Не понимаю, что ей на самом деле нужно, и почему до сих пор она не вынудила меня отдать ей луминариум.
Машинально покупаю яблоки, абрикосы, груши ― увы, это добро у нас во дворе не растет, потому что мачеха приказала засадить сад декоративными растениями и клумбами. Я не против цветов, да только приходится теперь тратиться на фрукты. Складываю их в корзинку и собираюсь за выпечкой.
По пути покупаю еще баночку меда, потому что весь мед, который был в доме, Матильда выпила с чаем. Смотрю в сторону пирожных, но мне тут же вспоминается мачеха, и… обхожу из стороной.
Вместо пирожных беру пироги с вареньем и картошкой ― последние очень любит отец, а меня он решил пощадить, хотя я не прочь сейчас занять руки и голову готовкой, вместо того, чтобы прохлаждаться по рынку. Жаль, что не отказалась сразу, но теперь что уж говорить об этом.
Еще можно купить немного свежей рыбки Марсику, а потом…
Замираю оттого, что в толпе мелькает что-то ярко-красное. Таких красок здесь нет, купцы, торгаши и местные носят серые и темно-зеленые рубахи, такого же цвета брюки, а еще темно-коричневые или бежевые кожаные жилетки.
― Ты берешь что-то или нет? ― слышу раздраженный голос торговки домашними булочками, рассеянно киваю, а сама продолжаю всматриваться в толпу, как будто для меня это так важно.
Сердце отчего-то сильно колотится, хотя пока еще не произошло ничего странного, пугающего или волнующего. Может, это слабые лучи солнца так заиграли на тентах или медных тазах, а мне показалось, что…
― Не покупаешь ― отойди, не мешай другим! ― звучит над ухом возмущенный голос какого-то мужика, но я будто и не слышу, все смотрю и смотрю…
Из толпы появляется он. Тот самый человек из моего сна с невозможно рыжими, почти красными волосами, которые шелковистыми прядями струятся по плечам. Он одет в яркую оранжевую броню, как будто он воин и приехал издалека. На него смотрят недоверчиво и даже сердито, еще бы, как он посмел выделиться на фоне других таким ярким пятном! Но он ни на кого не обращает внимания. Он смотрит… прямо на меня странными желтоватыми глазами, которые как будто даже немного светятся.
На миг становится дурно. Корзина с фруктами падает мне под ноги. Я пошатываюсь, а потом чувствую, как меня подхватывают сильные руки.
36 глава
Хлоя
Медленно прихожу в себя. Меня окружает небольшая толпа зевак ― привычных жителей с блеклого цвета волосами, в обычных робах неброских оттенков. Сзади меня поддерживает кто-то… Резко дергаюсь, отчего голова начинает еще больше кружиться. Разворачиваюсь и снова вижу его.
Нет, это не сон. Он настоящий. И он стоит так близко, что я могу разглядеть каждую причудливую деталь его одежды, железных лат с гербом… дракона.
― Вы в порядке? ― Он обеспокоенно смотрит на меня.
Это тот самый голос из сна. Он звучал и раньше в моей голове, приказывая собрать вещи и уходить, куда глаза глядят. Но больше всего не укладывается, что он ― настоящий. И это… это же брат Эмиля, верно?
― Да… вроде бы, ― растерянно мямлю я, пытаясь собрать мысли в кучу.
― Я могу вас проводить. ― Мужчина ловко подхватывает мою корзинку, мягко, но настойчиво ведет меня под руку подальше от любопытной толпы. Пока мы протискиваемся сквозь торговые ряды, я молчу и делаю вид, что так и должно быть. Но как только рынок остается позади, и мы сворачиваем за угол небольшого паба, я притормаживаю и становлюсь перед мужчиной, уперев руки в бока.
― Вас зовут Марсель, верно? ― спрашиваю я в лоб, без предисловий. Самое интересное, что мужчина ничуточки не удивлен.
― Послушай, Хлоя, ― быстро проговаривает он, обращаясь ко мне так, будто мы давно знакомы. ― Сделай все возможное, чтобы Эмиль передумал открывать портал в Эйдралис…
― Что? Откуда ты знаешь о портале? ― вырывается у меня, и я тоже начинаю говорить с ним по-свойски, раз он позволяет себе такие вольности с малознакомой девушкой.
― Я много чего знаю, ― уклончиво отвечает тот, не отрывая от меня взгляда. На миг кажется, что его желтые глаза гипнотизируют меня: в голове появляется легкий туман. Отворачиваюсь от греха подальше.
― Тогда… если ты не в Эйдралисе, а здесь, ― медленно проговариваю я, пытаясь осознать, что все это правда, а не плод воображения. ― То почему не покажешься брату? Он весь извелся, между прочим, думая, что тебе грозит опасность! ― выкрикиваю я последнюю фразу, потому что поведение Марселя возмутительное. Ишь, всезнайка какой ― а брата успокоить не желает!
Тот вдруг бледнеет и отводит взгляд. Сразу в голове проясняется. Так… значит, и правда пытался меня заколдовать. С ним надо держать ухо востро!
― Я не могу… ― выдавливает он. ― Это… это неважно. Просто не открывайте портал. Я здесь и спасать меня не нужно…
― Ну так пойди и скажи это ему! В чем проблема? ― не могу понять я. ― Или ты с ним рассорился? И вообще… как попал в Нимверию? Тебя тоже не захотели подождать, что ли?
Марсель смотрит на меня так, будто резко перестал понимать нашу речь. Притворяется, не более.
― Ты же волшебник, да? ― уточняю, хотя и так все понятно. ― И дракон. Тебе что, гордость драконья не позволяет прийти и с братом помириться, я не могу понять?
Вообще-то с драконами так себя не ведут. А то мало ли что им в голову взбредет ― накинутся, сожрут, а потом скажут, что так и было. Или огонь выпустят и волосы, чего доброго, сожгут. Надо быть поосторожнее.
― Я не могу к нему пойти, ― тихо повторяет Марсель, глядя на меня, но на этот раз я не чувствую ничего подозрительного. ― Правда. Просто поверь, что есть вещи, которые я не могу изменить.
При этом он совсем поник, даже плечи опустились, отчего он теперь похож не на иномирянина, а на одного из торгашей-забулдыг, который вдруг решил нацепить на себя шутовской наряд, людей вокруг посмешить. И драконьего в его лице вообще ничего нет. Слишком милый он, что ли. Эмиль ― то другое дело. Как глянет