ног. Его морда была непривычно серьезной и какой-то… печальной.
– Пришел, – констатировал он тихо.
– Пришел, – эхом отозвалась я и устало улыбнулась.
Васька переминался с лапы на лапу, явно собираясь сказать что-то важное.
– Лиза… я вот что решил, – начал он.
– Что?
– Ты это… к магу тоже меня забери.
– К магу? – я удивленно посмотрела на рыжего. – А если он окажется страшный и будет есть лягушек на завтрак? – попыталась я пошутить.
– Все равно забирай, – Васька решительно махнул хвостом. – Кто же тебя там без меня спасать будет?
Я невольно сглотнула.
– Спасибо, – произнесла искренне.
Мысли путались, страх никуда не делся, но внутри стало чуточку теплее. Васька меня не бросил.
И тут меня отвлек голос.
От одного только звука по коже пробежали тысячи мурашек, а в животе вспорхнули потревоженные бабочки.
– Что случилось, Лиза?
Я замерла, боясь поднять глаза. Боясь, что это обман. Что я просто уснула от усталости и отчаяния. И сейчас все исчезнет, стоит только моргнуть.
Торопливые шаги остановились рядом.
Передо мной опустились на корточки, и теплые пальцы коснулись веревки на моих запястьях.
– Тише… – прошептал голос, уже развязывая узлы.
Я подняла взгляд, и сердце пропустило удар.
Мирлай.
Настоящий. Живой. Так близко.
– Ты… ты пришел за мной? – вырвалось у меня. – Но… уже слишком поздно.
Он будто не услышал.
Его пальцы еле дрожали. От ярости и нетерпения. Совсем чуть-чуть. Но я это заметила.
Узлы поддались быстро, и веревка соскользнула с рук.
– Кто это сделал? – голос Мирлая стал напряженнее. – За что они так с тобой?
Он осторожно снял с меня шарф, разматывая медленно, словно боясь причинить боль. Кончики пальцев коснулись щеки, и у меня перехватило дыхание.
А потом стало легче. Просто раз и… светло и спокойно.
– Кажется, я все-таки сплю, – прошептала я, слабо улыбнувшись.
В этот момент в комнату торопливо вбежали распорядитель, тетка и Норелла.
– Что вы сделали с Лизой? – Мирлай резко поднялся.
Я еще не слышала его таким. Голос стал жестким, требовательным.
– Зачем вы ее связали?
Аннабелла приторно улыбнулась и поспешно заговорила:
– О, понимаете… она хотела сбежать. Не желала становиться невестой мага… То есть вашей невестой. Мы сегодня ее всем городом ловили, представляете?
Мирлай внимательно посмотрел на нее, потом на меня. Снова опустился передо мной на колени, аккуратно провел пальцем по моей скуле.
Я невольно поморщилась от боли. Должно быть, там был неплохой синяк от последней оплеухи.
– Вы ее ударили.
Он поднялся. Медленно. Опасно спокойно.
– Да… – Аннабелла замялась, голос у нее вдруг стал неуверенным. – Нам пришлось. Мерзавка сопротивлялась.
– Мерзавка? Я вижу в этой комнате лишь одну мерзавку. И это явно не Лиза.
В комнате повисла тишина.
– Вы… все неправильно поняли, господин маг… – наконец защебетала тетка, – мы же для вас старались.
Господин маг? Только в этот момент на меня навалилось осознание.
– Не может быть… – Прошептала я. – Ты… ты и есть маг.
Слова прозвучали странно, еле слышно. И вместе с ними по телу разлилось такое облегчение, что захотелось смеяться и плакать одновременно.
Мирлай осторожно помог мне подняться. Ноги плохо слушались после долгого сидения в неудобной позе.
–