В чем еще мне нужно было оправдываться? В том, что я начал относиться к ней как к человеку только после визита мэтра Каэлуса? Это тоже было правдой. В том, что соблазнял, пытался влюбить в себя для того, чтобы добиться резонанса? Тоже правда.
И все ее обвинения… все до единого попали в точку.
Я целенаправленно приручал ее.
Признаюсь, для меня это было в новинку. Я не привык к подобному. Обычно женщины соревновались за то, чтобы заслужить мое внимание. Так что необходимость ухаживать за собственной женой стала достаточно необычным опытом.
В какой момент это перестало быть просто необходимостью?
Поначалу меня жутко раздражало, что приходится быть с ней вежливым, обходительным.
Потом стало любопытно посмотреть на реакцию. А она, нужно сказать, будоражила.
Изабелла ерничала, осыпала меня колкостями, но плавилась в моих руках. Это… интриговало.
Мне нравилось разговаривать с ней, нравилось наблюдать за ней, нравилось удивлять и выводить из равновесия.
Нравилось, как она смущается, как смотрит на меня из-под опущенных ресниц, как старается не показывать своей заинтересованности.
Мне просто нравилась она. С каждым днем все сильнее.
Настолько, что я невольно стал оттягивать то событие, из-за которого вообще взял ее в жены.
Ей пришлось самой напоминать и практически заставлять меня выполнить обязанности хозяина этих земель. А мне казалось, что еще слишком рано. Резонанс не сработает. Или хуже. Сработает, а потом она уйдет. Я ведь пообещал ей развод.
— Тролль и химера! — выругался я.
Откуда она узнала? Не тот вопрос. Какая разница откуда. Главное — что с эти знанием делать?
Я ведь даже отрицать ничего не могу.
Использовал втемную?
Еще как.
Пытался соблазнить для того, чтобы добиться резонанса?
Да.
В висках стучали ее слова.
Другие спят за деньги, а ты за общее благо.
Очень хотелось что-нибудь сломать, но я понимал, что это ничего не исправит. Я сам виноват в этой ситуации и нужно начинать как-то ее решать, а не только злиться и посыпать голову пеплом.
Глубоко вздохнув, я попытался успокоиться.
Понял, что ничего не получится и, выйдя на ближайший балкон, перемахнул через парапет, превращаясь в полете.
Это всегда самое лучшее средство для того, чтобы очистить голову от мыслей. Дракон чувствует иначе. Не так остро, не по-человечески.
После гибели родителей я большую часть времени проводил в драконьем облике. Настолько, что чуть не остался в нем навсегда. Вытащила меня, как и всегда, Мэри.
Но я не боялся, что повторю тот опыт. Мне нужно вернуться к Изабелле.
А ведь даже сейчас, во время полета над заснеженными горами меня преследовали ее янтарные глаза. Почему на этот раз способ избавиться от мыслей не сработал? Словно дракон в сговоре с ней.
Возвращаясь в замок, я заметил что-то странное. Какую-то вспышку в окнах комнат, которые отвели для нас как для супружеской пары. Словно магический артефакт сработал.
Хотя мало ли, что там за вспышка. Может мне вообще почудилось. А может свет свечи отразился так в витраже.
Но тревога, которой не должно было быть в драконьем облике, нарастала.
Приземлившись на площадке рядом с домом, чтобы не громить строение, я почти бегом отправился к ней.
Распахнул двери и никого не обнаружил. Ванная комната тоже была пуста.
Очень скоро в комнату сбежались хозяева, охрана и некоторые слуги. Я обвел их всех взглядом.
— Где моя жена?!
Глава 54
Оказалось, что умирать во второй раз тоже страшно. Наверное, еще страшнее. В прошлый раз все произошло внезапно. А в этот раз двое садистов заранее дали понять, что меня ждет.
Интересно, зачем? Решили развлечься таким образом?
А вот хрен вам!
Делая вид, что я ничего не понимаю и вообще от природы тупенькая, я продолжила пытаться разговорить своих похитителей. А сама прикидывала, как выпутаться из этой ситуации.
Для начала неплохо было бы понять, как далеко меня увезли?
Бросив взгляд за окно, я увидела заснеженные ветви елей. Хотя здесь везде один и тот же пейзаж, кое-что отличалось. Погода.
В столице было лето. Около того охотничьего домика, где мы останавливались с Арианом, царила скорее поздняя осень — на мерзлой земле иногда появлялась паутинка заледеневшего инея, но снег если и срывался, быстро таял, создавая грязь под ногами.
Здесь же были сугробы. А значит унесли меня еще дальше на север. Далеко ли от того поместья, где меня Эрик усыпил? Вот это уже вопрос насущный. По идее, вряд ли очень далеко. Но отрицать ничего нельзя.
В идеале нужно как-то дать понять Ариану, где я. Но как это сделать я не понимала.
Попыталась призвать магию, чтобы посмотреть на помещение вторым зрением, и не смогла. Понятно, мы внутри аномалии.
— Не советую пытаться дергаться, — сказал Кристиан, заметив мои ужимки.
— Лечь и получать удовольствие?
— А ты забавная. Но еще пара таких предложений и я ими воспользуюсь, — оскалился брат.
Я передернула плечами от отвращения. И решила обратиться к более вменяемому собеседнику.
— Ричард, я понимаю, что у Кристиана врожденная потребность к насилию, но вы казались мне более вменяемым.
— Увы, у меня нет другого выхода, леди.
— Еще как есть, вы его просто не искали. Например, я могу начать помогать вам добровольно. Без крайних мер с вашей стороны.
— Резонанс не сработает без чувств с вашей стороны, леди. Как бы мне не хотелось начать взывать к вашему разуму, это бесполезно. Тем более после всего, что наговорил ваш брат.
— Еще одна ваша ошибка — называть это существо моим братом. Не нужно, а то я и оскорбиться могу.
Слева послышалось шипение и злое «Ах ты су…». Но эта реплика была остановлена одним движением руки Ричарда.
— Вторая ошибка — делать выводы относительно магии резонанса. Это ведь мои способности и мне лучше знать, как и когда они сработают. Захочу — резонанс будет. К тому же к вам у меня нет такого явного отторжения, как к моему супругу.
— Увы, я не могу полагаться на волю случая, — покачал головой Ричард.
— То есть у вас есть несколько месяцев в запасе, чтобы выходить меня после клинической смерти и настроить меня должны образом? Не боитесь, что Ариан за это время вас найдет и немножко покритикует?
Я видела, что Ричард задумался. Очевидно, времени не было. Не знаю, для чего ему нужны были мои способности, но